Песнь Огня
Шрифт:
Он хихикнул, как будто пошутил. Потом медленно и размеренно подгреб к противоположному берегу и с превеликим трудом выбрался из воды. После этого, мокрый и голый, если не считать куска ткани, намотанного вокруг бедер и между ног наподобие огромного оттопыренного подгузника, человек принялся смачно – так, что на коже оставались следы, – хлопать себя по всему телу.
Мантхи смотрели на действо, словно загипнотизированные.
– Итак, – произнес толстяк, видимо, достаточно обсохнув, – дайте-ка я на вас посмотрю. Да тут
– Тридцать один человек, – ответил Анно. – И животные.
– Тридцать один рот! И все просят есть. Ну, что ты скажешь на это, Королева? – обратился он к свинье, которая только что вылезла из воды и встала рядом. – Смотри получше – ты увидишь, это не только мужчины, но и женщины. А когда мужчины живут с женщинами, что получается? Дети! Снова рты! А потом дети вырастают и заводят новых детей. Рты выходят из ртов!
Из этой странной речи Анно понял лишь то, что толстяка беспокоит, сколько гости съедят.
– Мы не задержимся надолго, – сказал он. – После того как отдохнем и с вашего разрешения запасемся едой, мы пойдем дальше.
– Пойдете куда?
– На север, в горы.
– Ах, все так говорят! Вот увидите, наш остров покинуть очень непросто. Однако время есть, время есть… – Толстяк широко улыбнулся. – Капитан Канобиус к вашим услугам. Я сердечно приглашаю вас к себе в гости, на «Стеллу Мари».
С этими словами он гордо удалился, сопровождаемый свиньями. Мантхи обогнули озеро и пошли за капитаном.
– Сумасшедший какой-то! – решил Бранко Так. – И при чем тут кораблекрушение?
– Я думаю, это оттого, что он живет один, – сказала Ветра Так, его жена.
– Какой мужчина… – мечтательно протянула госпожа Холиш. – Да еще и капитан!
– Решил, что он на острове, – сказал Мо Мимилит. – Вот дурак!
– Толстый дурак. Глупый толстяк, – добавил приятель Мо, Шпек.
Мальчишки захихикали.
– Тихо! – одернула их Лея Мимилит. – Не злите его. Нам нужна его помощь.
Заросшая тропа привела мантхов на красивую широкую поляну. Там, куда ушел толстяк, было светлее – значит, деревья отступают. Вдалеке раздавался странный звук: глубокое и тихое бурчание.
Поляна оказалась опушкой густого тропического леса, дальний край которой уходил в белый туман. У леса стояло любопытное сооружение: три шеста на деревянной платформе, покрытые кусками ткани, отдаленно напоминающими паруса. Толстяк вскарабкался на палубу и стал открывать сундуки, которые, по всей видимости, заменяли ему мебель. Оттуда он извлек широкое полотнище, которым тут же обмотал свои телеса, и выдолбленные из маленьких тыковок чаши.
Мантхи подошли ближе. Оказалось, что на дальнем краю опушки – большое озеро. Вода в нем кипела и бурлила. Это бурчание они и слышали. От озера валил густой белый пар.
– Добро пожаловать на борт, путники! – крикнул Канобиус.
Анно первым поднялся на широкую палубу. Капитан наполнил чашу напитком из
– Тростниковый сок. Слегка бодрит. Добро пожаловать на «Стеллу Мари»!
Анно сделал глоток: неплохо.
– Тут еще что-то.
– Я добавил апельсиновую цедру.
– Очень вкусно!
Канобиус наполнил чаши всех остальных. Вскоре мантхи повеселели и расслабились.
– Горячий источник? – спросил Анно, показывая на кипящую воду.
– Вот именно что горячий, – ответил Канобиус. – Это мой котел. Видите?
Капитан показал гостям длинный шест, привязанный к треножнику. На конце шеста болталось металлическое ведро. Чтобы всем было понятно, толстяк опустил ведро в воду.
– Варит обед в мгновение ока!
– Замечательно! – сказал Анно.
– Вот что я вам скажу, – вмешался Мелец Топлиш. – У вас тут настоящий рай.
– Точно, – согласился Канобиус. – Все, чего люди добиваются потом и кровью, мне дается за так.
– О небеса! – воскликнул Дубмен Пиллиш. – Вам не нужно трудиться, чтобы себя прокормить?
– Трудиться? – Капитан издал сочный смешок. – Мне нужно встать – вот такой труд. Пройти пару шагов, протянуть руку и сорвать плод с дерева – тоже работа, если хотите. Нет, сэр, я не работаю. Я отдыхаю!
– По-моему, это не совсем правильно, – нахмурился коротышка Скуч. – Ну, что не надо работать.
– Сэр, вначале я тоже так думал. Я носился по всему острову, расчищая и возделывая землю. А потом обнаружил, что всякая вкуснятина растет и так, хоть сажай, хоть не сажай. На этом мои попытки стать земледельцем закончились. Отныне я живу как пташка и довольствуюсь тем, что дарит мне природа. И не работаю! Вы не поверите, как легко отвыкаешь от этой привычки.
– Труд – привычка?! – Дубмен Пиллиш удивился еще больше. – Ну-ну… А разве вам не бывает скучно?
– Скучно? С чего бы? Это работать скучно. Пыхтишь-пыхтишь и еле сводишь концы с концами. А когда не надо работать, остается свободное время на любимые занятия.
– Какие же?
Канобиус расплылся в улыбке и похлопал себя по объемистому животу.
– У меня два любимых дела, друг мой. Одно – готовить еду, а другое – есть. И в том и в другом я достиг высочайшего мастерства. – Он вытащил ведро из кипящего озера. – Вы сами убедитесь. В честь вашего прибытия я устрою пир.
– Нам нужно приспособить повозку к снегу, – сказал Анно, – и запасти побольше еды. Мы были бы рады провести у вас дня три.
– Дня три, да? Ну, ничего, ничего. Я устрою вам пир. – Его взгляд упал на госпожу Холиш. – О, какая женщина!
– Кроме вас, тут никого нет?
– Да, никого. – Внимание капитана было поглощено госпожой Холиш. – Мадам, разрешите подлить вам напитка!
Анно огляделся: где Аира? Усталая жена присела под деревом. Анно подошел к ней.
– Ну как? – спросил он, опускаясь рядом.