Плацдарм
Шрифт:
Урочище Трех скал. Нейтральные земли
— Значит, наступают, говоришь? — спросил майор у растерянно хлопающего ресницами старшего сержанта.
— Ага, — кивнул он.
— И пули, говоришь, не берут?
— Ну стреляли, а падало мало, словно мазали сплошь, — с той же оторопью сообщил командир поста передового охранения.
Майор мысленно выругался.
Трое суток назад его сводный дивизион разместился тут, на ничейной земле, в трех сотнях километров от границ империи Сарнагарасахал —
Один усиленный батальон мотострелков. Один танковый. Тоже усиленный.
Отдельная авторота, предназначенная единственно для перевозки союзников.
Один минометно-артиллерийский дивизион.
«Авиация» — три Ми-24.
И еще пусть не тяжелая артиллерия, но что-то вроде нее. Чародеи в количестве трех единиц. Два мага (вернее, маг и магичка, а может, лучше сказать, магиня?) и шаман из степняков. Три колдуна на небольшое войско, а именно войском считалась эта незначительная по земным меркам часть, — это немного. Но с учетом, что всего знатоков «неспецифических способов воздействия» в их распоряжении было чуть больше сотни, — совсем немало.
А с другой стороны…
Честно говоря, Макеев рассчитывал, что имперцы если и раскачаются прощупать первыми нежданных соседей, то пройдет немало времени.
И вот не успели они толком разместиться, как враги пожаловали.
И враг этот, как кажется, не так прост — целое стадо пехоты. Интересно, как они ухитрились сюда добраться так быстро?
Им же идти дней пять самое меньшее? Притом что разведка у союзников поставлена так себе, а авиапатрулирование так и не налажено — неужто никто не заметил такую толпищу?
Макеев глянул в стереотрубу и не смог сдержать тяжелого вздоха. Это ж надо. Доселе он даже не представлял, что такое «тьма-тьмущая» неприятеля. Теперь вот довелось увидеть напоследок…
Отогнал мрачные мысли. Чего это он себя раньше времени хоронить вздумал? Только потому, что противника «чуть больше», чем майор привык наблюдать до этого? Да хрен ему в глотку. И мы не лыком шиты и щи не лаптем хлебаем. Каждый из его ребят стоит целого отделения, а то и взвода. Анохин, Марков, Чуб, Серегин… Всех не перечесть.
В конце концов в этой ситуации главный вопрос: хватит ли боеприпасов перебить их всех, вернее, столько, чтобы оставшиеся бросились прочь, смазав пятки салом…
Должно хватить. С другой стороны, там наверняка есть маги. Но ведь и у них они есть. Вон сколько Аор уже помог Особой группе войск (ОГВ). Да и Кросс-хван — ученик самого Айг-Серинго, верховного шамана степняков, уже не раз показывал, на что способен.
Вот насчет этой девушки Алтен, недавно появившейся в ОГВ, сомнения есть — она себя еще никак не успела проявить. Однако если Мак Арс поручился, что дама сия весьма способная магиха, тьфу, магичка и в деле не подведет, то надо доверять мнению специалиста.
Ага, началось. У неприятеля первого сдали нервы. Что ж, давайте, примем как родных.
Первая шеренга войск Сарнагарасахала пошла в наступление. Впереди воинов были выставлены большие щиты, сколоченные из деревянных досок. Мантелеты [6] —
Может, поэтому солдатики из передового охранения решили, что мажут? Но все равно что-то тут неладно — пули пять пятьдесят шесть, конечно, слабее старых, но чтобы их остановить, нужно солидное бревно не абы какого дерева. Ладно там, стрелы или какие-нибудь копья. Но огнестрельное оружие не шутка. Это уже из со-овсем другой эпохи.
6
Мантелет — в Средние века больших размеров щит для прикрытия рабочих в осадной войне.
Трассеры прочертили пунктиры к атакующему строю, помогая корректировать огонь. И — ничего. Кто-то покачнулся и упал, но вновь поднялся.
В голове Макеева запульсировала тревожная мысль. Наверное, треклятые маги применили некий амулет, отклоняющий пули. Но ведь и Арс, и шаманы, сразу после того как увидели огнестрелы в действии, единодушно твердили, что отбить одиночную пулю можно исхитриться, но уже короткая очередь станет смертельной даже для архимага.
А потом окуляры стереотрубы приблизили лицо одного из толкающих щиты.
И вот тут майор ощутил, как подкашиваются ноги.
Он отвел глаза от стереотрубы, крепко зажмурился и, надеясь, что ошибся, вновь посмотрел.
Лицо человека (?!), выглядывавшего из-за щита, было серо-зеленым, со свисающими, отслоившимися клочьями плоти, из-под которой виднелась кость и что-то сочилось.
И человек этот размеренно двигался вперед.
Александр обреченно повернул стереотрубу, разглядывая жутко скалящиеся мертвые рты, ввалившиеся, полузакрытые глаза, старые, почерневшие раны.
Вот одного «удавленника» с высунутым языком клюнула в бок пуля, но он только споткнулся и спустя мгновение поднялся вновь.
Долетевшие до него из траншей возгласы оповестили, что не один он понял, с кем им предстоит сразиться…
«Чертовы колдуны! Почему не предупредили?!» — была последняя внятная мысль.
Бойцам ОГВ в определенном смысле повезло. Будь на их месте, допустим, американцы, хорошо знакомые с фильмами ужасов, или, скажем, обычные русские парни, но только из другого времени и другого мира, они наверняка в панике бросились бы наутек.
Но сейчас позиции занимали бывшие пионеры и нынешние комсомольцы, не верившие по большей части ни в Бога, ни в черта. А слова вроде «зомби» и «некромант» так вообще были для них пустым набором звуков. (Самые продвинутые разве что сочли бы последнего какой-нибудь помесью некрофила и наркомана.)
Именно поэтому, даже сообразив, что за противник сейчас перед ними, советские воины растерялись, оробели, но не испугались в полном смысле слова. Они просто не знали, что оживших мертвецов следует очень бояться. И уж подавно не имели представления, что воинские уставы и обычаи этого мира прямо предписывают войску при нападении «неупокоенных» спасаться бегством, предоставляя магам делать свое дело.