Пленники

Максимова Анна

Меня быстро погрузили в машину, где был лишь один молчаливый водитель, и дальше я созерцала лишь огни города за окном. Попытки дозвониться до Адриана, заканчивались провалом. Телефон упорно повторял механическим голосом «абонент временно недоступен». От мужчины за рулем тоже не было толку, он стоически игнорировал все мои вопросы. Вообще ни слова не сказал, робот чертов.

Куда

меня везут? Что конкретно случилось? А главное, где Адриан?

Машина затормозила у неприметного одноэтажного здания, и по кивку водителя я поняла, можно выходить. Взяв меня под локоть, этот же водитель быстро потащил меня вглубь здания, и спустя некое количество узких коридоров я увидела Адриана.

Казалось, что он постарел лет на десять. Под глазами залегли темные круги, и выглядел он жутко изможденным.

— Адриан, что происходит? — спросила я подлетев к нему.

Он крепко меня обнял зарывшись носом в мои волосы. Потом отстранив от себя внимательно всматривался в мое лицо. У меня появилось какое-то скверное предчувствие.

— Адриан, ответь мне. — прошептала я.

— Криста, — сказал он устало вздохнув, — у меня нет времени объяснять. Я просчитался, и теперь исправить что-либо уже нельзя. И пожалуйста, слушай меня сейчас внимательно, хорошо? — я напряженно кивнула, — Ты должна сейчас уехать к родителям, там тебя не тронут. Вот тут, — он протянул мне папку, — история, как ты жила дома уже три с лишним месяца, и если все же к тебе сунуться, отвечай по тексту. Я обо всем договорился.

Уехать? Как? Зачем?

— А как же ты? — спросила я, чувствуя как на глазах закипают непрошеные слезы.

— Я тоже уеду. — мрачно сказал он, — Ситуация такая, что я обязан исчезнуть. Не ищи меня, и не пытайся связаться.

Так это все, конец? Закончилась наша светлая сказка? Все, что у нас было в прошлом?

Несколько неконтролируемых слезинок скатилось из глаз. Что я за тряпка такая? Адриан взял мое лицо в свои теплые ладони и ласково

вытер мокрые дорожки. Его прекрасные глаза светились грустью с примесью такой нежности, что щемило сердце, а глаза наполнялись новой порцией влаги. Было там и еще что-то, что-то чему я не могла подобрать названия.

— Ну не плачь. — прошептал он мне, касаясь моих губ своими. — Мы же не навсегда прощаемся.

— Правда? — всхлипнула я.

Ответить ему не дали, один из его людей сказал что медлить больше нельзя. Времени совсем нет. Адриан поцеловал меня, страстно и одновременно так пленительно нежно.

— Я вернусь. — сказал он, последний раз касаясь моего лица.

Дальше меня опять вели какими-то коридорами. Машина, вокзал, поезд. Вот и все. Сердце разрывалось от боли. Было невыносимо сознавать, что я не увижу его больше. Не услышу приятного тембра его голоса, его глаза больше не будут сверкать различными оттенками небесно-голубого, его запах не будет кружить мне голову…

В купе я была одна, что позволило мне полностью отдаться своему горю. А ведь еще вчера, все было так прекрасно! Адриан говорил, что-то о том, что просчитался… В какие игры он играл? Сколько раз, я просила его сбавить обороты, и найти наконец себе приемника, а теперь поздно… Все кончено.

Когда слез уже не осталось, и я ощутила просто болезненную пустоту в груди, меня накрыла жесточайшая апатия. Не знаю сколько я сидела и созерцала стену, но в итоге решила изучить содержимое папки, которую мне дал Адриан. И действительно, там в подробностях было расписано где и кем я работала это время. Куда ходила, и даже с какими людьми общалась.

Внезапно из стопки листов выпал небольшой листочек, сложенный пополам. Развернув его, я ахнула, узнав почерк Адриана.

«Мы еще встретимся, верь мне, Криста. Я люблю тебя.»

— Я буду ждать. — прошептала я, в пустоту вагона, и маленькая слезинка упала на бумагу, размывая чернила.