Пип-шоу

Старлинг Изабелла

К семи часам я была готова. Уделила особое внимание каждой детали своего внешнего вида и открыла все шторы, чтобы Майлз мог наблюдать за мной, пока я ждала его. Но даже не увидела его в окне. Если он и был дома, то прятался от меня.

Я сделала эпиляцию, выщипала и сбрила все, что ниже бровей. Мои волосы были блестящей, густой темной гривой, спадающей идеальными волнами по плечам, а глаза казались особенно яркими. К счастью, у меня еще оставался загар с последнего посещения солярия, и я решила надеть ярко-белый бэби-долл², чтобы дополнить цвет лица. На ногах у меня были розовые туфли на высоченных каблуках. Я выглядела невинно. Как та девушка, которой была раньше.

Последние

два часа я ходила по комнате, надеясь, что он появится раньше. Не повезло. Минуты текли еще медленнее, мучительно приближая назначенное время.

И вот раздался единственный звонок в мою дверь.

Я подбежала к входной двери, не проверяя, слышу ли его голос. Слишком нервничала, все мое тело дрожало от страха, когда ждала звука его шагов на лестничной площадке.

Мои ноги едва держали меня, и я дрожала перед дверью, пытаясь подготовиться к тому, что будет по другую сторону. Шаги приближались. Быстрые, злые шаги. Раздался нетерпеливый стук, а затем мужчина прочистил горло, и это не было похоже на Майлза.

Бл*дь. Бл*дь. Бл*дь.

Неужели он прислал парня, чтобы трахнуть меня?

Я схватилась за ручку двери, пытаясь устоять на ногах. Сердце колотилось в груди, голова кружилась.

Гнев прокатился по моим венам, непонятный гнев, потому что он, бл*дь, делал это со мной. Я хотела быть его, хотела, чтобы он трахал меня. Майлз и никто другой. Так что же он делал, присылая кого-то еще?

Я распахнула дверь и уставилась на него.

Двое мужчин.

Двое мужчин, один в костюме, другой в джинсах и кожаной куртке. Оба выше меня, оба с руками, которые выглядели так, будто собирались сделать мне так больно, как мне еще никогда не было, заставить меня кончить так сильно, что я потеряю сознание от этих ощущений. Я зарычала, когда увидела их, отчаянный стон сорвался с моих губ, но ни один из них не подал виду.

Тот, что был в костюме, вошел внутрь, а другой закрыл дверь.

А потом они навалились на меня, их руки были повсюду, казалось, в считанные секунды, заставляя меня подчиняться, пока я не застонала и не стала шепотом умолять, поставленная на колени в прихожей, а мужчины раздевались у меня на глазах. Я уже чувствовала, как на глаза наворачиваются горячие слезы, но никогда, никогда не позволю им упасть. Я не позволю Майлзу увидеть, как разочарована и обижена тем, что он заставляет меня делать. Никогда не дам ему понять, как больно мне от этого предательства. Как сильно я хотела, чтобы эти двое мужчин были им.

— Вставай, — рявкнул на меня мужчина в костюме, и я встала, мои колени едва не подкосились.

— Зови меня Сэр, — сказал парень в куртке, сделав шаг ко мне и обхватив рукой мое горло. — Ты зовешь его Папочкой. Кивни, если поняла.

Я кивнула, едва успев пошевелить головой, прежде чем с моих губ сорвался всхлип. Только сейчас я заметила, как они выглядели, какие резкие различия между ними были, кроме того, как они были одеты.

На них обоих были только боксеры. Парень, которого я должна была называть Папочкой, был старше, около сорока или около того, но он был в такой форме, что я не могла с ним сравниться. Его тело было покрыто тонкой порослью темных волос, смешанных с сединой, у него были волосы с проседью, которые сводили меня с ума. Он был красив, как старая кинозвезда, и я прикусила губу, глядя на него, прежде чем переключить свое внимание на более молодого парня.

Он был выше, хотя и не такой высокий, как Майлз. У него были светлые волосы и слабый намек на щетину, в то время как у его старшего друга была борода. Младший парень, — Сэр, — был подтянутым и стройным, но у него не было кубиков на животе, как у другого.

Но он все равно был восхитителен, и больше всего меня должен был испугать его отстраненный, почти садистский взгляд. Но этого не произошло. На самом деле, это только усилило мое возбуждение.

— Хорошенькая маленькая девочка, — улыбнулся мне Сэр, в то время как Папочка схватил меня за волосы.

Я боролась, но это было бесполезно. Вдвоем они легко втащили меня в гостиную и прижали мое обнаженное, дрожащее тело к окну.

Я могла видеть Майлза в его квартире, без рубашки, с застывшим выражением лица.

Вы, бл*дь, делаете мне чертовски больно, — хотела крикнуть я, но не могла вымолвить и слова, поэтому молча смотрела на Майлза, пока двое мужчин возились со мной.

Они обращались со мной как с маленькой *баной куклой, делая со мной все, что хотели, и бросая меня между собой, словно я была игрушкой. Я чувствовала, что слезы горячи как никогда, угрожая в любую секунду пролиться и унизить меня перед ними тремя. Боже, мне, бл*дь, хотелось кричать от несправедливости всего этого, от того, как сильно хотела, чтобы вместо него был Майлз. Но у меня не было шанса жаловаться, потому что Папочка подошел ко мне с маленьким кляпом с розовым шариком и легко закрепил его на моих щеках, пока Сэр держал мои руки за спиной.

Я сопротивлялась, но не так сильно, как могла бы, что заставило меня сильно покраснеть. Но я так намокла, когда они были рядом, надевая на меня кляп, а Майлз наблюдал за этим, у меня по ногам текло, как у маленькой отчаянной шлюхи, облажавшейся бог знает чем, просто отчаянно нуждающейся в очередной порции члена в своих развратных дырочках.

Я бормотала что-то сквозь кляп, а мужчины смеялись мне в лицо, отчего первая слеза скатилась по моей щеке.

— Аууууу, — сказал Сэр, заставив меня выгнуть спину и обхватив одной рукой мою шею, заставляя меня посмотреть через спину на него. — Уже плачешь, шлюха? Тебе еще столько всего предстоит пережить, прежде чем мы тебя отпустим… Может быть, ты не такая уж разъ*банная, как нам говорили.

Я хныкала в знак протеста, когда Папочка зашел мне за спину. Они повалили меня на диван, и один держал меня, пока другой связывал мои запястья шелковыми завязками. Я уже плакала, свежие слезы падали свободно, пока смотрела на Майлза через окно. Он должен был заплатить за это. Когда я увижу его в следующий раз, то причиню ему боль. Физически и эмоционально. Я испорчу его. Это уже было решено. Майлзу будет так же больно, как и мне сейчас.

Но, посмотрев ему в глаза через улицу, я вообще не увидела в его взгляде никакого сожаления. На самом деле, этот ублюдок выглядел чертовски довольным собой, его лицо было полностью сосредоточенным, его кулак, вероятно, отчаянно работал над его членом, пока он наблюдал, как со мной обращаются как с игрушкой для траха, тремя дырками для слива спермы и ничем больше.

— Мы слышали, что у тебя никогда не было двух членов, — прошептал Папочка мне на ухо, и моя кожа покрылась мурашками.

— Посмотри на ее нуждающуюся п*зду, — засмеялся Сэр. — Посмотри на нее. Она сейчас забрызгает нас, если ты не остановишься.

Один из них просунул руку мне между ног и погладил мой клитор, и я застонала, как будто мне было физически больно. И я, бл*дь, разрывалась между реакцией на их мучения и пристальным взглядом на Майлза, чтобы наказать его за то, что он делал со мной, дать ему понять, как больно, что он так поступает со мной, прямо сейчас, прямо в этот гребаный день, который должен был быть особенным. А он продолжал смотреть в ответ, его глаза были сосредоточенными и напряженными, его член, вероятно, был близок к тому, чтобы, черт возьми, взорваться. Я хотела убить его, бл*дь. Желала, бл*дь, покончить с ним.