Пламя в ночи

Квик Аманда

— Учитывая историю их отношений с разными нанимателями, думаю, у них всегда есть заранее заготовленный план бегства, — сказал Калеб. По голосу было ясно, что он смирился с произошедшим. — Во всяком случае, у меня на их месте такой план был бы.

— Да, — согласился Гриффин, — у меня тоже.

Калеб вздохнул и задумчиво произнес:

— А мы действительно с вами похожи.

Гриффин не ответил на это заявление, но Аделаида отметила про себя, что и возражать он тоже не стал.

— Что ж, — сказала она бодро, —

если Халси все-таки смогли уйти, то это прибавит работы агентству «Джонс и Джонс».

Калеб выглядел мрачным.

— Уверяю вас, миссис Пайн, у нашего агентства нет недостатка в проблемах. И все дела чертовски нудные.

— Не верьте ему. — Люсинда нежно похлопала мужа по руке. — Ему очень нравится его работа, нравится расследовать трудные случаи. И мне тоже. Теперь, когда Латтрел мертв, что будет с подпольной империей, которой он управлял?

Гриффин откинулся на спинку стула.

— Поскольку ни мистера Пирса, ни меня не интересуют бордели и опиумные притоны, можно ожидать, что вокруг остатков его империи разгорится свара.

Аделаида налила Люсинде еще чая.

— Тем временем мой благотворительный дом и академия примут всех женщин из борделей Латтрела, которых удастся уговорить оставить их работу.

На Люсинду ее слова произвели впечатление.

— Аделаида, примите мои поздравления. Подумать только, одним махом были уничтожены все печально известные бордели. Это очень впечатляющее достижение для социального реформатора.

— Я не могу приписать эту заслугу себе, — сказала Аделаида. — Это мистер Уинтерс — изумительный социальный реформатор, он уничтожил империю Латтрела, и я с нетерпением буду ждать, когда статья об этом появится в газете «Летучий информатор».

Гриффин устремил на нее опасный взгляд, в глазах читалось легкое раздражение.

— Мне не понравится, если я увижу свое имя на страницах желтой прессы.

Аделаида поставила чайник обратно на поднос.

— Право же, сэр, в зловещих угрозах и предупреждениях нет никакой необходимости, — сказала она. — Уверяю вас, я ни словом не обмолвлюсь ни Гилберту Отфорду, ни любому другому представителю прессы. Но я не могу нести ответственность за слухи, которые, возможно, циркулируют уже сейчас.

— О да, — пообещал Гриффин. — Ты можешь и будешь нести за них ответственность.

Аделаида улыбнулась:

— Кто-нибудь хочет еще чаю?

Калеб посмотрел на кусок красного стекла, лежащий в углу письменного стола, и нахмурился.

— Что вы можете нам рассказать о кристалле?

— Очень мало. — Гриффин поднялся, обошел вокруг письменного стола и встал по другую его сторону, опершись о край. Он взял в руки кристалл. — Эта штука, по-видимому, обладает способностью фокусировать токи природной психической энергии человека, по крайней мере на время. Но кристаллы быстро прогорают.

Калеб встал и взял у него кристалл. Затем поднес его к свету, чтобы рассмотреть

получше.

— Вы говорите, Халси не признают, что они делают эти кристаллы?

— Нет. Латтрел ясно дал понять, что получает кристаллы от Смита, который, по его словам, входит в «Аркейн». Джонс, этот Смит вращается в вашем мире, не в моем.

— Вы правы, мистер Уинтерс, — сказала Люсинда. — Смит — это наша забота. Мы немедленно приступим к расследованию.

Калеб снова нахмурился.

— Расскажите, как именно Латтрел описал положение Смита в «Аркейне»?

— Он утверждал, что Смит находится в самом сердце этой организации.

Калеб с мрачным видом кивнул:

— Значит, очень велики шансы, что он входит в правление. Это и есть сердце «Аркейна».

— Что ж, — заметила Люсинда, — это хотя бы сужает для нас круг подозреваемых.

— А ведь я предупреждал Гейба, что эти старые полусумасшедшие алхимики, которые входят в совет, создадут немало проблем, — сказал Калеб.

— Я могу помочь вам идентифицировать нужного нам человека, когда вы его найдете, — предложила Аделаида. — Я знаю его энергетические следы.

— Это было бы очень полезно, — обрадовалась Люсинда. — Есть ли еще что-нибудь, что вы или мистер Уинтерс можете рассказать об этом человеке?

— Пожалуй, есть еще одна вещь, — медленно сказал Гриффин. — Думаю, ваш мистер Смит, по-видимому, помешан на генеалогических регистрационных книгах общества. Я уверен, что именно по этим книгам он тринадцать лет назад нашел Аделаиду в первый раз.

Калеб застыл неподвижно. Они с Люсиндой переглянулись, и она серьезно кивнула.

— Сэмюел Лодж, — очень тихо сказал Калеб.

Полчаса спустя — ровно столько времени понадобилось Гриффину и Калебу, чтобы добраться в быстрой двуколке до лондонского дома Лоджа, — они стояли в его спальне. Дверцы гардероба были распахнуты, но часть вещей осталась на месте. По-видимому, Лодж взял с собой лишь столько одежды, сколько смог засунуть в небольшой саквояж или сумку. На одной из полок лежал блокнот в кожаном переплете. Калеб обратился к взволнованной экономке:

— Когда он уехал?

— М-мистер Лодж уехал около часа назад, — пробормотала женщина, заикаясь от волнения. — Он сказал, что должен ехать по неотложному семейному делу в его поместье на севере.

— Перед тем как он уехал, у него были какие-нибудь посетители? — спросил Гриффин. — Может быть, он получил какое-нибудь письмо с посыльным?

— Д-да, сэр. Мальчик принес к двери черного хода письмо. Он сказал, что это очень срочно. После этого-то мистер Лодж сообщил, что должен немедленно уехать.

— Проклятие! — пробормотал Калеб. — Должно быть, Халси после того, как сбежали, послали ему сообщение.

— Они, без сомнения, надеются, что он в будущем станет их заказчиком, — сказал Гриффин.