Первозданный рай
Шрифт:
Но все переменилось год назад, когда Джейрд узнал, где живет ненавистный Бэрроуз, и целиком посвятил себя мщению. Малиа ничего не знала о трагической истории своих родителей.
С тех пор как в феврале Малиа вернулась на побережье, она пребывала в мрачном настроении: обижалась и сердилась на брата, не понимая, что заставило его так отдалиться от нее. Из писем Акелы Джейрд знал, что настроение сестры день ото дня становится все хуже. Она была крайне возмущена тем, что узнала о его женитьбе от случайных людей. Только сейчас Джейрд наконец понял, что слухи о распутстве жены
Джейрд, очнувшись от своих невеселых мыслей, поспешно вышел из спальни, осторожно притворив за собой дверь. Он направился на кухню, откуда доносились женские голоса: Малиа в отсутствие гостей предпочитала завтракать в уютной чистенькой кухне с веселой тетушкой Акелой.
Как только дверь за Джейрдом захлопнулась, Коринна вскочила. Она уже давно не спала, ожидая ухода мужа. По ее расчетам, Джейрд должен был сегодня же отправиться в Тонолулу, и она тоже не собиралась надолго задерживаться в этой глуши. У Коринны еще оставалось достаточно наличных денег, чтобы нанять лошадей и провожатых, в крайнем случае можно продать драгоценности.
Услышав из комнаты Флоренс плач Михаэля, Коринна поспешила к сыну. Но малыш уже успокоился. Флоренс, склонившись над колыбелькой, трясла погремушкой, и Коринна присела рядом.
— Проснулся?
— Он уже часа два как не спит, — ответила Флоренс, — и представьте себе, Кори, он лежал тихо-тихо и рассматривал все вокруг, а сейчас, наверное, решил, что пора покушать.
— Иди сюда, мой маленький, — проворковала Коринна, — сейчас мамочка тебя накормит…
— Кори, подождите, пока я запру дверь, — остановила ее Флоренс.
— Ах, Фло, все это пустяки. Джейрд уже уехал.
— Зато Акела осталась. Она и без того нам не верит и без труда убедит Джейрда в своей правоте. Не стоит рисковать, мисс.
— Знаешь, наверное, эта тетушка растила Джейрда с младенчества и заметила сходство между сыном и отцом. Слава Богу, хоть сам Джейрд его толком не успел рассмотреть!
— Да, сходство очень сильное, Кори, ведь мы с вами это давно заметили.
— Ах, Фло, ну что ты так разволновалась! Я надеюсь, мы сегодня же уедем отсюда обратно в Гонолулу.
— Хотела бы я знать, как вы собираетесь это устроить?
— Пока не знаю. Но я уверена, это совсем не так сложно, как кажется. В общем, не спеши распаковывать вещи.
После того как Михаэль был перепеленут, накормлен и водворен в свою колыбельку, женщины решили отправиться на кухню, чтобы подкрепиться. В коридоре они услышали громкие голоса: Джейрд спорил с какой-то молодой женщиной, а Акела пыталась их вразумить.
— Ну вот, Кори, а вы еще уверяли меня, что он уехал… Что там у них стряслось? Может, старуха опять взялась за свое…
— Пойдем выясним, в чем дело, — ответила Коринна и решительно открыла дверь на кухню.
Джейрд стоял, упершись руками в край стола, и в упор смотрел на сестру. Как выяснилось, она знала обо всем. Ей были известны все похождения его жены в мельчайших подробностях. Малиа с пылающим от гнева лицом стояла по другую сторону стола точно в такой же позе, как и брат.
— Малиа,
— А тебе не все равно? Разве это не правда? А, молчишь… Теперь-то я понимаю, почему ты держал в тайне свою женитьбу! Тебе было стыдно! Ты не хотел, чтобы о ней узнали.
— Кто тебе сказал?! Отвечай немедленно!
— Не все ли равно кто? — Малиа гордо вскинула голову. — Разве я не имею права знать, на ком женился мой брат? Джон Пирс мне сказал. Он-то понимает, что нельзя скрывать такие вещи, особенно когда о них говорит уже весь остров.
Джейрд обессиленно опустился на стул. Джон Пирс! Снова этот Джон Пирс — какой-то демон и проклятие семьи Бёркеттов! Это он много лет назад не поленился оставить свое поместье и отправиться в Гонолулу, чтобы донести Роднёю Бёркетту о приезде незнакомца, с которым его жена гуляла по берегу. Всего только прогуливалась по берегу! Один раз этот Пирс уже нанес удар их семье, а теперь сделал вот снова. Завидное постоянство…
— Как ты мог жениться на такой женщине, Джейрд? — спросила Малиа с такой тоской в голосе, что брат снова сорвался:
— Это не твоего ума дело, поняла?!
— Как у тебя язык повернулся сказать такое? — возмутилась Малиа. — Ведь теперь эта женщина стала моей сестрой! Я не желаю иметь невестку-шлюху!
— А ну-ка, Малиа, прикуси язык, — вмешалась Акела, стоявшая у плиты. — Замолчи немедленно.
— Нет, не замолчу! Почему я должна молчать? Разве это не правда, Джейрд? Все знали, что она вытворяет, и ты не мог этого не знать!
— Малиа, остановись, пока не поздно, — резко прервал ее Джейрд.
Впервые в жизни они с сестрой поссорились, и виной всему была Коринна. Но остановить Малиа было невозможно. Возмущение и стыд, которые скопились у нее на душе за эти месяцы, выплескивались наружу:
— Как ты мог позволить выставить себя таким идиотом? Ты, мой старший брат! Ты, такой умный и сильный! Ведь ты всегда знал, как надо поступать! А теперь над нами смеется весь город. Я боюсь возвращаться в Гонолулу, и мне придется просидеть в деревне всю зиму. Ты подумал о том, что мне когда-нибудь придется выходить замуж и что теперь мало кто пожелает породниться с нашей семьей?
— Малиа, стыдись! — Акела подошла к девушке и крепко обняла ее за плечи. — Разве можно быть такой эгоисткой? Посмотри, как ты огорчила брата. Ты еще слишком молода и мало что смыслишь в жизни.
Думаешь, ему приятно то, что случилось? Разве ты не видишь, как он страдает) — Он должен был это прекратить!
— Но ты не знаешь, что произошло между мной и Коринной, — снова возвысил голос Джейрд, — не тебе меня судить!
Что он мог сказать сестре? Как объяснить эту дикую путаницу в их отношениях с женой… Почему он сразу не вмешался и не остановил ее, как только она приехала на остров?.. Гордыня не позволила ему признать свою вину. Он не желал показать, что распутство жены что-то значит для него, и не мог не понимать, что в падении Коринны виноват только он сам. Это был ответ на его бостонский демарш — губительный для эмоциональной и неопытной молодой женщины.