Плащ и шпага
Шрифт:
Другой крик раздался в ответ и Монтестрюк бросился к ней.
— Но, Господи прости, это Брискетта! — воскликнул он.
— Но это он, Югэ! — вскричал она в то же мгновенье и, окинув его сверкающим взглядом, продолжала:
— Мой милый Югэ в таком чудном мундире! Вот сюрприз!
— Моя милая Брискетта в таком прелестном наряде! — возразил он. — Вот приключение!
Тут появились придворные.
— Место не совсем удобно для разговора, — сказала она, — слишком много глаз и ушей. Через час сойдите вниз, я буду во дворе принцев, не останавливайтесь
И она улетела, как жаворонок, послав ему воздушный поцелуй.
Югэ ждал с величайшим нетерпением назначенного Брискеттой срока, и вышел во двор принцев раньше назначенного времени. Ее ещё не было. Югэ принялся ходить взад и вперед, делая вид, что изучает архитектуру, чтобы не возбудить подозрений. Но ни одной минуты он не сомневался, что Брискетта выполнит обещанное.
— Если она не идет, значит её задержали, — говорил он себе. — Но за что и кто?
Это то именно ему и хотелось узнать. Какими судьбами дочь ошского оружейника оказалась во дворце в Фонтенбло, и притом не как постороннее лицо, которое встречается случайно мимоходом, но как живущая там? Впрочем, с такой взбалмошной девочкой не все ли было вероятно и возможно?
Так размышлял Югэ, как вдруг услышал шум шелкового платья на ступенях лестницы, которая вела во двор. Он обернулся — перед ним была Брискетта, немного запыхавшаяся от быстрой ходьбы. У неё было такое же смеющееся личико, как и в галерее. Она сделала ему знак глазами и вошла в темный коридор, а оттуда проворно выскочила в сад. Дойдя до королевской шпалеры, она живо взяла его под руку и увела в скромный приют в рощице, где можно было беседовать не опасаясь посторонних взоров.
— У вас готова тысяча вопросов ко мне, не правда ли? — сказала она ему, — и у меня — также тысяча. Они так столпились у меня на губах, что я не знаю с чего начать. Давно ли вы при дворе? Как сюда попали? Зачем? На что надеетесь? Довольны ли? Рады ли, что со мной встретились? Я очень часто о вас думала, поверьте! Ну, поцелуемся!
И не дожидаясь поцелуя, Брискетта бросилась ему на шею.
— Как хорошо здесь! — прибавила она, прижимаясь на минуту к его сердцу. Ах! Я сильно вас любила, мой милый Югэ, когда мы были так далеко!
— А теперь?
— Теперь? — сказала она, поднимая голову, как птичка, — пусть только у вас появится надобность во мне, — и вы увидите, что я сберегла для вас то же сердце, что билось на Вербовой улице!
Она улыбнулась, отстранилась немного и продолжала:
— Вы только болтаете, а не отвечаете мне. Расскажите мне все, все.
Югэ рассказал ей все подробно, умолчав благоразумно о некоторых обстоятельствах, о которых ей незачем было знать. Он осторожно обошел причину опасности, грозившей ему у церкви св. Иакова, но остановился охотно на своей встрече с маркизом де Сент-Эллисом, на участии к нему графа де Колиньи, на представлении королю и неожиданной развязке,
— Выходит, — подытожила она, — вы совершенно счастливы?
— Счастлив? Да разве возможно быть вполне счастливым?
— Значит, есть ещё что-нибудь, чего вы желаете?
— Мой Боже, да! Мне не останется ничего желать только тогда, когда я добьюсь от графини де Суассон того, что мне от неё нужно.
— Вы в самом деле имеете просьбу к обергофмейстерине её величества королевы?
— О! Сущие пустяки! Командование армией, посылаемой в Венгрию, для одного из моих друзей.
— Только то! Видно, вы так навсегда и останетесь верным сыном своей родины. А какими же путями вы надеетесь добраться до графини?
— Один господин, которого вы знаете, тоже из Арманьяка, маркиз де Сент-Эллис, обещал мне открыть двери графини.
Брискетта задумалась на минуту и, погладив рукой подбородок, спросила:
— А хотите, я возьму это дело на себя?
— Вы?
— Да, я! Бывают часто такие обстоятельства, что женщина стоит в них любого маркиза.
— В самом деле, какими судьбами вы очутились здесь? Что делаете?
Целый поток вопросов сорвался с его языка.
Она остановила наводнение, положив руку на губы поручика.
— Ах! Как вас мучает любопытство! — продолжала она со смехом. — Все узнаете, только после. Теперь у вас одна важная вещь, которой нужно заняться: это свидание ваше с графиней де Суассон, свидание, от которого вы ожидаете таких чудес. Если я возьмусь за дело, то мне сдается, что это свидание вам будет назначено скоро и при лучших условиях, чем через вашего маркиза де Сент-Эллиса. Хотите?
Уверенность Брискетты поразила Югэ.
— Хорошо! — отвечал он. — Но как же я узнаю, что вам удалось?
— Будьте здесь завтра, в этот же час.
— Как! Уж и завтра?
— А зачем же откладывать?
— Значит, у вас есть волшебная палочка феи?
— Почти.
На этом последнем слове Брискетта его оставила, а Югэ, разумеется ни слова не сказал графу де Колиньи о том, что произошло между ним и хорошенькой девочкой из Оша, встреченной им в Фонтенбло. Он сам вполне доверял умению Брискетты, и боялся, чтобы другие не осмеяли этого доверия, объяснить которое он и сам не мог убедительно.
Как и накануне, он с нетерпением пришел немного раньше назначенного часа. Вскоре он издали завидел Брискетту: она скользила вдоль шпалер и лишь только подбежала к нему, поднялась на цыпочки и шепнула ему на ухо.
— Готово!
— Как! С первого же раза! Но это похоже на чудо!
— А вас это удивляет? Дела всегда так делаются, когда я в них вмешиваюсь. Но прежде всего, пока я стану рассказывать о предпринятых мною действиях, у меня есть к вам просьба. Мне как то неловко говорить тебе, мой милый Югэ, «вы», позвольте мне говорить вам "ты".