Пиранья

Талан Алексей

–Что с фалом? – спросила Даша.

–Закрепился.

–Приладь пистолет на пояс и продолжай. У тебя три минуты и тридцать секунд.

Болт на третьей пирамидке, на которой я уже сменил отражатель, не хотел заворачиваться.

–Даша! – позвал я. – Третий болт не заворачивается!

–Не волнуйся, у тебя полторы минуты основного и пять минут резервного времени.

–Стой, разобрался. Вот для чего Гарри таскал молоток.

Головка болта на третьей пирамиде была сплюснута. Гарри прилаживал его молотком. Удар. Болт встал в

резьбу, но инструмент я не удержал – он улетел в поле гипера – и отдачей чуть не вывернул руку. Меня не швырнуло вслед за молотком только потому, что я держался ногами за скобы.

–Иду домой, – сообщил я.

–Да… можешь, – ответила Даша. – Всё работает.

***

Я еле дождался, когда в шлюзовой камере выровняется давление, и можно будет избавиться от тесного скафандра. Одежда липла к телу и была насквозь мокрой. Казалось, я потерял пару килограмм. Даша предложила принять душ – вода на борту не в дефиците, и я с благодарностью воспользовался предложением. Когда вернулся в каюту, Зигфрид жал от груди штангу с гудящими цилиндрами – гравитаторами, лежа на кровати. Увидев меня, отключил штангу и отбросил на пол.

–Вернулся, планктон? – демонстративно удивился Зигфрид, вытирая лицо полотенцем.

Я решил не отвечать.

–То, что сегодня не сдох, ещё ничего не значит, – процедил ариец.

–Отвали, – чётко сказал я, и упал на кровать, уставившись на верхнюю полку.

–Повтори.

Я промолчал. Здоровяк удовлетворённо хмыкнул, выругался и взял штангу обратным хватом, чтобы качать бицепсы. Я опрокинул над головой литровую бутылку с водой, выливая на лицо остатки, и закрыл глаза.

–Занять гамаки! – проревел по громкой связи Руперт. – Финиш через десять минут!

Гамаки – вот как называют дайверы коконы защиты от вневременной волны. Раздался щелчок – полупрозрачные створки вертикально стоящих «гробов» на стене отъехали в сторону.

–Твой левый! – сумрачно сказал Зигфрид и толкнул меня в спину.

Я осмотрел гамак. От него пахло кислым.

–Без кондиционера? – сморщил нос я.

–Ха! Да тебе и такого хватит.

–Хоть музыка есть?

–Нет. А ты не скучай, подрочи.

Зигфрид зашёл в свой гамак. Возможно, ариец и не шутил. На створке изнутри было налеплено несколько наклеек из пивных бутылок «Звёздный волк». Я зашёл в гамак, тронул сенсор, и меня тут же спеленали ремни, прижав к стене.

Что за чёрт – тут гамак настолько примитивен, что и нос не почесать! Полупрозрачная створка захлопнулась с щелчком, загорелся слабый зелёный свет. Индикаторы на створке светились синим.

–Лёгкого гипера, салаги, – прорычал в динамиках гамака Руперт, и через три минуты свет в каюте мигнул, а стол, видимый сквозь створку, стал на пару мгновений чёрно-белым, как в древнем кино.

Глава 4. База «Пьяная орбита».

Я проснулся от стука в дверь. Зигфрида в комнате не было. На пороге

стояла Даша и вопросительно смотрела на меня:

–Почему не идёшь на обед?

Я протёр глаза.

–Тебя что, Зигфрид не позвал?

–Нет, – сказал я.

–Урод! Ну вот, я тебя зову.

Девушка приветливо улыбнулась.

–Скажи, что ты делаешь на этом корабле? – вдруг спросил я.

–Что ты имеешь в виду?

–Ты не похожа на этот сброд.

Глаза Даши сузились. Девушка молчала несколько секунд, потом сказала:

–Я такая же, как этот сброд. И чтоб ты знал, этот сброд – лучшая команда в Конфедерации.

–Команда мародёров.

Даша сжала кулаки, резко вскинула подбородок и выдохнула: «Ух». Я направился следом за девушкой, поняв, что потерял единственного союзника.

–Герой пришёл, – пророкотал капитан. В камбузе собрался весь экипаж.

– Слушайте, а давайте сделаем его юнгой, станет авантюристом без страха и упрёка, ценителем космических трасс? – процитировал классику Руперт.

Зигфрид осклабился и подвинул свободный стул.

–Прошёл боевое крещение, ком биомассы? – спросил капитан, шумно отхлебнув из кружки разведённый концентрат бульона.

–Не называйте меня так, сэр, – сказал я, отложив вилку.

В камбузе повисла тишина. На меня смотрели все, даже угрюмый Санёк.

Капитан расхохотался, буравя меня маленькими зелёными глазками, и проронил:

–А ты смелый. И не сказать, что книжный червь, да? Хорошо, Игорь. Теперь ты не ком биомассы.

–Кто намалевал смайлик напротив лестницы? – спросил через минуту капитан.

Леонора хихикнула. Санёк отвёл взгляд, вытянув губы в трубочку, чтобы не рассмеяться. Остальные молча хлебали суп и заедали гренками. Гренки были настоящими и вкусными. Возможно, с «Мегалодона».

–Надеюсь, это не ты, ком… планктон? – поинтересовался капитан, отложив вилку.

–Нет, сэр, – обмирая, ответил я.

–Художник трижды не выйдет при следующих стыковках!

Зигфрид присвистнул. Если «Пиранья» редко стыкуется, то угроза очень действенна.

Обед закончили в гробовом молчании. А через час корабль подошёл к базе. В дверь нашей с Зигфридом каюты ударили ботинком. Я открыл – на пороге стояла Даша.

–Чего надо, женщина? – рыкнул Зигфрид. Он влез в модные брюки с голографическими драконами и готовился натянуть чёрную футболку с белым цветочным оранментом.

–Вы не идёте, – сурово проговорила Даша.

–Но я оставался в прошлый раз! – вскричал Зигфрид и швырнул в стену скомканную футболку, оставшись с голым торсом.

–Приказ капитана, – сказал Санёк. Он возвращался с камбуза, держа в руках бутылку с минералкой.

Здоровяк переменился.

–Я понял, – понурив голову сказал Зигфрид. Он почему-то очень остерегался странного сутулого парня.

–Не грусти, – добавил Санёк. – Большая остановка через день. Принесу тебе твоё пиво.