Плененная льдом

Колесникова Валентина Савельевна

— Изучал. — Дьён не мог смотреть на Керена. Оборотень отвернулся, вышел из помещения, с трудом сдерживая рвоту.

— Керен первый, кого удалось поймать тихо. Вам повезло, что Олов не добрался до вас.

— Добрался, — заметила Риска, — он наблюдал, ставил эксперименты, но делал все это в рамках дозволенного в Мирграде. Думаю, Олов дико радовался возможности изучить бедного Морла. Смотрите…

Гном не просто стал больше, он стал мощнее. Огромное тело, похожее на груду камней, широкие надбровные дуги, мощные скулы и толстые пальцы, которыми можно ломать

шеи. Гном спал, был прикован так же, как и Керен, к тому же оказался подключен к аппарату, что вводил в его тело сонное зелье. То самое, что нам так необходимо.

— С такой дозой он еще месяц спать будет, — Риска хотела вынуть полую трубку, присоединенную к колбе, но я ее остановил, — Ролан, ты чего?

— Мы не знаем, как он отреагирует. Может проспать месяц, а может очнуться через минуту. Судя по конструкции, Олов вводит это зелье каждый день, почти без перерыва. Это смертельная доза для любого живого существа, но перед нами лежит огромный гном, его кожа выглядит вполне здоровой и с виду кажется, что он мирно спит. Так не бывает. Вспомни, насколько Морл был агрессивен.

— Если на нас еще и гном переросток нападет, я не выдержу, — смутился Эбол, — моя тонкая душевная организация развалится к чертям собачьим. И Керена вашего тоже оставьте. Вдруг это ловушка? Вот одолеем врага и решим, что с ними делать. Я вообще предлагаю их на всякий случай обнести защитным барьером, а то кто его знает…

Предложение Эбола всем понравилось. Мне тоже, если честно. Ни я, ни кто-либо из присутствующих не имел ни малейшего понятия, на что способны эти двое в своем состоянии, лучше не рисковать лишний раз.

— Ролан, а если нам вырыть подкоп под барьером Сэры? Это сработает?

— Нет, Риска, магия проникает в землю на несколько метров. Мы не успеем.

— И что нам делать? Просто ждать?

— Ну почему же… — открыв ящик с лекарствами, я достал огромный шприц с толстой иглой, — нам надо найти все запасы сонного зелья. Нужно спасать Мирград, защитить Сэру и не дать Олову уничтожить мир.

Легко сказать…

Я защитил наемника с гномом барьерами. Теперь даже если лазарет будет разрушен — они не пострадают.

Стоило нам выйти на первый этаж, как пол под ногами дрогнул, со стороны улицы вновь повеяло холодом, и Сэра очнулась. Драконье фырчание сменилось тишиной и хрустом замерзшего под ногами снега…

— Явился, — прорычал Калеб, готовый порвать своего сына в клочья.

Неуверен, что у архимага это получится.

***

— Молчание затянулось, — Олов замер возле Сэры. Огромный белый дракон как послушная марионетка замер за спиной мага, подчиняясь любому жесту. На шее Сэры при этом висел амулет. Такой же, как у Лайонела. — Ты уже рассказал им?

Лайонел дернулся, сплевывая сгустки красной крови.

— Вижу, что нет… — сын архимага больше не скрывал своего истинного лица, так же не прятал магическую силу за множеством амулетов.

— Калеб…

— Чувствую, — неуверенно прошептал архимаг, понимая, что не узнает собственного сына. — Олов… Но почему?

Маг

слегка изогнул бровь, как бы не понимая причины вопроса. Я не лез, наблюдал за Сэрой, внимательно смотрел на то, как наливается изумрудной зеленью маленький кристалл на могучей шее. Цепь, что держала камень в серебряной оправе, была явно эльфийской, причем очень редкой и безумно дорогой. Созданная для оборотней, она как и тело хозяина подстраивалась под размер, позволяя сохранить все защитные амулеты или же, например, прикрепленную походную сумку в целости и сохранности.

Черт… Ее перерубить можно лишь с помощью магии, причем удар наносить четко в сам амулет — цепь воздействию не поддается…

— Олов, твое молчание не ответ, — Калеб пытался успокоиться, но даже годы тренировки не позволили магу твердо стоять на ногах. Архимаг все еще был слаб, да и Лайонел сплевывал кровь. Калеб прикрывает внука рукой, делает это неосознанно… Лайонел хоть и стал собой, но…

Он умирает… Волчий нюх не подводил, я чуял запах скорой смерти… Этот тонки шлейф… Он еле заметно витал вокруг худого, ослабленного тела полукровки, тратящего последние силы на то, чтобы освободить сестру.

Как будто прочитав мои мысли, Лайонел посмотрел мне в глаза. Он был печален, разочарован… Я видел в их глубине отчаяние, а так же обреченность.

Он не боец. Раньше был им, но не сейчас.

Лимма паниковала, но сражаться была готова. Как и Риска. В отличие от сестры, Дьён вызывал подозрение. Бросив в его сторону мимолетный взгляд, я успел уловить ощущение дикого страха, смешанного с желанием сбежать… Он тоже не готов…

— Ролан, — шепнул Сирис у самого уха, — я знаю этот взгляд. Попридержи коней, ты не один, старый волк. Я вижу, кто слаб, понимаю, кто может не выстоять, но мы с Лиммой ни за что тебя не оставим.

— В этом и проблема.

Я знал, что мои глаза вновь изменились. Волчий взгляд позволял увидеть в лицах присутствующих каждую морщинку, каждую скрытую эмоцию, не видимую для человека. Я понимал, что они пойдут до конца и именно этого боялся больше всего на свете. Я боялся потерять всех, кто мне дорог.

В это же мгновение в сердце больно кольнуло. Сдерживать эмоции с каждым разом выходило все сложнее. Сирис отшатнулся от меня, не выдержав тяжести взгляда, Лимма же сложила перед собой руки, внимательно слушая за тем, как Олов пытается отвлечь внимание архимага, медленно изучая выставленный Сэрой барьер…

Почему он стоит? Почему не рушит его и…

Он не может… Магия Сэры не есть магия Олова. Он лишь управляет ей, но в случае неподчинения противостоять не сможет… Тогда почему не отдает приказ?

Олов как почуял, бросил в сторону Сэры полный раздражения взгляд, но та в ответ даже не шелохнулась.

Что-то не так…

— Время тянет… — пока Калеб орал на сына, Сирис наблюдал. — Ролан… Что-то не то…

— Ролан, — вновь шепот. Эбол стоял за моей спиной, затем я ощутил, как нечто холодное коснулось моей руки. — Это шприц, полный сонного зелья. Их всего три… Я не успеваю еще сделать, нужно время…