Первые шаги
Шрифт:
— Я бы хотел предложить вам работу. Сначала простым оперативником. Ну не совсем простым, с вашим-то даром. — Поправился Митин, — а когда наберетесь опыта и повысите уровень способностей, будем продвигать по карьерной лестнице.
Задумался, предложение было заманчивым, но…
— Знаете, мне бы не хотелось менять привычный уклад жизни. У меня есть постоянная работа, которая мне нравится. Размеренная и привычная жизнь.
— Стас, вы не глупый человек и должны понимать, что с обретением дара, как раньше уже не будет. В мире существует очень много того, о чем
— Я могу подумать?
— Можете, но чем раньше вы дадите ответ, тем лучше. Для вас лучше. Между прочим, ваша прабабка по материнской линии в конце тридцатых — начале сороковых возглавляла ДМБ.
— Шутите? — Удивленно посмотрел на собеседника.
— Ни в коем разе. Вашему деду и матери дар не перешел, но думаю, Елена Алексеевна в курсе того, что мир не так прост, как кажется.
— Мама?
Вот это действительно оказалось шоком.
— Спросите ее на досуге. Наверняка у нее найдется несколько припрятанных дневников прабабки. Ирина Петровна Солдатова была очень сильной Видящей. По рассказам очевидцев, ее до дрожи боялся весь ДМБ. Я даже могу вас свести с теми, кто лично ее знал.
— Ха-ха, — Рассмеялся нервно. — Сведете? Это как? Из могилы поднимите в виде зомби?
— Некромантия запрещена законом уже более пятисот лет. Сейчас в России нет ни одного практикующего некроманта, насколько мне известно, а если появится, немедленно будет приговорен к уничтожению.
— Тогда как?
— А вам не приходит в голову, что некоторые не человеческие расы живут по двести, а то и более лет.
— Кх-м, вот как?
— Да, — улыбнулся Митин, видя мой ошалевший взгляд. — Я понимаю, что все это сложно осознать, но вы теперь принадлежите не только миру людей, вы соприкоснулись с неизведанным и стали его частью.
Почесал затылок, понимая, что мой собеседник во многом прав, но прежде, чем принимать хоть какое-то решение, необходимо было получить больше информации.
— Кирилл Алексеевич. Мне бы хотелось больше узнать о своем даре. На что я способен?
— На многое, но для того, чтобы добиться хоть чего-то маломальского вам придется работать над собой, расширять свое энергетическое поле или ауру, если вам так будет понятнее. По данным наблюдения вы уже можете ощущать присутствие рядом с вами нелюдей.
— Да, могу. Еще могу почувствовать намерения человека, точнее не человека. Звучит безумно, если честно.
— Только чуть-чуть. На самом деле у Видящих много граней. Пока трудно сказать, в каком направлении вы будете развиваться. Вот, например, ваша прабабка была прекрасным эмпатом.
— Мысли читать умела?
— Нет. — Усмехнулся начальник отдела разведки. — Мысли читать пока никто не научился. Ирина Петровна могла ощущать чувства, намерения, желания, и не только ощущать, но при желании контролировать, менять на противоположные или угодные
— Думаю не только боялись, но и ненавидели. Никому не захочется, чтобы в их разум влезал кто-то посторонний. Жалко прабабку, тяжело ей наверно было с таким даром.
Митин пожал плечами.
— А кому тогда легко было? Времена тяжелые, сложные.
— Мне дед про нее ничего не рассказывал. Когда я спрашивал, он постоянно морщился и уходил в другую комнату.
— Его можно понять. При живой матери — сирота. Вот обида и осталась на всю жизнь. Солдатовой некогда было заниматься ребенком. Рос в системе, как и большинство детей того времени.
Покопавшись в воспоминаниях, задал волнующий меня вопрос.
— Она ведь не своей смертью умерла?
— В нашей структуре мало кто в своей постели жизнь заканчивает. Такая уж у нас работа. Ее свои же и… Короче расстреляли твою прабабку. Слишком опасным противником могла стать. Слишком много знала и умела. Опасались ее. Приказ пришел с самого верха. Если захочешь узнать подробности, потом можешь покопаться в архивах.
Хм-м, хитер. Знает, чем зацепить. Просто так ведь не пустит, только если приму предложение.
— Если соглашусь, в чем конкретно будет заключаться моя работа.
— Выезды на место преступления. Опознания. Мы ведь не можем определить кто перед нами: оборотень, вампир, вирява, ахти… Только Видящие могут распознать расу, ну еще оборотни могли ведьм и колдунов чуять, те, что из древних, но их почти не осталось, на всю Россию пять или шесть стариков.
И тут я вспомнил деда, привезенного в больницу со сломанной шейкой бедра. Вот значит кем он был. Недаром от старика мокрой псиной пахло.
— Кстати, что можешь сказать про меня?
Пожал плечами.
— Не очень много, только то, что пахнешь кровью. — Даже не заметил, как перешли на ты.
— Правильно. Теперь ты знаешь, как пахнут вампиры. Если почувствуешь подобный запах, значит перед тобой представитель моей расы.
В изумлении уставился на сидящего рядом мужчину. Потом поднял голову. Краешек солнца еще был виден над горизонтом.
— Как так?
Митин понял мой незаданный вопрос.
— Стереотипы и глупые книжки, созданные специально для людей. Мы не рассыплемся пеплом, выйдя днем на улицу, лишь яркий солнечный свет может принести небольшой дискомфорт. Это связано с физиологическими особенностями организма вампиров.
— А кровь вы пьете? В гробах спите? — Спросил, шалея от всего услышанного.
— Я что похож на психа? Спать в дубовом ящике… Увольте. Мне больше импонирует мягкая, удобная постель, а кровь мы действительно пьем. Не дергайся ты так. — Заметив, как я инстинктивно шарахнулся в сторону, произнес Митин. — В центрах переливания берем понемногу. Нам и повседневная, человеческая пища подходит. Кровь раз в месяц нужна, грамм двести-триста, не больше. Если ее не пить, клетки начнут стареть и отмирать, а организм угасать, что приведет к очень быстрой и мучительной смерти. Ну и, если вампир ранен, стоит только хлебнуть кровушки, как рана вмиг затянется.