Пираты Короля-Солнца

Алексеева Марина Никандровна

' …как жаль, что я не верю в ваши планы, при всем желаньи верить не могу…

— А все-таки, — заметил Бофор, аплодируя исполнителю морской песни, — Вы что-то затеваете.

— Возможно, — лукаво сказала Шевретта, — Пока мы обсуждали наши проблемы, и песня закончилась.

— Браво! Браво! — закричал герцог.

Шевретта улыбнулась сыну и сделала приветственный жест, слегка пошевелив пальчиками. Засим последовал воздушный поцелуй.

— Мне — уйти,

Мари? — спросил Бофор.

— Задержитесь еще на минутку, Франсуа, — остановила его Шевретта, — Рауль окружен поклонниками, и они так быстро его не отпустят.

Рауль, видимо, демонстрировал своим поклонникам достоинства своей палисандровой гитары, и Бофор занял прежнее место.

"Мы должны успеть освободить принца до того, как Бофор начнет штурм мусульманской твердыни. Если принц будет у нас на борту, я смогу убедить Рауля, что сопровождать близнеца Людовика XIV — не бегство, а задача не менее сложная и почетная, чем лезть на приступ вражеских стен, размахивая флагом с лилиями. Но если принц, получив свободу, решит бороться за свои права, можем ли мы рассчитывать на помощь нашего отважного герцога? Тогда неизбежна гражданская война.

— Вы помните Фронду, Франсуа? — тихо спросила Шевретта.

— Еще бы, черт возьми! — сказал Бофор, — О, простите!

— Ничего.

"Итак, если принц решит воевать…

"Опять война, опять дрожит земля,Вперед, Пираты Солнца — Короля!

Бофор подскочил на месте.

— Слышите, а? Этот бард меня с ума сведет! И сведет на нет все наши усилия! Это же новый вызов!

— Дослушайте сначала, — повела бровями графиня, — Это скорее шутка.

— Полагаете, королю понравится такой юмор? На словах Людовик отрекается от пиратства, от всех каперов и приватиров. А на деле — тс! — я вам ничего не говорил, но мне ли, адмиралу, не знать,… а на деле Его Величество оказывает им покровительство.

— Я об этом ничего не знаю, адмирал, и вы мне ничего не говорили. Ничегошеньки, — Шевретта сделала детские глаза. Бофор улыбнулся.

''Война идет, и мы домой придем —Кто на щите, кто с вражеским щитом…

— Мари, вы говорили, что вам далеко до спартанки. Но он-то у вас, похоже, спартанец, — вздохнул Бофор.

— Не сбивайте меня со своими спартанцами, герцог! У меня и без древних греков голова идет кругом! Чем вы недовольны — пиратами? Замените пиратов на солдат и спойте королю. Смысл изменится. Людовик обладает чувством юмора, не переживайте.

— Браво, мадам! Оставим как есть. Не зря Ришелье величал вас сверхинтриганкой.

— Это не интрига, герцог, это инстинкт.

— Что за инстинкт?

— Древний инстинкт, герцог, древний как сама жизнь. Желание защитить своего детеныша. Схватить по-кошачьи за шкирку и утащить от всех

бед и опасностей.

— Раньше надо было 'хватать за шкирку' , дорогая Мари. Что же вы не хватали его при Ришелье?

Впервые герцог де Бофор в задушевном разговоре отважился напомнить Шевретте о прошлом.

— Никто, кроме Рауля, не вправе упрекать меня за времена Ришелье!

— Он-то вас не упрекнет. Он вас обожает.

— Я знаю, — сказала Шевретта, — Я его тоже.

Бофор опасался Шевретту в гневе, а один осторожный намек на времена Ришелье — и она вспыхнула как ракета.

"Король отрекается от пиратства. А сам-то ты кто, не пират? Пиратский адмирал, кружевной и бархатный Франсуа в парике алонж".

— А насчет опрокинутого бокала не беспокойтесь, — шепнул Бофор, — Вассал моего вассала — немой вассал. Могу я сослаться на вас, убеждая Гримо?

— Немого вассала? Да, разумеется. Вы все сказали, Франсуа?

— Кажется, ничего не забыл… Ах да, насчет опрокинутого бокала… Я переговорю с капитаном де Вентадорном и постараюсь его убедить.

— …в том, чтобы пили первый тост за морского властелина — за Нептуна!

— О Шевретта! Вот кто был бы у меня главным советником! И как вас посещают такие хитрые идеи!

— Это жизненный опыт и немного фантазии, — улыбнулась Шевретта, — Когда-то давно, в гораздо более опасной ситуации мушкетеры подняли тост за пленного короля Карла Первого. И король все понял.

— Я знаю эту историю, — сказал Бофор, — И все-таки мне тревожно. Подчиняясь тому же древнему инстинкту, я думаю о своей дочери.

— Вы же не приняли мой вариант, герцог.

— Я не о том. Если даже крохотуля — барабанщик грозится прыгнуть с ростра и утопиться, моя сумасбродка тем более не повернет назад и не поедет с нами. Думаете, я не пытался внушить ей, что это безумие? А кстати, Рауль до сих пор не подписал контракт.

— Вот и повод, чтобы получить необходимую вам подпись на доверенности. Организуйте это, Франсуа.

— Я думал, вы ухватитесь за эту соломинку.

— Мы еще не утопающие… У меня мелькнула одна мысль…Не будь в этой истории замешана Лавальер, я сейчас не хуже ведущей актрисы мольеровской труппы или покойной миледи грохнулась бы в обморок и разыграла бы тут пред всем обществом нервную болезнь, сердечный приступ — что угодно. Ваш любезный доктор подтвердил бы нужный диагноз, и вы отпустили бы со мной Рауля 'по семейным обстоятельствам' .

— А вы могли бы?

— Безусловно.

— Предупредить врача?

— Не нужно. Бражелон-на-Луаре — райское место, но слишком близко от владений маркиза де Лавальера. ТРИ МУШКЕТНЫХ ВЫСТРЕЛА, не так ли, Франсуа? Там сейчас хуже, чем с вами, герцог.

— Но свет клином не сошелся на вашем Бражелоне-на-Луаре. А ваша мнимая болезнь — достаточно веское основание, чтобы…

— Я не смогу долго притворяться больной. А, разоблачив мой обман, Рауль может впутаться в более опасное дело, чем ваш поход.