Плененная льдом
Шрифт:
Простой, достаточно прямой приказ: сожри его, прозвучал в голове как смертельное заклинание.
Я невольно раскрыла пасть, в душе крича от боли. Я чувствовала, как мышцы напрягаются, ощущала запах Ролана, вдыхая его широкими ноздрями. Я мысленно орала теряясь в собственном сознании, как…
Резкий удар пришелся прямо по голове.
Не знаю, кто это был, но я испытала счастье. Впервые за всю свою жизнь я радовалась тому, что меня смогли остановить…
Я чувствовала, как драконье тело во всех смыслах трещит по швам.
Я ощущала внутри себя огонь, испытывала ярость, а затем…
Затем испытала страх.
Мир замер… Снова.
Тишина пугала, звенела в ушах… Я видела потоки энергии, ощущала счастье, исходящее от Лайонела.
И ужас, поразивший Олова.
Медленно повернув голову, я не смогла справиться с собственным телом. Передние лапы подвели, я запуталась, амулет жег кожу, злил, но я держалась из последних сил, пытаясь найти Ролана.
Он держал его одной рукой. С легкостью, как будто маг ничего не весит.
Стоял в вполоборота, присматривался, медленно вдыхая морозный воздух.
Черные волосы ниже пояса выбились из низкого хвоста, пронзительный взгляд больших, выразительных глаз…
Острые, как бритва когти и ни единой эмоции на лице.
Я видела мужчину, но не видела в нем человека.
Он медленно опустил Ролана на снег, я испытала ужас. Олов пытался отдать приказ напасть, но из-за охватившего страха я замерла. Странное чувство… Тепло… тепло во всем теле разрасталось с каждой секундой. Боль амулета медленно стихала, но возникала вновь со страшной силой. Я боролась, как могла, а затем…
Затем незнакомец сорвался с места.
Будто молния… Словно смерть…
Я не знаю, что сделал Олов, но больше я никак не могла повлиять на себя.
Просто смотрела… как нападаю… На своих же… Как причиняю им боль… Как заставляю Риску плакать…
Мужчина возник прямо перед глазами. Я видела его кулак, не успевала отклониться и уже через мгновение меня, огромного белого дракона, отшвырнуло в сторону будто мягкую игрушку.
Древесный массив хрустнул, многовековые деревья сломались, они завалили меня сверху своей массой, острые ветки почти пронзили кожистое крыло, но даже так этого оказалось недостаточно.
Магия льда защитила.
РОЛАН
— Очнись… ОЧНИСЬ! — удар по лицу не самый приятный, зато действенный способ вернуть кого-либо в сознание. — Ролан… РОЛАН! Черт…
Кто-то тянул меня в сторону. Я ощущал холод всем телом, медленно сфокусировался, различая красные разводы на белом снегу.
Кровь. Меня ранило.
— Отпусти, Эбол, — прохрипев, я отполз чуть в сторону. Плечо проткнуло роговым отростком — все же Сэра достала. Физическая боль была терпимой, но душевная…
Меня рвало на части изнутри.
— Я плохо вижу…
Вспышки вокруг и дикое рычание. Я слышал, как вздымается снег из-под драконьев крыльев, как хрипит Олов от напряжения, но… почему?
— Да чтоб я знал, что происходит, — Калеба трясло. Олов сильно ранил отца, задев ногу. Яд распространялся выше, Риска вовремя прижгла рану, и судя по повязке Эбол уже дал противоядие. — Не волнуйся. Это простой яд, один из основной тройки, так что…
— С трудом верится…
— Мне тоже, — с подозрением заметил Эбол, прячась со всеми за скалой.
Риска оказалась ранена — ее задело осколком. Острый ледяной шип ранил ее в ухо, другой задел бедро. Дьён был почти без сознания. Волка охватила паника, и, судя по тому, как часто он моргал и не мог сфокусировать зрение, ему тоже пришлось не сладко.
Сирис и Лимма прятались чуть дальше, за руинами.
— Видишь что-нибудь? — Калеб шептал, придерживая руками голову Лайонела.
— Пятна света. Что происходит?
— Лайонел сказал, что умирает, — голос Калеба дрогнул, — еще он сказал, что помощь уже близко. Я не сразу понял, что он имел ввиду, но… но это… Ролан, он освободил его.
— Кого освободил, архимаг?
— Его…Он освободил своего отца…
Внезапно наступила тишина. Замерли все, даже я невольно притих, пытаясь не двигаться.
Зрение постепенно вернулось, расплывчатые пятна обели форму. Моргнув несколько раз, образ отца Сэры стал более четким.
Сила… Сила и власть — то, что ощущалось в каждом движении, в мимолетном взгляде ледяных глаз. Его лицо не выражало никаких эмоций, он смотрел на своего врага, на то, как Олов пытался отдышаться, как холодный пот струей стекал по его вискам и… Молчал.
— Ты зря вылез из своей скорлупы, — шепот олова больше походил на вопль загнанного зверя. Отец Сэры молчал. Он лишь еле заметно наклонил голову на бок, бросил в сторону сына мимолетный взгляд и на секунду остановился на мне.
Секунда, но сколько при этом возникло эмоций…
Еще ни разу за всю свою жизнь я не встречал кого-то столь могущественного.
— Он слаб, — Лайонел пришел в себя, но двигаться не мог, — отец почти без сил…
Почти без сил… Кем тогда он был в полной боевой готовности?
Лайонел поймал мой ошарашенный взгляд и молвил:
— Хорошо, что драконам плевать на мир людей, верно?
— Я с тобой согласен, — тихо ответив, я попытался встать, но получилось с трудом. Рана ныла, руки не слушались.
— Не двигайся, — голос отца Сэры… мужчина не шевелил губами. Он лишь смотрел… Мысленная речь, значит, — ты должен был ее убить, маг. — Меня мгновенно бросило в жар. От слов очнувшегося дракона веяло холодом и презрением. — Я чувствую радость, что ты оказался глупцом.