Плач под душем

Лобусова Ирина

– На входной двери мы обнаружили следы взлома.

– Что?

– Кто-то ночью взломал замок. Причём так нелепо – простой отвёрткой.

– Как это – нелепо?

– Ковырялся в собачке замка. Профессиональные взломщики так не работают. В офис залез кто-то неопытный… замок был взломан.

– И что это означает?

– Этоозначает, что кто-то отключил сигнализацию и взломал дверь, забрался за чем-то в офис. Очевидно, за этим занятием и был застукан Ольгой. Убийца её задушил. Кстати, мы справлялись в фирме, устанавливающей замки. Было всего три комплекта ключей, так заказала Ольга. Один хранился лично у неё, второй – у охранника, третий хранился в самой фирме – на случай чего. Ни у кого из сотрудников, в том числе у вас, не

было ключей. Так что взлом не означает присутствия постороннего. Это мог быть кто угодно, любой из сотрудников. Одежда Ольги подчёркивает, что она попала в офис врасплох. Или наспех. Застигла преступника на горячем, поэтому и была убита. Насколько я понял из рассказов, эта женщина всегда одевалась очень тщательно. Разве не так? Сейчас мы просматриваем её личные бумаги. Может быть, что-то и найдём.

Развернувшись, Никитин оставил меня наедине с мыслями. Личные бумаги… Я знала, где Ольга прячет свои личные файлы. В сейфе, где находятся договора и некоторая сумма наличных денег. Сейф в одной из комнат рекламного отдела. Поэтому, по дороге в свой кабинет утром, я завернула туда, открыла сейф и забрала её дискеты. Их было две. Две маленьких дискеты, спрятанные в белый бумажный конверт. Я знала: мнепридётся их вернуть. Но я собиралась сделать это не раньше, чем сама просмотрю информацию. Я не сомневалась: там что-то есть. Именно поэтому Ольга категорически отказывалась мне их показать. Вновь заглянул Никитин.

– Вы не собираетесь уходить?

– Пока нет. Я задержусь.

– В офисе останутся мои люди.

– Я буду допоздна. Ваши люди уже уйдут.

– Кто же всё запрет?

– Я договорилась с охранником.

Это было правдой. Я догадывалась: просмотр личных файлов потребует от меня полной концентрации внимания. Поэтому я собиралась остаться допоздна и просмотреть их в тишине. Я не могла допустить, чтобы меня отвлекали.

Первым, что я обнаружила, были длинные колонки цифр, хаотично разбросанные по всему полю экрана. Цифры, снова цифры, беспорядочные, не следующие друг за другом, сначала маленькие, однозначные, потом трёхзначные, большие, потомдвухзначные, намного меньше. Что они означали? Я не могла понять. Мне оставалось смотреть, уставившись в поблёскивающую неподвижность экрана. Личные файлы. Личные. Это означало, что вся информация, записанная на дискетах, относится непосредственно к ней. Дискет было две. На первой ничего, кроме цифр, не было. Просмотрев её до конца, я вставила вторую.

Если первая была набрана в блокноте, то запись второй велась в WORD. Пронумерованные страницы, и всё записанное – в виде личного дневника. Я открыла первую страницу… моим глазам открылись непонятные строчки:

5.5.449.003.Х.Тимошина (Салоники)

19.8.5092.003.Х Тимошина (Афины-Центральный)

24.8.741.003.Х.Тимошина (Салоники-central)

2.9.7054431.001.Х. Тимошина (Анталья)

5.9.9313428.001.Х.Тимошина (Стамбул)

В недоумении я уставилась на открывшиеся глазам записи. Всего их было семь. В каждой из них фигурировала моя фамилия. Моя. В личных файлах Ольги. Почему? В конце записан город. Речь шла о двух странах: Греции и Турции. Что могло это означать?

Обхватив руками голову, я стала лихорадочно изображать. Кое-что казалось мне знакомым. Часть цифр наталкивала на определённые мысли – так, словно я их узнала. Например, повторяющиеся в первых четырёх строчках цифры 003. Несколько минут я усиленно думала обэтом… Потом вздрогнула от собственной недогадливости! Ну конечно же, как я могла это сразу же не понять! В первых четырёх речь идёт о Греции, в последних трёх – о Турции! С самого начала работы агентства я предложила определённую кодировку стран, так, чтобы не писать бесконечное число раз во всех бумагах. Каждую страну мы обозначали определённым кодом, так легче писать. Эта система стала исключительно нашим (вернее, моим) изобретением, и была очень удобной. Вместо того, чтобы бесконечно писать, что речь идёт о Греции,

мы ставили на папке или на файле код 003 и знали, что все бумаги, помеченные таким кодом, относятся к Греции. И так в отношении каждой страны! 003 – код Греции.001 – Турция. Очевидно, Ольга использовала такую кодировку, чтобы обозначать… Что? Итак, одна часть была мне понятна. Что же следующее? Цифры вначале. 5.5. Телефон? Нет. Рейс самолёта? Не похоже. А что, если…допустим, это дата, число! Например, 5 мая… Да, подходит. Май – пятый месяц. Дату так и обозначают – 5.5 Обычно пишут 5.05, но Ольга никогда не ставила впереди ноль. Подписывая официальные бумаги, она так и писала:5.5. Я пробежала глазами по всем строчкам: 5 мая, 19 июля, 22 июля, 24 июля, 2 сентября, 3 сентября, 5 сентября… Снова что-то до боли знакомое… очень знакомое…

Проверяя догадку, я бросилась к шкафу с файлами, проверять то, что первым пришло на ум… И, открыв первый же документ, поняла, что не ошиблась. Это были числа командировок Ольги. Она ездила по нашим гостиничным делам. С 18 по 25 июля Ольга была в Греции. Города – те же самые, в которых она останавливалась. Со 2 по 6 сентября Ольга ездила по делам фирмы в Турцию. В Анталье возник конфликт с одним отелем, и Ольга ездила его разрешать. Мне стало нехорошо. Итак кое-что я разгадала. Что же она делала в тех городах? Машинально я потянулась к телефону… трубку сняли после третьего гудка. Максим, последний официальный любовник Ольги, ответил сонным но весёлым голосом. Было видно: он не сильно по ней тосковал. Наугад я позвонила к ней на квартиру, и не ошиблась: он все ещё находился там. Я представилась.

– Извини, что тебя беспокою. Но понимаешь, я сейчас сижу, разбираюсь с Ольгиными делами и возникла такая неразбериха… Ты не мог бы мне подсказать?

– Да ради Бога! – голос у него был радостный, – Подъезжай.

– Нет. Давай по телефону. У меня всего несколько вопросов.

– Ладно.

– В сентябре ты ездил с Ольгой в Турцию?

– Да, в самом начале сентября.

– В каких вы были городах?

– В Анталье. Ну, ещё в Стамбуле. Да, точно. Мы летели самолётом на Стамбул.

– И с кем Ольга в Стамбуле встречалась?

– С разными людьми. Точно не знаю. Она на все деловые встречи ездила сама. Я ждал её в гостинице.

– А где она была, не говорила?

– Иногда говорила… В гостиницах… В консульстве. Ещё ездила в банк.

– В банк?

– Точно! Ей оттуда звонили. Мужик, с трудом говорящий по-русски. Имя турецкое.

– КасимХариб?

– Да, он. Ольга сказала, что он или банкир, или работник банка. И что она в этом банке открыла новый счёт.

– Что?

– Ну, открывает счёт, но не по паспорту, а по удостоверению личности. Она договорилась обэтом сХарибом, а тот ей помогал.

– Ты видел это удостоверение?

– Нет. Ольга не показывала. Но оно у неё было, она сама говорила: удостоверение личности и паспорт…

Я повесила трубку в холодном поту. Итак, Ольга открывала счета в банках. Во всех городах. На мою фамилию. Очевидно, оно подделала удостоверение личности на мою фамилию, купила поддельный документ. Чтобы меня подставить? Руки дрожали, с меня ручьями лился ледяной пот. Теперь я знала, как расшифровать странную запись.

5.5.449.003.Х Тимошина (Салоники). 5 мая, номер счета – 449, 003 —наш код Греции, Х – очевидно, сумма вклада (точную сумму она решила не указывать) на фамилию Тимошина, в городе Салоники. Я вспомнила, что 5 мая Ольга взяла отгул. Значит, на один день она полетела в Грецию, чтобы открыть счёт и положить деньги. Всё прошло гладко, и она принялась делать так дальше. Скорей всего, это были те деньги, которые она получала от Гароева за помощь в перевозке наркотиков. Если бы они провалились, Ольга бы свалила всю вину на меня. Она страховалась открывая счета на моё имя. Это действительно было логично: в случае провала арестовали бы меня, а если бывсёпо-прежнему было гладко, я не узнала бы о существовании этих счетов никогда.