Петровский
Шрифт:
Но потом, когда Петровский стал доказывать, что нужно закрепить революционные завоевания народа и что лучший путь к этому — передача всей власти в руки Советов рабочих и солдатских депутатов, аплодисменты раздались жидкие, кое-где в зале. А как только он заявил, что большевики горячо преданы рабочему делу, что Ленин самый неподкупный, наичестнейший человек, поднялся ужасный шум, крики «Долой!». Говорить дальше Петровскому не дали: свист и улюлюканье глушили слова.
На трибуну выскочил какой-то человек и с побелевшим от бешенства лицом стал доказывать, что Ленин,
А к Петровскому уже вплотную подступали разъяренные люди, хватали его за плечи. Товарищи, пришедшие с ним вместе, пытались оттеснить, уговорить безрассудных, но те напирали. Дело могло обернуться кровавым самосудом. Тогда Петровский, отстранив тянувшиеся к нему руки, крикнул гневно:
— Хватит! Я натерпелся в думе от правых и не останусь тут, раз вы меня так встречаете!
Это несколько охладило горячие головы, толпа раздалась, и Петровский с товарищами быстро прошел к выходу.
Когда Григорий Иванович, хмурясь, скупо рассказал в ЦК о случившемся, товарищи, зная настроения на Балтийском заводе, подивились, как ему, Петровскому, удалось в такой острой схватке унести ноги. «Ты, видно, в рубашке родился, а то бы пришлось нам вылавливать тебя из Невы», — мрачно пошутил кто-то.
Контрреволюция уже действовала открыто, привлекая несознательные группы рабочих на свою сторону, а демагогические речи меньшевиков служили ей вполне надежно.
Двоевластие кончилось. Партия большевиков перешла на полулегальное положение. Революция вступила в новую фазу развития.
Перед большевиками и пролетариатом России встал вопрос о подготовке вооруженного восстания, о свержении антинародного Временного правительства и передаче власти Советам силой оружия. Иного выбора не было.
На заводах начали создаваться первые отряды Красной гвардии. Кроме рабочих, в них записывали солдат и матросов, верных революции. В один из таких отрядов вместе со своими сверстниками вступили и сыновья Петровского. Они попросили включить их в бригаду, охраняющую Владимира Ильича Ленина. Просьбу юных Петровских удовлетворили, и они ходили такие шальные от счастья, что отец с матерью дома даже подшучивали над ними.
Обстоятельства складывались чрезвычайно серьезные, опасные для жизни вождя пролетарской партии. Было очевидно, что правительство Керенского решило физически уничтожить Ильича. Вопреки настояниям членов ЦК Владимир Ильич упорно не соглашался скрыться, уехать из столицы. Он считал малодушием покинуть Питер в такой неопределенно-сложный для революции момент.
Но ЦК партии был непреклонен, и Ленину пришлось подчиниться коллективному решению. Предусмотрительность и настойчивость ЦК партии, особенно Свердлова, который не хотел и слушать доводы Ленина за то, чтобы остаться в Питере, несомненно, спасли вождя партии.
В это время Григорий Иванович Петровский уже был на Украине, куда Центральный Комитет послал его в конце июля. Эта поездка была одобрена Лениным еще до июльской демонстрации. Однажды Петровский, зайдя в редакцию газеты «Правда», встретился там с Владимиром Ильичем.
Ленин дал согласие, и ЦК послал Петровского бороться за власть Советов на Украине.
II. На Украине
Политическая обстановка на Украине в 1917 году была сложная, революционно неустойчивая. Здесь фактически царило троевластие. Власть делили между собой комиссар Временного правительства, Советы рабочих и солдатских депутатов и националистическая буржуазно-кулацкая Центральная рада.
В Советах преобладали эсеры и меньшевики. Они прекрасно уживались с Центральной радой, которая сумела найти с ними общий политический язык.
Летом 1917 года контрреволюционные репрессии правительства Керенского распространились и на Украину. В июле было арестовано несколько членов Киевского и Винницкого комитетов большевиков. Наиболее активных, революционно настроенных рабочих и солдат по приказу комиссара Временного правительства посылали на фронт. Такие «оздоровительные» меры удавалось, осуществить без особых осложнений с эсеро-меньшевистскими Советами.
Все это в сочетании с борьбой против националистических мелкобуржуазных организаций создавало величайшие трудности в работе украинских большевиков.
Ленин и ЦК партии придавали огромное значение победе революции на Украине. Украина была тогда главной хлебной, угольной и металлургической базой России, и без нее контрреволюция могла бы задушить восставший пролетариат центральных областей России жесткой экономической петлей. Поэтому ЦК партии послал туда надежных, опытных товарищей, хорошо знающих Украину, — Петровского, Ворошилова, Артема (Сергеева).
Им предстояла трудная агитационная работа, требовавшая большой выдержки и терпения, — необходимо было подорвать в рабочей массе доверие к меньшевикам и эсерам, обнажить их подлинное лицо пособников контрреволюции.
Из Петрограда Григорий Иванович поехал сначала в Екатеринослав, где в это время рабочие боролись против локаутов, объявленных хозяевами заводов в ответ на самостоятельное введение профсоюзами восьмичасового рабочего дня. Но и там, в Екатеринославе, спевшиеся с Центральной радой эсеры и меньшевики сбивали с толку рабочих и их профсоюзы. Им нужно было помочь.
Петровский по приезде сразу же вступил в бурные митинговые диспуты. Как депутат бывшей IV Государственной думы, боровшийся с царизмом, он имел то преимущество перед другими большевистскими ораторами, что его беспрепятственно пропускали на все собрания и митинги, независимо от того, кто их устраивал: эсеры, меньшевики или украинские националисты. Имя Петровского в родном Екатеринославе было очень популярно, и принимали его на митингах с воодушевлением. Ведь многие пожилые рабочие помнили его как вожака екатеринославского пролетариата в дни 1905 года и рассказывали о нем молодежи.