Плач волка
Шрифт:
Анна бросила на Чарльза встревоженный взгляд. Беспокоилась ли она об Уолтере?
Мысль о том, что она может попытаться защитить от него другого самца, вызвала гнев, но это никак не отразилось на его лице. Он подождал, пока братец волк успокоится, затем сказал:
— Это очень хорошо для того, кто был волком всего пару лун и ни у кого не учился.
Чарльз посмотрел прямо на Уолтера, и другой волк опустил глаза. Уолтер был доминирующим, но не настолько, чтобы бросать вызов Чарльзу, как и большинство волков.
—
Худой мужчина пожал плечами, отчего его грубо сшитая меховая накидка зашуршала.
— Я не знал, что она тоже оборотень, пока не оказался прямо между вами.
— Но ты знал, что я был волком.
Мужчина кивнул.
— Да. Этот запах зовет меня. — Он пожал плечами. — Я жил один все эти годы, но сейчас все сложнее.
— Волкам нужна стая, — объяснил Чарльз. Его никогда не беспокоила потребность в стае, но были некоторые волки, которые так и не приспособились к одиночеству.
— Если хочешь, — предложил он Уолтеру, — можешь пойти с нами домой.
Мужчина замер, не поднимая глаз от своих ног, но полностью сосредоточился на Чарльзе.
— Я не умею общаться с людьми, там шумно, — сказал он. — Я все еще… Не имеет значения, если здесь иногда я забываю, что это лес, а не джунгли.
— О, ты отлично впишешься, — сухо ответила Анна.
Уолтер перевел взгляд на ее лицо, и она тепло улыбнулась ему, так что у него покраснели уши.
— В стае отца Чарльза много людей, которые не совсем вписываются в общество.
— Благодаря моему отцу в стае безопасно, — продолжил Чарльз. — Но Анна права, у него много волков, которые не смогли бы жить в другом месте. Если захочешь через некоторое время перейти в другую стаю, он найдет место, где тебе будут рады. Если не сможешь с этим справиться, то вернешься сюда как волк-одиночка, но после того как мы разберемся с ведьмой и ее ручным оборотнем.
Уолтер посмотрел на него.
— Ведьма?
— Добро пожаловать в наш мир. — Анна вздохнула. — Ведьмы, оборотни и твари, которые шастают по ночам.
— Так что ты собираешься с ней делать?
— Ведьма сказала нам, что ищет Асила, очень старого волка, который ринадлежит к стае моего отца. Мы собирались спуститься с этих гор, а потом у нас будет долгий разговор с Асилом, — сказал ему Чарльз.
— А потом? — Уолтер потер пальцами предплечье, где его нож снова лежал в ножнах под одеждой.
— Тебе нужно будет встретиться с моим отцом, — предупредил Чарльз. — Если этого не сделаешь, он пришлет меня, чтобы я забрал тебя, добровольно или нет.
— Считаешь, что сможешь заставить меня пойти с тобой в стаю твоего отца? — тихим и смертельно опасным голосом спросил мужчина.
— О, это просто замечательно, — огрызнулась Анна, явно расстроенная им, хотя Чарльз не знал, что сделал не так. Его отец не потерпел
Но Анна уже переключила свое внимание на Уолтера.
— Что ты хочешь делать? Остаться здесь наверху в полном одиночестве? Или спуститься с нами, когда мы пойдем за помощью, после чего вернемся сюда снова, чтобы разобраться с ведьмой и ее оборотнем?
Чарльз поднял бровь, глядя на нее, и она подняла бровь в ответ.
— Что? Этот волк его обратил. Мы здесь по делам стаи, а для Уолтера это личное. — Она оглянулась на мужчину. — Не так ли?
— Зло должно быть уничтожено, — заявил Уолтер. — Или оно захватывает все, к чему прикасается.
Анна понимающе кивнула.
— Вот именно.
Чарльз сказал, что сегодня они будут спать в образе волков.
Анна не возражала, хотя ее желудок сжался при этой мысли.
Она привыкла спать с Чарльзом, но другой волк ее нервировал, независимо от того, насколько почтительно он к ней относился.
Но как только зашло солнце, температура упала еще на десять градусов. У них имелся только один спальный мешок, и Чарльз прав в том, что выбора нет.
Анна отошла на сотню ярдов от самцов, сначала к ели, под которой лежали иголки. Раздевшись, встала дрожащими ногами на снег, подальше от колючих иголок.
От холода перевоплощаться было труднее, от боли у нее перед глазами заплясали звезды. Анна пыталась тихо вздохнуть, слезы текли по ее щекам, когда суставы и кости перестроились, а кожа разорвалась, превратившись в мех.
Это заняло очень много времени.
После перевоплощения Анна лежала, тяжело дыша и чувствуя себя несчастной, на покрытом кристаллами льда снегу, слишком уставшая, чтобы двигаться. И поняла, что даже у холода есть запах.
Постепенно, по мере того как ее боль отступала, Анна поняла, что впервые с прошлой ночи, когда Чарльз свернулся вокруг нее калачиком и окружил своим теплом, она не мерзла. Когда первоначальная агония сменилась ноющей болью, она потянулась, отчего ее кости и позвоночник хрустнули.
Анна не хотела возвращаться и ложиться с незнакомым самцом всего в нескольких футах от нее. Волчица не боялась самца. Она знала, что тот вряд ли будет вести себя, как другие. Но ей также не очень нравилась идея прикасаться к кому-либо, кроме Чарльза.
Рядом, но вне поля зрения, волк Чарльза издал тихий звук, похожий на лай или скулеж. Шатаясь, как новорожденный жеребенок, Анна поднялась на ноги. Она остановилась, чтобы стряхнуть снег со своего меха и привыкнуть к четырем лапам. Потом взяла одежду в зубы и отправилась обратно. Чарльз подбежал к ней, затем схватил ее ботинки, в которые она запихнула перчатки, и проводил ее в их сегодняшнее логово.