Пиранья
Шрифт:
Я едва не позеленел от злости. С какой радости мне надо интересоваться ерундой. Вместо этого сказал:
–Так вот как вам удаётся совершать такие большие прыжки – с помощью спортивных движков.
–Систему Руперт придумал. Кроме него никто пока не использует. – Даша поставила на стол железный чемодан и открыла. – Вот ключ на пятьдесят. Используешь первым. Затем ключ на сорок. Для третьей операции – плоскогубцы, разогнёшь ими удерживающие отражатель пластины. И, напоследок, крестовая отвёртка, чтобы вывернуть болты в пластинках.
–А
–Пузырь реальности вокруг корабля нестабилен – то больше, то меньше, и есть вероятность, что поле гипера обрежет фал. Когда такое случится, тебе надо будет прижаться к броне, переждать и выстрелить из пистолета в обшивку рядом со шлюзом.
–А молоток?
–Он на всякий случай.
–Ясно. Гарри умер из-за того, что скакнуло поле гипера?
–Да. Но перед выходом он напился. Ты ведь не пьёшь?
Я помотал головой.
–Значит, проблем не будет.
–Это Зигфрид довёл Гарри?
–Что за вздор. Зиг никого не в состоянии убить. Ты его не бойся, только не вздумай трогать его модели. Гарри погиб потому, что… А. – Даша махнула рукой, закрыв чемоданчик. – Сам поймёшь. Подожди. Возьми.
–Что это за таблетка?
–Чтобы голова не кружилась. Не панацея, конечно, но будет полегче. Кстати, тебя будет страховать Зигфрид. Если не справишься, пойдёт он.
–Слушай, а надолго я здесь?
Даша забарабанила пальцами по столу.
–Не хочу тебя пугать, но и обнадёживать тоже. Капитан родился на нищей планетке и теперь чувствует себя обиженным на весь мир. Ты просто не ерепенься, и, думаю, он тебя скоро отпустит.
***
Когда я готовился открыть внешнюю дверь шлюза, Зигфрид помахал рукой в окошко на двери. Он тоже был в скафандре, но на его руке, на защитном покрытии, тикали мои швейцарские часы. Я сжал кулаки. В этот момент дверь шлюза распахнулась, и я вывалился в серый безжизненный гипер.
Ощущение было, что мчишься в батискафе сквозь толщу воды. Время от времени по серому неоднородному пространству пробегали радужные блики. Излучения гипера хватало, чтобы разглядеть корабль и себя в скафандре, но для верности я включил мощные фонари на шлеме. Свет от скафандра достигал радужной плёнки в двух метрах над головой, и слабо отражался назад. Здесь кончался пузырь реальности.
Из открытого шлюза «Пираньи» тянулся фал. Я сглотнул, прогоняя навалившийся ватный страх, и вцепился в скобу, пережидая дурноту.
Гравитация не ощущалась. Я карабкался по скобам на аспидно-чёрную палубу «Пираньи». На палубе располагались гипер двигатели, на днище – реактивные. «Пиранья» мчалась в поле реальности, как пузырёк в газировке. Мне предстояло сменить сгоревшие отражатели, чтобы корабль не растворило поле гипера.
Я приблизился к отражателям, трём пирамидкам на расстоянии метра друг от друга, и вызвал Дашу.
–На месте, – сообщил я.
–Как себя чувствуешь? – озабоченно спросила девушка. – Не тошнит?
–Слегка.
–Страшно?
–Так
–Выключаю. У тебя двадцать минут, потом поле начнёт прыгать, и мне придётся включить гипердвигатели обратно. И… сам понимаешь.
–Понимаю.
–Готово.
Сияющие белым пластины на передней стороне пирамидок стали мертвенно-жёлтыми, прогоревшими. Я отстегнул с пояса чемодан, приклеил на нанолипучках к обшивке и открыл. Плёнка над головой всколыхнулась, словно её тронули пальцем.
Первая пластина не доставила хлопот. Я оттолкнул отражатель, и он, пронзив пузырь реальности, исчез во вспышке.
Голова внезапно закружилась. Стало нехорошо в желудке. Я прижался к поверхности корабля, уцепившись за скобы. Мои ноги потянуло в сторону колыхающейся плёнки, разделяющей реальность и гипер, смертельный на все сто процентов, в отличие от доброго и ласкового космоса.
Это были гравитационные рывки, которые обещала Даша. А всего пять дней назад я смотрел на этот гипер сквозь купол в ресторане «Мегалодона», наслаждаясь брютом и натуральным банловым желе, поставляемым Конфедерации шшраумами.
–Как успехи? – спросила Даша.
–Ноги волочит вверх, – ответил я.
–У тебя двенадцать минут. Не жди, продолжай работать.
–А если попаду в гипер?!
–Не попадёшь. Датчик отмечает уровень поля. Сработает катушка и тебя втянет в шлюз. Держись одной рукой, а другой пробуй достать инструмент. Начни работать – головокружение пройдёт.
Даша продолжала меня убеждать. Я медленно разжал правую руку, качнулся и тут же схватился за скобу снова. На лбу выступил пот. Глубоко дыша, чтобы побороть рвотные позывы, я сделал ещё попытку. Разжал правую руку и зафиксировал левую ногу. Через минуту я стоял на поверхности «Пираньи». Меня по-прежнему тянуло вверх.
Я сосредоточился на работе. Приложил ключ на пятьдесят к первому из трёх болтов. Через пять минут старый отражатель улетел в гипер, а его место занял новый, без желтоватого налёта. В этот момент на меня стремительно стало падать серое небо. Я инстинктивно упал, вжался в обшивку. Граница повисла в полутора метрах от меня, затем вернулась на место. Я распрямился и потянулся за ключом.
– Игорь! – крикнула Даша.
–Да! – отозвался я.
–Хорошо закреплён?
–Угу.
–Осторожно посмотри на шлюз.
Я посмотрел вниз, на открытую дверь. Из проёма тянулся белый шнур фала.
–Понял? – спросила девушка.
–Нет.
–У тебя обрезало фал.
–Чёрт!
–Стой! Не двигайся! У тебя пять минут и сорок секунд.
–Стою.
–Медленно возьми пистолет из чемодана.
–Хорошо.
Я наклонился к чемодану, взял пистолет.
–Направь оружие на шлюз. Сделал?
–Да.
–Не промахнись. Сдвинь красный предохранитель, это рычажок слева от рукоятки.
Я тщательно прицелился и выстрелил. Крюк с фалом вонзился в обшивку рядом со шлюзом.