Пип-шоу
Шрифт:
— Мне все равно, — прошептала я. — На все это. Это я ревную. Я больше не хочу, чтобы ты это делал. Хочу, чтобы ты фотографировал меня. Только меня.
— Я… — еще одно незаконченное предложение.
Я отчаянно хотела, чтобы он продолжил, но он не хотел.
— Выбери меня, — тихо сказала я, повторяя разговор, который мы уже однажды вели. — Только меня, Майлз. Почему бы и нет? Я буду хороша для тебя. Лучшей девушкой, которую ты можешь пожелать; лучшей, которую ты можешь пожелать. Ты знаешь, что так и будет.
— Я… —
— Пожалуйста, — прошептала я, и он медленно выдохнул.
Затем его руки легли мне на плечи. Майлз толкнул мое обнаженное тело вниз к коленям, и я ахнула, когда он это сделал. Мои глаза были прикованы к его, пытаясь разглядеть сквозь дымку, которая теперь была между нами. Он расстегнул молнию, его ладонь сомкнулась на члене, и он застонал, увидев меня на полу в таком виде. Мне хотелось большего, и я не боялась протянуть руку, чтобы получить его.
Я вцепилась большими пальцами в его джинсы, отчаянно стягивая их вниз. Майлз не пытался остановить меня. Я стянула их до конца, а затем принялась за его боксеры. Его пальцы вцепились в трусы, но я умоляла его глазами позволить мне сделать это, позволить мне раздеть его и начать работать над ним. Наконец, Майлз отпустил, и его боксеры упали.
Его член был монстром, — огромный и толстый, вены пульсировали прямо у моего лица и наполняли мой рот слюной.
— Давай, — простонал Майлз. — Не пялься. Это не вежливо, сладкая.
Я наклонилась ближе. Мои губы едва могли обхватить его кончик. Он был таким толстым, выпячиваясь передо мной. Когда я почувствовала вкус его предэякулята, беспомощно застонала, а он издал такой звериный звук, что я подумала, что он просто поддастся своим желаниям и возьмет меня, как я хотела все это время. Но нет, его руки были сжаты в кулаки, и он сдерживался, как всегда делал Майлз. Жаль, что я не могу оказать ему любезность и вести себя так же чопорно и корректно. Не зря же у меня была такая репутация.
Когда мой рот обхватил его, мои глаза были прикованы к его, и я начала сосать. Его вкус наполнил мой рот, но я жаждала гораздо большего. Я никогда не получу его вот так, но, черт возьми, попытаюсь дать ему попробовать, на что способна. Майлз застонал, когда я вбирала глубже, сначала робко, но моя смелость росла с каждым облизыванием и поглаживанием его пульсирующего члена. У него был вкус власти, и я была зависима от того, что он заставлял меня чувствовать. Его рост, его массивность заставляли меня думать, что я всего лишь кукла, и я не могла насытиться этим, зная, что он может легко поднять меня и сделать с моим телом все, что захочет.
— Господи, Бебе, — пробормотал Майлз, когда я подавилась его длиной.
Я подняла глаза, чтобы увидеть, как его рука задержалась над моей головой, его пальцы коснулись одной пряди волос и проверили ее мягкость между кончиками.
В игре, в которую мы играли, никогда не будет победителя. Он продолжал отталкивать меня, а я ползла обратно, отчаянно желая большего. Но не могла остановиться. Я хотела его сильнее, чем что-либо еще в своей жизни, и я не остановлюсь, пока он не даст мне то, чего я хочу.
Я жадно вылизывала нижнюю часть его члена, от яиц до блестящего кончика, а Майлз запустил пальцы в мои волосы. Я стала небрежной, с моего рта капало, оставляя мокрые следы по всему его телу. С его члена капала моя слюна, и он подставил под нее одну из своих рук, поймал немного и заставил меня снова взять ее в рот. Это только подстегнуло меня, и я продолжала двигать головой, отчаянно желая, чтобы он вошел в меня еще больше, хотя было совершенно очевидно, что он никогда не поместится.
Я перевела дыхание и уставилась на него, осмеливаясь заставить его продолжать.
— О, Бебе, — прорычал Майлз, в его голосе звучало предупреждение.
— Скажи мне, что ты не хочешь меня, — бросила я ему вызов. — Уйди сейчас же, и я оставлю тебя в покое.
Вид такого большого и сильного мужчины, дрожащего передо мной, был леденящим до костей. Майлз хотел пошевелиться, все его тело кричало ему, чтобы он ушел, но он не мог отойти от меня ни на шаг. Я смотрела, как его кулаки падают рядом с телом, как его глаза закрываются в поражении, а потом мой рот снова оказался на нем, забирая у него все больше, забирая все, что я хотела иметь.
На этот раз я не проявила никакой пощады. Я сосала его так, словно единственное, что осталось сделать в мире, — это заставить его кончить. Показать ему свои таланты, убедить его, что я этого достойна, даже если это означало унизить себя.
Остановиться было невозможно. Было только обещание, что он останется, если решит, что я достаточно хороша, но для этого мне придется потрудиться. Больше, чем для чего-либо другого в своей жизни.
— Остановись, — вздохнул Майлз, и я поняла, что он близок.
Я покачала головой и продолжила работать, дразня его, его член пульсировал у меня во рту, вены были близки к взрыву. Я лизнула его яйца, и он задрожал. Он был так близок, что я думала, что парень взорвется, если я лизну его еще раз.
Потребность сделать вздох была сильной, но не такой сильной, как желание сказать ему о своих чувствах. Я выпустила его член изо рта и в отчаянии посмотрела вверх.
— Майлз, — прошептала я. — Прекрати убегать.
Его руки схватили меня за горло, и я задохнулась от удивления. Он трахал мой рот. Небрежно. Его член заполнил меня до краев, и я почувствовала, что у меня наворачиваются слезы, но я не отводила взгляд от его глаз.