Пламя в ночи

Квик Аманда

— С моими фокусирующими кристаллами возникли некоторые проблемы.

Внезапно Аделаида все поняла.

— Ваши кристаллы работают на энергии сносвета, и вы обнаружили, что они плохо влияют на ваши способности.

Лицо Лоджа напряглось.

— Трудности, которые у меня возникли, по-видимому, похожи на те, с которыми столкнулся Николас Уинтерс. Я надеялся, что сильный считыватель сносвета поможет мне настроить фокусирующую силу кристаллов. Я заплатил Латтрелу еще одно состояние, чтобы получить твой адрес. Потом я послал своего

человека проследить за тобой до театра. После спектакля он попытался тебя схватить, но ему помешал Уинтерс.

— Вы знали, что человек, в которого стрелял ваш подручный, — Уинтерс?

— Тогда не знал. Но Латтрел вскоре выяснил, кто тебя забрал в ту ночь. Тогда-то я и понял, как мне повезло.

— Вы знали, что может быть только одна причина, по которой Гриффин Уинтерс стал бы рисковать ради меня жизнью. Вы поняли, что в руках Уинтерса оказалась Горящая Лампа и для того, чтобы работать с ее энергией, ему нужна я. И вы снова пошли к Латтрелу, потому что знали, что вы не в состоянии самостоятельно справиться с директором Консорциума.

— Он согласился добыть для меня и Лампу, и тебя. В обмен на это я обещал поставлять ему фокусирующие кристаллы. Думаю, этот подлец всерьез рассчитывал использовать меня как шпиона внутри «Аркейна». Как будто я опустился бы до того, чтобы поставлять информацию человеку его сорта. Как бы то ни было, он оказался неспособным выполнить свою часть сделки.

— Он мертв, потому что недооценил Гриффина Уинтерса. И вы совершаете ту же самую ошибку.

— Как только я обрету все три силы, Уинтерс перестанет быть проблемой, как и «Аркейн». Приступим к делу.

— Вы хотите, чтобы я работала с Лампой здесь, этой комнате?

— Аделаида Пайн, я и так слишком долго ждал этого момента.

— Не хочу быть неделикатной, но как же физический контакт со считывателем параэнергии, который необходим, чтобы получить доступ к силам Лампы? Вы же не собираетесь вступить со мной в связь прямо здесь, на полу класса, перед зрителями?

Лицо Лоджа покраснело так, что сравнялось по цвету с кристаллом. В иных обстоятельствах его возмущение было бы смешным. Аделаиду поразило, что он отреагировал на ее замечание так остро. Интуиция подсказала ей ответ: за последние тринадцать лет Лодж стал импотентом. Возможно, это было еще одним побочным эффектом воздействия кристаллов.

— Я пришел к выводу, что сексуальная связь все же не потребуется, — проскрежетал он. — Достаточно, если мы оба одновременно будем просто касаться друг друга и Лампы.

После прочтения дневника Николаса Аделаида и сама пришла к такому же заключению. У нее упало сердце. Гриффин предполагал, что Лодж попытается уложить ее в постель перед тем, как приступить к работе с Лампой. Это означало бы, что они хотя бы на время останутся одни. И это позволило бы претворить в жизнь очень простой план. Но теперь ситуация очень осложнилась. Аделаида попыталась выиграть время.

— Если сексуальная связь не нужна, зачем же

вы тринадцать лет назад пошли на такие ухищрения, что даже продали меня в бордель?

— В то время я еще не овладел всеми секретами Николаса Уинтерса, — сказал Лодж. — Признаюсь, в те дни я все еще в какой-то мере верил в эту часть легенды.

— А что, если энергия Лампы окажется такой сильной, что вы не сможете ее контролировать? — спросила Аделаида.

— Я больше ничем не рискую. — Додж снова стал поразительно самоуверенным. — Мои кристаллы позволят мне направить в нужное русло любую энергию, которая заключена в Лампе.

— Если все ваши выводы верны, зачем вам я? Лампа у вас уже есть.

— Глупая женщина! — прошипел Лодж. — Ты мне нужна потому, что в процессе моих исследований я понял, что в этой части легенда говорит правду. Только женщина, способная читать сносвет, может манипулировать токами Лампы так, чтобы они должным образом вступили в резонанс с моими собственными энергетическими токами.

— Меня удивляет, что вы доверяете мне выполнить столь деликатную работу. Одно ложное движение с моей стороны — и все ваши органы чувств могут быть непоправимо разрушены.

Лодж глубоко вздохнул. Было видно, что он делает над собой значительное усилие, чтобы сохранять хладнокровие.

— Аделаида Пайн, я отдал моим людям четкие распоряжения. Если что-то пойдет не так, понимаешь, что угодно, твои студентки, их преподавательница и женщина из благотворительного дома — все они умрут. Это ясно? Жизни всех этих женщин находятся в твоих руках.

Аделаида содрогнулась.

— Не могу передать словами, как я рада, что нам не понадобится вступать в интимную связь.

— Поверь мне, я рад этому ничуть не меньше тебя. Прежде чем мы начнем, я должен узнать еще одну вещь.

— Что?

— Что произошло, когда ты манипулировала Лампой для Гриффина Уинтерса?

— Мистера Уинтерса не вдохновляла перспектива рисковать своими органами чувств и рассудком. Он не хотел становиться Цербером. Он попросил меня использовать энергию Лампы, чтобы обратить процесс превращения в Цербера вспять. Я сделала, как он просил.

Лодж удовлетворенно кивнул:

— Я предполагал, что так оно и было.

— В самом деле? Что привело вас к такому заключению?

— Тот факт, что в агентстве «Джонс и Джонс» не предпринимают никаких усилий, чтобы уничтожить Уинтерса. Если бы у Джонсов появились хотя бы малейшие основания предполагать, что Уинтерс превращается в мультиталанта, вся их семья приняла бы самые решительные меры.

— Вместо этого Джонсы теперь предпримут радикальные меры, чтобы избавиться от вас, — сказала Аделаида.

— Думаешь, я не предусмотрел такую возможность? В агентстве «Джонс и Джонс» считают, что я в Италии. К тому времени, когда они узнают правду, я уже обрету энергию Лампы. Они ничего не смогут сделать, чтобы меня остановить. Ладно, давай приступим к делу.