Песнь Ухуры
Шрифт:
Спок поинтересовался:
– Разрешите личный вопрос, доктор Вилсон «А, ты тоже копаешь, подумала она про себя – Интересно, что я такого сделала, чтобы заслужить подобное внимание?» Подражая его формальности в сочетании с четкостью выражения мысли, и без капли любопытства она ответила:
– Разрешаю, мистер Спок.
– Ваша демонстрация физической подготовки вчера вечером была замечательна.
– Спасибо. – Она слегка наклонила голову, что означало поклон, и краешком глаза уловила улыбку Кирка.
– Когда Яркое Пятно высказала свою озабоченность
– Достаточно точно, – подтвердила она. Спок продолжил:
– Судя по моему опыту, большинство людей предпочитает отрицать своих эволюционных предков. Не правда ли, вы гордитесь, утверждая ваше отношение к ним. Могу я узнать, почему?
– Почему нет? – Она тотчас же обдумала ответ. – Мне очень жаль, мистер Спок. Не хочу показаться непочтительной, но я не терплю таких людей, которые думают, будто они наемного лучше всех других существ, животных или людей, только потому что появились полностью сформированными и со шляпой по последней моде на голове. Вселенная ничего не тратит понапрасну, так почему я должна отбрасывать совершенно отличный талант лазания по деревьям только из-за того, что другие считают его… нецивилизованным? Это было бы так же глупо, как не использовать цепкий хвост. – Она знала, что он поймет ее намек на йауанцев без комментариев.
– Действительно, – согласился Спок. – Будет ли мне позволено еще раз указать доктору на то, что ее «хорошая реакция» очень уж напоминает логику?
– Пожалуйста. Но я, скорее всего, буду отрицать это до последнего вздоха.
– Это в высшей степени алогично.
– Я и это могу обосновать «Если этот разговор и не принес никакой пользы, – подумала Вилсон, то все равно его стоило завести, хотя бы ради того, чтобы увидеть выражение лица Кирка. Пришло время тактического отступления». Она закинула на плечо воображаемую винтовку, живо отсалютовала им, повернулась по-военному налево и замаршировала прочь.
Кирк смотрел, как удаляется доктор. Наконец-то он нашел ключ к стилю Эван Вилсон. Он вдруг рассмеялся.
– Мистер Спок, у нас появился человек, который не желает, чтобы его принимали за само собой разумеющееся… даже вы.
– Капитан?
Для вулканца это могло быть абсолютно непонятным.
Я имею в виду, что она не позволят никому делать допущения на свой счет. Если вы собираетесь продолжить изучать ее, Спок, помните Найзенберга. Доктор Вилсон изменит свой действия только для того, чтобы спутать вашу информацию. Она получает удовольствие от своей непредсказуемости.
– Тогда она именно такая, как утверждает: такая же нелогичная в своем поведении, как и большинство людей, – и это самое интересное из всего.
«Так вот какова твоя реакция на доктора», – подумал Кирк, но вслух лишь сказал:
– Ну что ж, мистер Спок, видимо, все заняты раскопками. Может быть, вы выберете поле деятельности и
Спок указал на стационарную постройку среди деревьев.
– Я бы очень хотел осмотреть это строение изнутри.
– Тогда пойдемте, мистер Спок.
– Могу поинтересоваться, капитан, степенью тяжести вашего недавнего повреждения?
– Если это предупреждение, мистер Спок, то я принял его к сведению. Кирк осмотрел лагерь и заметил Яркое Пятно, выходившую из палатки Жесткого Хвоста. Он махнул ей, предлагая присоединиться к ним, – Мы спросим у Яркого Пятна. Он говорит, что не сможет ударить так же сильно, как Жесткий Хвост… будем надеяться, что это так. Яркое Пятно подскакала к ним.
– Доброе утро, капитан. Доброе утро, мистер Спок.
– Доброе утро, Яркое Пятно. У меня есть для тебя детский вопрос, а мистер Спок напомнил мне, что мои уши все еще звенят от вчерашнего ответа Жесткого Хвоста на мой предыдущий.
Яркое Пятно покачала головой, но не отрицательно, а так, как будто хотела прояснить ее.
– У меня тоже, – сказала она и потерла голову с одной стороны.
– Что ты сделала, чтобы заслужить это?
Сиваоанка колебалась с ответом.
– Ничего, – ответила она наконец и отвернулась в сторону, как будто испытывала неловкость.
«Типичный ответ типичного ребенка, – подумал Кирк:
– А я типичный надоедливый взрослый».
– Извини, Яркое Пятно. С тобой все в порядке?
– О, конечно. Голова тверже, чем рука. – Это наверняка была поговорка. Она сложила руки вместе, обмотала хвостом запястья, чтобы прижать их друг к другу, затем спросила:
– Так что за вопрос?
Кирк улыбнулся ее намеренной предосторожности.
– Мы хотели бы осмотреть здание изнутри. Это разрешается?
С видом облегчения Яркое Пятно развязала себя. Ее усы выгнулись вперед.
– Конечно, – сказала она. – Пойдемте… я покажу вам. – Она развернулась, чтобы идти, затем вдруг остановилась. – Хотя подождите. Я должна это обдумать. – Хвост дернулся от нетерпения. – Есть проблема, наконец произнесла она. – Я думаю. Лейтенант Ухура сказала, что ваши люди считают себя свободными петь все, что услышали раньше. Это относится и к другим вещам тоже?
– Я не понимаю, Яркое Пятно.
– Будете ли вы считать себя вправе копировать все, что вы увидите?
Кирк глянул вопросительно на Спока.
– Я думаю, капитан, Яркое Пятно интересуется, не вовлечены ли мы в промышленный шпионаж.
По реакции Яркого Пятна можно было догадаться, что универсальный переводчик, сделал из этого кашу. Спок нашел самым простым в этой ситуации дать ей краткое описание Федерального закона о патентовании, за которым совершенно логично последовало описание концепций закона как такового, и того, как он отличается от научных законов.
Когда Спок наконец закончил, Яркое Пятно сказала:
– Может быть, вам лучше просто сказать Ветреному Пути и Жесткому Хвосту на древнем языке, что вы не используете полученную информацию без их на то разрешения?