Плененная льдом

Колесникова Валентина Савельевна

Сквозь сильную боль Джастин все еще смотрел мне в глаза, не отворачивался. Из его тела вылетали осколки стекла…

— Джас… — Сирис принюхался, — Ролан, тут был взрыв. Судя по следу, он спустился вниз, в подвальные помещения, но не успел добраться до этажа.

— Вовремя ушел, — шепот больше походил на дуновение ветра. Аниморф не мог шевелиться, обреченно опустил голову мне на руку и на мгновение потерял сознание, — Морл внизу. Я не добрался до гнома. Там ловушки… Их много.

— Чертов Олов… — рыкнула Лимма с силой ударив по

дверному косяку. Тот страдальчески хрустнул, но не разломался окончательно, — простите, я не специально.

— Чертов ублюдок хочет нас перебить по одному, — Сирис обернулся в сторону Калеба, — прошу меня извинить, но…

— Я не скажу, что все нормально, но злость переполняет до кончиков волос, — заметил архимаг, помогая мне перенести Джастина на ровную поверхность, — я займусь лечением. Но Ролан… Его раны…

— Лучше я, — Лайонел мягко коснулся головы аниморфа, и в это же мгновение все тело друга охватила дрожь, а затем… — иного пути нет. Он почти умер.

Я видел, как тело Джастина покрывалось льдом. Как холод проникал внутрь, замораживая тело, как кровь застывала в жилах… Сказать было нечего.

Риска смахнула слезы, я отвернулся в поисках укрытия и через некоторое время с большим трудом спрятал аниморфа в самый дальний угол комнаты. Огромный кусок льда мы тянули вместе с Сирисом… И то с трудом.

— Что будет, когда лед растает? — нервничала Риска, дергая брата за рукав. Дьён пожал плечами, выглядел озлобленным, но продолжил молча наблюдать за всем, что происходило.

— Если не привести Джастина к лекарю, он умрет, — Лайонел пожал плечами, с трудом подавил зевок и кивнул в сторону лестницы, — нам вниз, верно? Ловушки работают от механического воздействия или реагируют на магию?

— Да чтоб мы знали, — смутилась Лимма, — не мы же ставили. Ты что задумал?

Но Лайонел ничего не ответил. Он мягко поднял руку, пошатывался, еле стоя на ногах, его лицо побелело, губы налились красным бархатом, и в это же мгновение с кончиков острых когтей в сторону прохода вылетело три яркие искры, похожие на кристаллы льда.

Стоило им коснуться пола и стен, как мигом образовалась ледяная корка. Она довольно быстро спускалась вниз, проникая в камень и древесину, активировала ловушки, что реагировали на физическое давление, позволив нам тем самым наблюдать за тем, как в пустой проход летят стрелы, как с потолка падает огромная тяжелая плита и откуда-то снизу раздается лязгание капкана.

— Очень оригинально, — прошептал Калеб, хмуря лоб, — Олов теряет хва… А… нет, не теряет…

Следом за физическим воздействием Лайонел активировал и другие ловушки. Дракон создавал в ладонях странные многоузорчатые пульсары. Со стороны они казались нестабильными, с нарушенными связями, но как только шары энергии сорвались с его ладоней и проникли в проход, все, что каким-то образом имело магическую структуру, пришло в движение.

— Отлично, он хотел нас поджарить, — заметил Дьён, наблюдая со всеми остальными

за языками черного пламени.

— Я ни на что не намекаю, но черный огонь подозрительно похож на тот, что разрушил дом архимага, — Эбол было хотел взять образец, но передумал, — огонь как огонь, но меня смущает столь частые встречи с ним… Что еще нас… Ого…

После черного пламени лестница полностью развалилась, стены частично обрушились и сам лазарет дрогнул вместе с фундаментом. Я думал, обвалится крыша, но обошлось.

— На этом все, — Лайонел поежился, обхватил себя руками, как будто замерз и смело шагнул внутрь.

— Не боишься? — Риска не хотела идти вниз, — а вдруг там еще что-то есть?

— Боюсь, — сознался брат Сэры, — но идти ведь надо… К тому же в моем состоянии я слабое звено. И не смогу противостоять Сэре…

— А кто-то из нас сможет? — Дьён злился, нервничал, сжимал кулаки и был готов сорваться.

— Нет, она сильнее всех вас вместе взятых. Просто еще не осознала этого.

Лайонел убрал за уши белые волосы, резко выдохнул, осторожно прикоснулся к дверной ручке внизу прохода и открыл заветную дверь.

Мы ждали, что в этот момент что-то произойдет, я был готов дать отпор, защитить отряд, но в итоге все прошло мирно.

— Ролан, а ты уверен, что сонное зелье поможет? — Калеб стоял позади Лайонела, — чтобы выключить ее сознание и ослабить тело, нужно влить внутрь по меньшей мере литр этой дряни…

— Я ни в чем не уверен, но это может сработать. — комната, в которой был скован гном, оказалась не тронута. Я быстро окинул ее взглядом, достал из ящиков стола нужные склянки и заметил еле приметную царапину на полу. Возле стены… Странно… Осмотрев ее, я с силой ударил кулаком по стене, в это же мгновение часть строения рухнула, образовалась огромная дыра и секретный проход… В огромную комнату… забитую зельями, колбами, склянками и запрещенными препаратами…

— Р… Ролан, — Риска указала в сторону ширмы, — там… Боже, это же Керен! Дьён, смотри! Это же Керен! Я думала, он сбежал! Он же не пошел в Мирград! Какого… черта…

Наемник был жив. Почти. Тело иссохло, мышечные ткани почти все ослабли, черты лица заострились, щеки впали. Тонкие запястья скованы магическими оковами, запрещенными в Мирграде под угрозой смерти — пленник лишался рук и ног, стоило сбежать из камеры. Данная мера наказания была отменена Калебом сразу, как тот принял власть в свои руки.

— Сколько он тут уже… — Лимма прикрыла нос рукой. Смрад в комнате стоял резкий.

— Думаю, с самого начала, — пройдя вглубь комнаты, я нашел огромный стеллаж с книгами, посвященными темным магическим ритуалам. Все они были исписаны почерком Олова. — Тебе это не понравится, Калеб…

— Даже смотреть не буду, — архимаг хоть и говорил ровно и тихо, но выглядел при этом ужасно. Ему было сложно взять себя в руки и реагировать на ситуацию трезво. Мне тоже, если честно. — Что он с ним делал?