Пьесы

Нурен Ларс

ЙЕННА. Да уж, это точно.

ФРАНК. Я знаю. (Берет ее за руку, держит.) Ты хорошая.

ЙЕННА. Кто… я?

ФРАНК. Да. Очень добрая.

ЙЕННА. Вовсе нет.

ФРАНК. Очень добрая. Это видно.

ЙЕННА. Да нет, я на самом деле совсем не добрая.

ФРАНК. Добрая. Я чувствую это.

ЙЕННА. Это худшее, что можно сказать о человеке.

ФРАНК.

Да, если сказать только это. Но я говорю не только это, я говорю: ты добрая… Понимаешь? Я пытаюсь выражаться как можно более ясно… Ты не просто добрая… В тебе есть что-то еще… Что-то удивительное.

ЙЕННА. Вот как… И что же?

ФРАНК. Ты плачешь, когда тебе грустно… Понимаешь, о чем я?

ЙЕННА. Я такая скучная.

ФРАНК. Нет, в тебе что-то есть… Что-то удивительное…

ЙЕННА. О чем ты говоришь?

ФРАНК. Да… капля света… божественная капля… капля альтруизма.

ЙЕННА. О-о… Спасибо.

ФРАНК. Не надо благодарить… За это не надо благодарить. Ты же понимаешь.

ЙЕННА. Это красиво.

ФРАНК. Тебе понравилось?

ЙЕННА. Просто красиво.

ФРАНК. Томас тоже так сказал.

ТОМАС. Будешь еще пить?

ЙЕННА (смотрит в пустой стакан). Ой, я не заметила… Что Томас сказал?

ФРАНК. О чем, Йенна?

ЙЕННА. Обо мне?

ФРАНК. Так лучше?

ЙЕННА. Немного… но мне лучше больше не пить… Я только плачу.

ТОМАС. Да, мне это уже надоело.

ФРАНК. Ты никогда не говоришь о людях плохо и безответственно… ты знаешь, что все вернется обратно — и ты почувствуешь то же самое… Разве нет?

ЙЕННА. Что сказал Томас? Что он сказал?

ФРАНК. Он сказал, что ты не агрессивная — это ужас но, она не агрессивная, она очень похотливая.

ЙЕННА. Похотливая?

ФРАНК. Да, вместо того чтобы рассердиться, она становится похотливой.

ЙЕННА. Похотливой? Я?

ФРАНК. Да.

ТОМАС (поворачивает кресло к ЙЕННЕ и ФРАНКУ) Лучше послушай меня. Я последний раз к тебе обращаюсь.

ФРАНК. Сейчас будет драться. Удивительный человек. Он любит чувствовать угрозу.

ТОМАС (встает). Предупреждаю.

ФРАНК. Да, я слышу.

ТОМАС. Я говорю: я тебя засуну в унитаз. Я вымою тобой пол.

ЙЕННА пытается остановить ТОМАСА, тот отталкивает ее.

ФРАНК.

Я верю.

ТОМАС. Я весь вечер тебя терплю, но теперь мне надоело. Я не идиот.

ЙЕННА. Томас, пойдем-ка вниз. Что тут делать. Пойдем. (Тянет ТОМАСА назад.)

ТОМАС (отталкивает ЙЕННУ и рвет ее белую перчатку.) Отвали, к чертям собачьим.

ЙЕННА. Томас, ну пожалуйста, на что ты так злишься?

ТОМАС. Хватит меня поучать. Ты не ребенок… Хочешь спать — иди уже к черту! Спускайся и ложись… Я не собираюсь удирать! Я всегда, блин, прихожу домой, ты прекрасно знаешь! Кстати, за двенадцать лет, что мы женаты, я не пропадал ни разу, ни одной ночи!.. Что, ты считаешь, может случиться? Я хочу видеть другие лица, кроме твоего! Да что с тобой! Я могу иногда, черт подери, поговорить не о детях, и не о том, с кем они играли, и не о тех родителях, не о том, как они выглядят по утрам и какие они вообще странные. Ты только и говоришь, какие все вокруг придурки и как у нас все хорошо! Это так? У нас все хорошо? У нас так все хорошо!

ЙЕННА. Ну все же, по сравнению с другими…

ТОМАС. Да ты ничего не знаешь, хорошо мне или нет!.. Ты вообще ничего обо мне не знаешь!

ЙЕННА. Томас, ну пожалуйста, мы поговорим об этом позже. Разве нельзя? Я очень боюсь, когда ты так кричишь.

ТОМАС. Иди к черту… Чего ты боишься? Спускайся вниз и ложись. Спускайся и жди. Я приду позже. Приду, когда захочу… Если захочу… Тогда и приду.

ЙЕННА. Я не хочу идти без тебя.

ТОМАС. Тогда стой там.

Пауза.

Ты мне надоела.

ЙЕННА. Что… Что ты такое говоришь?

ТОМАС Ты что, не слышала?

ЙЕННА. Ты сердишься?.. Что я такого сделала?

ТОМАС. Ты мне надоела. Не слышала, что ли?

ЙЕННА. Томас, ну пожалуйста… очень тебя прошу…

ТОМАС. Не могу тебя больше видеть. Вот и все.

ЙЕННА. Это просто потому, что ты выпил.

ТОМАС. Вовсе нет! Я просто больше не могу видеть. Ты что, не поняла?.. (Подходит к ней и кричит прямо в лицо.) Не могу тебя больше видеть… (ЙЕННА начинает плакать. Стоит перед разбитой дверью на кухню, ТОМАС трясет ее. Она плачет еще горше.)

ЙЕННА. Как горько.

ТОМАС. Вот этого не надо.

ЙЕННА тихонько плачет с открытыми глазами.