Первая
Шрифт:
— Пока не решил.
Глаза слипались, веки стали тяжёлыми. Я проваливалась в сон, но каждый раз, дойдя до грани, в испуге просыпалась, чтобы через несколько минут снова задремать. Должно быть, в какой-то момент я всё-таки отключилась и распахнула глаза почувствовав, что мы остановились.
— Где мы?! — выглянула в окно, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь.
Показалось, что впереди темнеет дом, обнесённый строительными лесами. Вместе с шумом ветра пронёсся вой, тревожно заскрипели, зашумели деревья. Вой раздался
— Кто это? У вас собака?
— Волки. В лесу много диких зверей, — ответил он и выжидательно посмотрел на меня. — Говорю тебе на всякий случай. Вдруг ты решишь сделать какую-нибудь глупость.
— Какую, например?
Он промолчал. Вой стих, ветер тоже, и мы оказались в убийственной тишине, от которой жуть накатывала не меньше, чем от звуков до этого.
Ярослав потянулся ко мне. Я резко сдвинула ноги, отпрянула, вжалась в дверцу.
— Не трогайте меня. Пожалуйста, прошу…
Он открыл бардачок и достал пистолет. Смерил меня взглядом, остановился на коленях и вышел на улицу.
Я тихо заныла. Липкий страх окутал с головы до ног, заставил сердце колотиться. Ярослав уходил всё дальше. Я открыла машину и выскочила за ним.
— Подождите! — крикнула в темноту. — Подождите, а я?
После тепла холод казался невыносимым. Веточки и иголки впивались мне в ноги. Я различила тёмную фигуру и побежала быстрее.
— Я говорил тебе, чтобы ты шла за мной? — грубо спросил Ярослав.
— Нет, но…
— Что «но»? Говорил?
— Нет, — сказала тихо, мотнув головой.
— Так в чём дело?
— Вы ушли, выключили машину…
Он вытащил пистолет из кармана пиджака. Я прикусила язык. Даже в темноте его глаза были хорошо различимы — они блестели холодным металлом. В деревьях заухала сова.
— П-простите, — простучала зубами.
Он снял пиджак и кинул мне. От холода и страха я перестала соображать, и пиджак упал мне к ногам.
— Спишем твою неловкость на тяжёлый день, — сказал Яр, сунув пистолет за спину.
Я поспешно подняла пиджак и надела. Ярослав пошёл дальше, я за ним. От каждого звука вздрагивала и шарахалась, старалась не отставать, хотя было трудно.
— Подождите, — запыхавшись, попросила я. — Камни, а я…
Перед нами внезапно выросла стена, в которой он безошибочно нашёл дверь.
— Добро пожаловать домой, — открыл и, дождавшись, когда я войду, зашёл сам.
Коридор залил свет. На мгновение он ослепил меня, но вскоре я смогла различить вешалку в углу, безликие, словно только что отделанные деревянными панелями стены и ведущую вверх лестницу вдалеке. Пахло деревом и пустотой — странный запах, не предвещающий ничего. Холл был широкий, как в особняке Антонио, а потолки высоченные.
В попытке отгородиться от реальности, я укуталась в пиджак, как в кокон, но, когда Яр прошёл вперёд, увидела рукоять пистолета. Это отрезвило — пиджак принадлежал ему и был такой же реальностью, как его эхом разносящиеся шаги. Посмотрела на дверь. Кажется, он не запер её. Что, если прямо сейчас…
— Ты идёшь? — спокойный, уверенный голос Яра в пустом холле прозвучал громом.
Ярослав остановился. Я сделала вид, что меня интересуют стены, пол, потолок и особенно — две стоящие друг на друге коробки.
— Это ваш дом?
— Мой.
Он выжидал. Всё, больше пути назад не было. Сжав пальцами полы пиджака, я дошла до Ярослава и посмотрела ему в лицо.
— Я не буду с вами спать. Даже если моя мама… — горло сжалось. — Даже, если она продала меня, я не игрушка. Это незаконно. Я закончила школу с золотой медалью! Я врачом стать хотела, — голос начал звенеть. — А вы… Вы не можете перечеркнуть мою жизнь! Это…
Он дотронулся до моего лица. Слишком мягко, чтобы это могло быть правдой. Я всхлипнула, дёрнулась, и тут его пальцы сжались.
— Считай, что ты умерла, и все твои планы на жизнь вместе с тобой.
Я зажмурилась в ожидании удара, но он вдруг погладил меня по щеке.
— Сделай мне чай, Камила. Кухня дальше слева. Горячий, сладкий чай. У меня мало времени.
Пальцы исчезли. Я медленно открыла глаза и посмотрела ему вслед — он шёл по лестнице вверх, на ходу снимая галстук. Схватилась за перила, чтобы не упасть, навалилась на них и безудержно заплакала. Сегодня я умерла и все мои мечты умерли вместе со мной. Если бы это были только слова, я бы доказала их лживость, но его взгляд: спокойный, уверенный, безжалостный — он был хуже слов.
Глава 2
Камила
Выстрел прогремел у самого виска. Я дёрнулась, что-то задела. Зазвенело стекло, на ноги попало что-то холодное.
— Если ты столько времени завариваешь чай, боюсь представить, что тебе можно доверить.
За выстрел я приняла стук чашки о стол.
— Я… кажется, я уснула, — промямлила растерянно, глядя на осколки второй чашки.
— Я заметил.
Чай я заварила и хотела отнести наверх, но присела на минутку. Положила голову на руки и дальше провал. За окном занимался рассвет. Кромешная темень рассеялась, открыв взгляду лужайку и обломки дерева, большой железный ящик для строительного мусора, чёрный внедорожник на фоне деревьев.
Пока я рассматривала двор, Ярослав вышел из кухни и вернулся с пакетом.
— Это тебе. Если размер не подойдёт, сделай дырку на мысках. Другие привезу позже.
Я обулась. Размер был в точности, как надо, это насторожило. Может, он специально про того мужчину, Серафима, сказал, что он убийца? Может, он такой же?
— Что ты на меня смотришь?
— Ничего. Я не смотрю. Просто… Спасибо. Всё хорошо, не нужно делать дырки.
Он зашуршал бумажным пакетом, никак не отреагировав. В пакете была и другая одежда — под балетками лежала тёплая жилетка, под ней длинное шерстяное платье. Дальше я не добралась.