Первый долг
Шрифт:
Это было… пожалуйста.
Я пошла вперед, словно загипнотизированная его голосом, смотря внимательно на огромного зверя. Лошадь резко качнула мощной головой в мою сторону, ее ноздри затрепетали, втягивая мой запах.
Я пахну ее хозяином?
Несмотря на то, что я съела сэндвич и яблоко, пьянящий вкус Джетро пронизывал, покрывал весь язык, насыщая меня своим ароматом.
К своему ужасу я чувствовала себя, как будто поглотила часть, которую он даровал мне при оргазме, взамен отдавая ему за это власть надо мной.
Это невозможно. Он бы не при каких
Я забрала ее у него. Я заставила его излиться мне в горло, несмотря на то, что это было именно его желание, чтобы я отплатила ему удовольствием за удовольствие.
В этот раз я не смогла сдержать маленькую победную улыбочку, которая просияла на моих губах.
Джетро пробормотал:
— Самодовольство тебе не к лицу, мисс Уивер.
Я парировала:
— Нет, но уязвимость оказала на тебя поразительный результат, мистер Хоук.
Его глаза сузились, он пристально посмотрел на меня. Одним резким движением, он схватил меня за талию и поднял над своей головой.
— Забирайся на чертову лошадь, перед тем, как я потеряю терпение.
Не имея ни малейшего шанса к сопротивлению, я схватилась за переднюю луку и перекинула ногу через седло. Лошадь ощущалась твердой, мощной массой подо мной, полированная гладкость касалась моих коленок.
Джетро схватил поводья, поставил ногу в стремя и уселся в седло позади меня. Его твердое и горячее тело прижалось ко мне сзади.
В седле не было достаточно места для нас двоих, но, казалось, это его совершенно не волновало. Он прижал и ударил ногами в бока бедного животного, и мы рванули вперед, рассекая темноту, когда его рука обвила меня за талию и прижала ближе к его твердым мышцам груди.
Ночную тишину наводнил лай собак и звучный стук копыт, когда он возвращал меня влачить мучительное существование в «Хоуксбридж Холле».
Утро.
Лучи солнца поникали через окно в комнату, ярко освещая теплым и ярким светом, тисненые кожей, стены и огромных размеров кровать с темно-алым парчовым балдахином.
По комнате были расставлены чучела прекрасных птиц. Лебеди и ласточки. Зяблики и дрозды. Я знала, почему Джетро выбрал для меня именно это комнату, потому что все эти прекрасные и величественные птицы были застрелены, убиты, и его знакомый сделал из них чучела. Я знала, потому что Джетро сам мне это рассказал.
Он также посвятил меня в то, что в этой самой кровати когда-то спала моя мать и все наши предки по женской линии, плененные семьей Хоук до моей матери. Атмосфера и интерьер были тщательно продуманы, и ставка делалась на то, что я должна растерять всё присутствие духа и силу, чтобы превратиться в ту жалкую девушку, которую он встретил в самом начале.
К большой жалости для него, я больше ни за что не собиралась становиться такой снова.
Было еще рано. Солнце только взошло и несмело вступало в свои права, рассеивая отголоски ночи. Я спала глубоко и без каких-либо тревожных снов, поэтому
Я остро нуждалась в каких-либо словах, чтобы найти утешение.
Сбрасывая одеяло, я подошла к чемодану, который стоял в углу комнаты. Парень из «Блэк Даймонд», который исполнял роль посыльного, был очень любезен, что принес в комнату мои вещи, включая платье и черный жакет, который отобрал у меня Джетро взамен на униформу горничной, которую мне пришлось надеть, чтобы обслуживать обед братства.
Я вздрогнула, отодвигая подальше воспоминание обо всех тех мужчинах и их языках.
Опускаясь на колени, я начала шарить в карманах пиджака, пока мои пальцы наконец не нащупали нужный предмет.
Мой телефон.
Я быстро достала зарядное устройство из чемодана и поспешила к кровати с двумя предметами. Включая зарядное устройство в сеть, я позволила электричеству вдохнуть новую жизнь в севшую технику.
Ожидая, пока телефон загрузится, я улыбнулась мысли о том, что в данный момент у меня есть хотя бы немного комфорта, которого я успешно добилась прошлой ночью.
В тот момент, когда мы добрались до «Хоуксбридж Холла», Джетро сопроводил меня до комнаты и запихнул вовнутрь.
Он не обронил ни единого слова и не вознаградил меня ни единым взглядом.
Когда щелкнул язычок замка, и дверь плотно закрылась за ним, я поняла, что на сегодня он оставил меня в покое, чтобы я могла принять душ, переодеться в удобную, мешковатую футболку, затем свернуться калачиком под простыней из египетского шелка и просто отдохнуть от всего, что я пережила.
Драгоценная возможность побыть наедине с собой, в сочетании с мыслями о том, что я украла у него в лесу, позволила мне расслабиться на несколько часов и погрузиться в крепкий сон.
Держать телефон в руках, единственную ниточку, что связывала меня с внешним миром, наполняло меня большими силами. Это был ключик, к тому, чтобы найти равновесие в существовании в этом странном месте. Мое прошлое не ушло, просто немного скрыто, на некоторое время стало призрачным.
В тот момент, когда телефон включился, устройство просто сошло с ума в моих руках, неустанно принимая оповещения.
Сообщения стали быстро поступать в почтовый ящик. Пропущенные звонки. Электронные письма.
Письма от моего помощника и дизайнеров, которые я игнорировала. Заявки на поступление большего количества моделей из коллекций. Огромное количество счетов по авансовым платежам новой коллекции из Милана.
Это не имело значения. Больше не имело. Освобождение, которое я чувствовала оттого, что игнорировала давление своей работы и карьеры, не должно было настолько радовать меня.
На экране высветились три сообщения, которые пришли от моего отца.
Мое сердце болезненно сжалось, но я проигнорировала их. Я не была готова общаться с ним. Смесь из отчаяния и чувства предательства немного улеглась к этому моменту, и все стало более понятно. Но сейчас мне было необходимо немного пространства.