Пестрые человечки
Шрифт:
Однако на поверку выяснилось, что и Лениной подругой Варю назвать было нельзя. Разве что хорошей знакомой, коллегой по работе. Для подруги она знала о Лене слишком мало. Впрочем, Варя и не пыталась представить себя Лениной подругой.
— По-моему, у Лены подруг вообще не было, — говорила она Ане. — Они ей и не нужны были.
Девушки сидели в уголке маленького кафе в полуподвальном помещении музея и крохотными глоточками пили довольно жидкий кофе. Ане удалось найти Варю без особого труда. И уговорить ее побеседовать о Лене также труда не составило. Но вот, к сожалению, ничего интересного Варя сказать о Лене не могла.
— Лена
— А что за клиенты? — спросила Аня.
— Не знаю, — ответила Варя.
— Варя, — максимально проникновенным тоном обратилась к ней Аня, — понимаете, Лену похитили. Может быть, ей грозит смертельная опасность. И вполне возможно, что это как-то связано с ее второй работой. Так что если вы мне не расскажете все, что знаете, то, возможно, гибель Лены будет и на вашей совести.
— А почему я должна вам верить? — спросила у нее Варя. — Почему я должна вам верить, что Лену действительно похитили?
Анька растерялась.
— Позвоните ей домой, — предложила она.
— Лена живет одна! — фыркнула Варя. — Может быть, она сейчас на работе.
— Так позвоните ей на работу! Уверена, что Лену там тоже с фонарями обыскались, — сказала Анька. — И любая информация о ней будет очень кстати.
— Но я же не знаю ее нового места работы, — вздохнула Варя. — Ладно уж, мне кажется, что вы меня не обманываете. Да и не знаю я ничего такого, что могло бы Ленке повредить. Ну, слушайте. Расскажу вам все, что знаю про Лену.
И Варя приступила к рассказу. Сама она пришла работать в Русский музей больше десяти лет назад. Лена появилась поздней. В отделе других молодых сотрудников не было, так что девушки, несмотря на несходство в характерах, все ж как-то общались. В обеденный перерыв ходили вместе в кафе, иногда после работы заходили в кино. Но особой близости между ними так и не возникло.
— Лене всегда хотелось денег, — рассказывала Варя. — Она мне с самого своего появления в нашем отделе все время твердила, что в этом музее мы с ней совсем пропадем. Так и просидим всю жизнь за копейки, а потом на пенсию выйдем, и вообще хана нам будет. На паперти с протянутой рукой — наше будущее. И это еще в лучшем случае, если местные побирушки потеснятся и нас с ней к себе пустят.
Но потом Лена свои разговоры о том, как бы ей найти способ разбогатеть, прекратила. Зато Варя увидела, что Лена стала покупать себе дорогую косметику, новые вещи у нее теперь лежали в фирменных пакетах модных дорогих магазинов, куда Варя даже и зайти стеснялась. Варя даже ходить мимо них опасалась. Ей казалось, что из-за сверкающих витрин на нее презрительно смотрят продавщицы, которые ей тоже казались существами из другого, почти нереального мира горностаевых шуб, сверкающего хрусталя и новеньких иномарок.
— Любовника богатого нашла? — спросила Варя, когда Ленка заявилась на работу в умопомрачительной красоты зимних сапогах. — Или Павел подарил?
Мало того, что сапоги были красивы, они были еще и удивительно легки и удобны на ощупь. А когда Варя, у которой был один размер с Леной, сунула ногу в новый сапог, то невольно охнула. Прежде такого ей испытывать не приходилось. Нога устроилась в сапоге, словно в перчатке — теплой, мягкой и удивительно уютной. Но Лена в ответ
— Так кто же? — благоговейным шепотом спросила у нее Варя. — Любовник или Павел?
— Павел все деньги в свой бизнес вкладывает! — заявила ей Лена. — На себя и меня у него жалкие гроши остаются. Он как купил себе куртку три года назад, так ее и таскает. А зачем менять? Она же без дырок! Не знаю, может быть, он и правильно делает, но только я-то сейчас, сегодня жить хочу. Сейчас, а не потом!
— Значит, все-таки любовник?! — ахнула Варя, которая была твердо убеждена, что щедрые и богатые любовники — это плод чьей-то выдумки и в реальной жизни не встречаются.
— Варька, опомнись! — захохотала в ответ Лена. — Стал бы любовник мне машины дарить! Как же! Не такая уж я красавица, чтобы на меня такие деньги швырять. Сама я деньги заработала и сама же машину и купила!
— Врешь! — обиделась Варя. — Как ты могла заработать такие деньжищи?
Однако пришлось поверить. Деньги Лена и в самом деле зарабатывала сама.
— Но чем? — спросила у Вари Анька.
— Оценкой картин, — вздохнула Варя. — У Лены было редкое чутье и знание. Ей было достаточно бегло взглянуть на картину, чтобы рассказать о ней почти все, определить школу, к которой принадлежал художник, год, когда картина была создана, и, конечно, самое главное — она называла точную стоимость картины на рынке. Она могла отличить подлинник от копии без всякой аппаратуры. Лена никогда не ошибалась, а брала за свои услуги значительно меньше, чем взял бы эксперт, который стал бы делать химический анализ красок, полотна и так далее. Так что постепенно у Лены появилась своя клиентура. Если кто-то после нее и шел к эксперту, телефон которого всегда был у Лены, то его официальная оценка никогда не отличалась от Лениного вердикта.
— Так в чем тогда смысл? — удивилась Аня. — Почему бы клиентам сразу не обращаться к эксперту?
— За настоящую экспертизу, проведенную по всем правилам, нужно заплатить большие деньги, — сказала Варя. — А кому охота выкладывать денежки за какую-нибудь дедушкину любительскую мазню? Обычно ведь люди только догадываются, что попало им в руки. А узнать точно хочется. Вот тогда и появлялась Лена и говорила, стоит ли картина денег или ее можно просто отнести на свалку. Репутация ее была такова, что люди ей верили, и деньги она зарабатывала вполне приличные.
— И что, Ленин приговор был всегда верен? — удивилась Аня.
— Так я же вам говорю, Лена никогда не ошибалась. Она работала не только с частными лицами, с коллекционерами. Да и не только среди коллекционеров. Некоторые антикварные магазины и галереи, когда у них возникали сомнения, привлекали Лену для оценки полотен в качестве независимого эксперта. И проколов у нее не случалось.
Из Русского музея Аня ушла в больших сомнениях. С одной стороны, у Вари не было никакого резона врать. А с другой… С другой — Ане что-то не верилось в то, что оценкой картин можно заработать себе на новый автомобиль, и содержать любовника, и еще делать покупки в тех дорогих фирменных магазинах, где одевалась и обувалась Лена. Да еще и шататься по ночным клубам и казино, осведомленность о которых Лена продемонстрировала перед Маришей. К тому же Варя ничего не сумела сказать Аньке, почему Лена уволилась из Русского музея.