Первые потери
Шрифт:
Иногда Димка вставлял в щель "видака" кассету с "Гостьей", чтобы увидеть настоящую Алису. Конечно, Димка понимал, что никакая она не настоящая.
Настоящей была эта девочка, сыгравшая Алису много лет назад. Но теперь этой девочки нет - она выросла, стала взрослой. Вышла замуж и теперь растит ребёнка. Это было противоестественно - Алиса не могла вырасти. И Димка начинал тихо ненавидеть эту большеглазую девочку, которой когда-то посчастливилось стать Алисой. И что в ней такого, - недоумевал Димка.
Девочка как девочка. Наверное, даже плакса, как все девчонки... Но ведь снялась в фильме... И за какие заслуги спрашивается? Вот если бы Алису сыграла Элина, тогда...
Иногда
Разозлившись, Димка выключил видак, вытащил кассету и закинул её под шкаф... Но затем, словно испугавшись, что его кто-нибудь мог увидеть за столь недостойным занятием... кто, интересно? Дома никого не было...
Достал из-под шкафа кассету, вытер тряпочкой и бережно поставил на полку рядом с другими кассетами. Всё-таки это был фильм про Алису... И пусть девочка, сыгравшая Алису в фильме, совсем не похожа на Элину... что из того? Всё равно она - Алиса. Его любимая литературная героиня...
Недавно на уроке литературы Королева Марго - Маргарита Сергеевна спросила:
"Ребята, расскажите о ваших любимых литературных героях. То был урок внеклассного чтения. То есть такого чтения, которое не входит в программу.
И Димка гордо ответил: "Алиса Селезнёва!" Но литераторша, скорее всего, фантастику не любила, о Кире Булычёве и Алисе Селезнёвой ничего не слышала, и потому настоятельно рекомендовала (она так и сказала:
"Настоятельно рекомендую!") Димке читать Пушкина и Чехова. На что Димка, не подумав, ляпнул, что Пушкин безнадёжно устарел, а Чехов пишет скучную тягомотину, он не интересен в век компьютеров и Интернета... Спор о современной литературе мог закончиться для Димки жирной двойкой в классном журнале и записью в дневнике с настоятельной просьбой родителям зайти в школу - Маргарита не церемонилась с теми, кто, по её мнению, не испытывал должного пиетета к русской классической литературе. "Развалили великую Россию, - не раз говорила она, - теперь давайте откажемся от нашей классики, и тогда Запад возьмёт нас голыми руками"... Однако на этот раз Димке повезло. Видимо, желчная литераторша решила не трепать себе нервы, и оставила дерзкую реплику Димки без должного внимания... Димка ликовал в душе, - всё-таки за ним осталось последнее слово! Он победил! Будто не о выдуманной фантазией писателя девочке Алисе Селезнёвой шла речь, не о праве Димки читать те книги, которые интересны ему самому, а не те, которые навязывает школьная программа, - а о Димкином праве по-прежнему дружить с Элиной. Хотя этого права у Димки никто не стремился отнять.
.. Димка вспомнил об этом, когда пытался засунуть "Алису" в рюкзачок. Но не такая уж и толстая книга - всего-то 300 страниц!
– ну никак не хотела влазить внутрь. Мешали учебники и тетрадки. Что делать? Выкладывать книги, тетради? Или всё же попытаться утрамбовать? Но тогда можно помять ценную книгу!
Димка со вздохом положил "Алису" на письменный стол. Придётся дочитывать после школы... А ведь осталось-то всего ничего. Меньше пятидесяти страниц...
И потому, высиживая положенные пять уроков, глотая пыль душных классов, Димка изнывал от нетерпения. Ну почему уроки такие длинные, недоумевал он, то и дело бросая взгляд на часы, стрелки которых, казалось, навсегда застыли на месте. Димка едва дождался звонка с последнего урока, и, подобно свежему ветерку, вырвался из класса, помчался домой, думая только о том, как раскроет сиротливо лежащую на письменном столе книгу, и нырнёт с головой, как в морские волны, в добрый, ласковый и солнечный мир, случайно возникший под весёлым
.. Стремительной стрелой, влетев в подъезд, Димка бросился вверх по лестнице, напевая навязчивый мотивчик неприхотливого хита Олега Газманова "А я девушек люблю..." И чего привязалось, спрашивается... У того же Газманова и лучше песни есть. "Господа офицеры", например... Между первым и вторым этажами Димка остановился у почтовых ящиков, умело отжал секретный американский замочек. И увидел сероватый конверт, обклеенный красивыми заграничными марками с парусными корабликами.
Димкино сердце возликовало и радостно бухнуло в груди.
Наконец-то! Долгожданное письмо от Элины и Роберто. Первое в этом году...
Димка познакомился с ними два года - целую вечность!
– назад. Когда отдыхал в детско-молодёжном лагере на берегу моря. С тех пор они переписывались. Письма, правда, приходили очень редко, по два-три в год. И шли они очень медленно, по несколько месяцев, наверное, даже терялись в пути. Димка никогда не мог быть уверенным, что получит ответ на отправленное письмо. Поэтому и писал очень часто, в надежде, что хотя бы одно письмо из четырёх-пяти отправленных дойдёт до очень далёких очень-очень далёких!
– друзей. Страна, в которой жили Димкины друзья, находилась за океаном, на другом континенте... как раз недалеко от острова, где служил миротворцем старший брат... Там тоже было не спокойно:
уже несколько лет полыхала гражданская война. Серьёзные взрослые люди почему-то никак не хотели договориться, кому из них надлежит сидеть в старинном королевском дворце, построенном четыреста лет назад испанскими конквистадорами... Элина рассказывала, что дворец был очень красивым, и когда был мир, на него приезжали смотреть туристы из разных стран. Дворец когда-то был объявлен историко-культурным памятником мирового значения и взят под ох рану ЮНЕСКО... Но взрослые люди не могли договориться, кто будет президентом, и потому собирали отряды вооружённых сторонников, которые с помощью оружия решали, кто будет хозяином дворца и всей страны.
Некоторое время спустя дворец был полностью разрушен бомбёжками, но война не закончилась. Война превратила в чёрные руины столицу страны, которую триста лет назад строили лучшие испанские архитекторы. В руинах лежали многие города и посёлки некогда мирной страны... И простые люди, которые не хотели войны, срывались с обжитых мест и искали спасения в соседних странах. Правда, соседи не очень радовались нашествию голодных беженцев и всеми правдами и неправдами спешили спровадить несчастных людей назад...
При такой жизни разве легко написать и отправить письмо? Суметь бы выжить...
Поэтому, когда очень долго не было писем, Димка мучился, не находил себе места. Часто, пытаясь унять в душе толчки сухой тревоги, он останавливался у географической карты, висевшей над письменным столом. Карта была очень старая, на ней были обозначены государства, которых давно уже не существовало. И не были нанесены те, которые образовались совсем недавно - на месте исчезнувших.
Димка напряжённо, до боли в глазах, всматривался в багряные очертания узкой полосы, протянувшейся вдоль атлантического побережья Северо-восточного континента. Таким пугающе обречённым цветом было обозначено на карте маленькое государство с красивым испанским названием, далёкая родина Димкиных друзей... Димка стоял у карты и смотрел на красную полосу - просил, умолял Элину и Роберто поскорее ответить на его письмо, прислать хоть маленькую весточку, сообщить, что они живы и здоровы, что, что с ними ничего не случилось... как с Алисой, с которой вообще не может ничего случиться, потому что живёт она в более гуманном мире...