Пленники солнца
Шрифт:
Глаза мужчины прояснились, и он сконцентрировал все свое внимание на девушке.
– Вероника? – с надеждой в голосе спросил он.
– Пока нет, – покачала головой, чувствуя себя бесчувственной стервой, посмевшей дать крохотную надежду и тут же отобрать её. – Но мне очень нужна ваша помощь, чтобы сложить воедино последний пазл и приступить к более решительным действиям. И даже если они мертвы, то я смогу вернуть их тела домой.
Мая не пыталась впечатлить безутешного родителя, как и взбудоражить его недостоверной информацией. Но пришло время, когда ей нужно было действовать решительно. И чтобы убедиться в верности выбранного пути, ей требовалось
ГЛАВА 1
Настенные часы показывали без пятнадцати минут десять. И снова я опаздывала. Застегнув молнию на платье, подбежала к зеркалу, покрутилась вокруг себя и, довольная результатом, улыбнулась. Мне нравилось, как на фоне изумрудного платья блестели глаза, как и то, в какой оттенок зелени они окрасились. Такой же яркий, как нефритовая шкатулка у бабушки в спальне. Я помню, как мечтала о ней и просила её у бабули, но на все мои просьбы она всегда отвечала одно и то же.
«Рыбка моя! – нежно гладила меня по щеке, заглядывая в глаза. – Когда ты снова уедешь далеко от меня, я буду тосковать по твоим прекрасным зеленым глазкам и не смогу вспомнить, какого оттенка они были в то время, как я поцеловала тебя на прощание на вокзале. И вот я посмотрю на этот ларец и увижу свою волшебную зеленоглазую рыбку Маю».
До сих пор помнила её мягкие и тёплые прикосновения в то время, когда она говорила это, помнила каждую её интонацию. Именно она была моим детством, которое оборвалось вместе с её жизнью три года назад. И неважно, что на тот момент я отпраздновала своё двадцатидвухлетие. Пока живы наши бабушки, мы всегда будем чувствовать себя детьми рядом с ними. И в пять, и в пятнадцать, и даже в тридцать лет они сохранят для нас хрупкий, но самый спокойный и прекрасный период времени в жизни любого человека.
Для меня её уход стал настоящим горем, долгое время я не могла прийти в себя, тоскуя по ней. Впервые я погрузилась в настоящую черную депрессию, откуда пришлось тяжело и долго выбираться. Для меня это была первая потеря близкого человека, и как бы не внушала себе до этого, что для каждого из нас придет миг, когда жизненный путь закончится и наступит небытие, заставляя прощаться с близкими, в результате оказалась совершенно не готовой встретить его в действительности.
Тогда я была настолько не восприимчива ко всему происходящему вокруг, что даже не заметила пропажу той самой шкатулки. Лишь спустя месяц, когда наконец-то хватило сил вернуться в бабушкин опустевший дом, обнаружила её исчезновение. До сих пор нам неизвестна судьба единственной реликвии бабули.
А мне так нужно было в то время просто смотреть на неё, вспоминая оттенок её зелёных глаз во время наших вечеров на кухне. Мама говорила, мне достаточно заглянуть в зеркало, чтобы увидеть там их отражение, но вопреки всем утверждениям об идентичности наших глаз, в зеркале я видела лишь себя. А её образ хранила на сердце.
Спасательным кругом для меня в то время стал, как и во все остальные сложные периоды моей жизни – Макс. Мы так давно вместе, через столько прошли рука об руку, и ни разу в жизни он не подвёл меня, и не нарушил слово, данное при первой встрече. Пообещав двадцать лет назад стать моим защитником, братом и самым близким другом, ни на мгновение не позволил усомниться в себе. За
И сегодня его день. Событие, о котором он мечтал многие годы, и ради которого вкалывал, как проклятый, хватаясь за любую возможность заработать. Сегодня открытие его клуба, а я, как обычно, опаздываю уже практически на целый час. Брызнув на себя «эйфорию», схватила сумочку, быстро запрыгивая в лодочки и захватив ключ, побежала к двери. Вставив ключ в замок, выругалась, вспомнив о том, что оставила конверт на столе. Забежала домой, запихивая конверт в сумочку, и так же быстро выбежала на улицу, найдя взглядом дожидающееся такси. Оказавшись внутри, мысленно проверила список того, чего не должна оставить дома ни при каком раскладе. Отметив галочками виртуальный список, выдохнула, наконец-то расслабившись, предвкушая грядущий вечер.
Такси затормозило у большого современного здания, покрытого стеклами снизу доверху. Окна переливались всеми цветами радуги, отражая свет неоновых вывесок и ночных огней, создавая нужное настроение еще до входа внутрь. Глубоко вдохнула, почувствовав волнение, ставшее особенно осязаемым сейчас, когда оставался всего один шаг для встречи с мечтой Макса. Руки подрагивали мелкой дрожью, а живот скрутило в узел.
«Боже! Пусть всё пройдет без накладок. Дай ему эту ночь, чтобы вкусить мечту».
Больше всего я волновалась за то, чтобы ничего не омрачило праздника моего Жёлтого. Да. Он был Жёлтым, а я его Красным драже Эм’энд’Эмс. Ну, вы поняли, да? Двойная М, Мая и Макс. Его вечным соратником и опорой, а он моей. И сегодня я собиралась разделить его триумф, не думая ни о чем другом. Стараясь на один вечер позволить себе забыть обо всем.
Толпа людей стояла невдалеке от входа, наблюдая огненное шоу, устроенное на парковке. Оно будет длиться несколько часов во время основного прибытия гостей, сменившись в полночь салютом. Недолго задержавшись на улице, люди проходили в клуб, сменяясь вновь прибывшими.
Оказавшись перед входом, шумно выдохнула, окидывая клуб взглядом снизу вверх. Я бывала здесь множество раз во время ремонта, но ни разу не появлялась в ночное время. И оказавшись перед дверью в коктейльном платье, чувствуя, как вибрирует под ногами асфальт от битов, доносящихся из клуба, и, наблюдая за тем, как красивые люди восхищаются происходящим на парковке, направляясь затем внутрь с улыбкой, находилась в состоянии близком к обморочному. Слишком упорно Макс стремился к этому моменту, и по достижении его, начало казаться, будто мы приблизились к некоему рубежу, перешагнув который, все должно измениться. Но пока об этом не было времени думать. Эта ночь должна стать наполненной счастьем и удовольствием. Именно этим я и собиралась заняться.
Пройдя через охрану и получив свой браслет с названием клуба «Volume», прошла через нижний танцпол, любуясь девушками go-go на помостах и официантами в новенькой униформе, разносящими бесплатные напитки и закуски. Поднялась на второй танцпол, слегка отличающийся по настроению от первого. Здесь танцовщицы в масках были заперты в клетках, призывно изгибаясь в танце. Официанты второго уровня также носили маски, позволяя тем самым гостям почувствовать себя более свободно, а неон не давал как следует разглядеть лиц друг друга.