Первая гастроль
Шрифт:
– Может, распечатаете мне?
– Хорошо. Как вас зовут?
Дарья уже шла к указанному ей компьютеру.
– А? Дарья. Просто Дарья.
Она вошла в сеть и стала ждать, пока закончится поиск нужной странички.
Все закончилось намного быстрее, чем она думала. Через пять минут у нее на руках уже были листочки с английским текстом.
– Спасибо, – поблагодарила Реместова Дарья. – Как, оказывается, все быстро.
– Просто сейчас связь хорошая, – буркнул химик. – При встрече, будьте добры, передайте Федору, что я
Дарья вышла на улицу и первым делом присела на лавочку, чтобы пролистать полученный материал.
Читала по-английски она отвратительно, но перевести заглавие статьи, на которую была сделана ссылка, она смогла без затруднений.
«Чудо-консервант». Автор: Хитаро Эдо. Как водится, подобные имена у россиян не на слуху.
Объем статьи был невелик, и она принялась вникать в смысл, шевеля губами.
Не прошло и пяти минут, как из корпуса вышла девочка, которая открывала ей дверь в лабораторию, и села в припаркованный белый «Мерседес». Тачка, хоть и была подержанной, явно стоила больше, чем новые «Жигули» последней модели в люксовом исполнении.
У бедной Даши отвисла челюсть. Имя автора она, естественно, забыла.
Стараясь не суетиться, Данилова уселась в свою «девяточку» и тронулась следом за девочкой.
На ладонях выступил пот, под мышками тоже стало влажно. Ноздри раздулись. От излишнего волнения стало труднее вести машину. Необходимо было не просто рулить, но также и следить за обстановкой и держать дистанцию. Она очень хотела, чтобы ее не заметили. Так и случилось.
Простая студентка университета приехала в казино «Звездный дождь». Время активных игрищ было еще впереди, но на стоянке уже было припарковано несколько машин.
Войти внутрь или не стоит? Вот в чем вопрос.
Мозолить глаза уже проснувшейся после утренней спячки охране она не хотела. Пересчитав наличность, Дарья глубоко вздохнула. Снова придется тратить деньги. А потом опять зарабатывать.
Осмотрев почти пустой зал, Дарья не нашла никого, кто даже отдаленно напоминал бы коротко стриженную обладательницу узкой талии и стройных, но коротеньких ножек.
– Здесь девушка только что должна была пройти, короткая стрижка, светлые волосы, – решила она потревожить скучающего охранника, припарковавшего свое огромное тело около европейского косяка, выросшего на саратовской земле.
Он состряпал сосредоточение на не очень интеллектуальной физиономии и, прикрывая ладонью рот во время продолжительного зевка, тыкнул в сторону служебных помещений.
– Светка пошла переодеваться. Через час тут станет жарко. Иди поиграй, она скоро встанет за рулетку.
«Так она еще и крупье. Судя по машине, неплохой. Неужели профессионалы от карт и шариков зарабатывают так много? Может, дает кому-нибудь? Тогда другое дело. В этом случае непонятно, зачем надрываться в университете, да еще и в казино?»
На личности коротконогой Светы можно было бы поставить крест, если бы не она сегодня открыла
Как и предсказывал охранник, вскоре небольшое полуподвальное помещение было заполнено желающими выиграть или проиграться... Такое тоже бывает.
Света уже успела пару раз запустить шарик и отобрать фишки у нескольких игроков. Тех, кому бы улыбнулась удача, пока не было.
Дарья не стала садиться за игровой стол, дабы не попадаться на глаза студентке. Кроме того, почему-то именно сегодня жалко было тратиться... Нет, не точное это слово, просто не хотелось отдавать деньги очередной коммерческой структуре.
Игроки могут поспорить, они скажут, что, делая ставку, покупают кайф страсти. Может, это и так, но Дарья понимала только одну страсть – страсть к мужчине.
Вечер только начался. Игры на деньги – вещь заразная. После того как она попробовала свои силы еще в «блэк-джек» и в игральных автоматах, в кармане стало на сто долларов меньше.
Одно дело, когда покупаешь информацию, другое – когда транжиришь деньги впустую. Она сама не заметила, как увлеклась выпивкой. Лишь к одиннадцати вечера что-то внутри переключилось на режим самосохранения, и она заставила себя выйти на улицу.
Кое-как доковыляв до машины, она опустилась за руль, еще в силах осознавать, что ехать домой в несколько поддатом виде опасно. Дав себе обещание не вжимать сильно акселератор в пол и быть паинькой, она выползла со стоянки и поехала домой.
Настроение у Дарьи находилось на уровне нулевой отметки, но иногда оно опускалось и до минус десяти. В такие минуты ей хотелось завыть. У нее ничего не получалось. Она не могла найти убийц, она не могла определить, каким образом А-37 попал в Россию, она не могла сказать, за что убили Анну и Александру.
Когда тугой хлопок разорвал воздух, мысли ее были на Черноморском побережье. Она вспоминала Генералова... Рядом с ним она чувствовала себя дочкой-проказницей. Может, это из-за того, что своего родного отца она совершенно не помнила?
Машина дернулась. Она сообразила, что пробит баллон, но удержать авто на дороге не смогла. Ее уже ждал некстати подвернувшийся столб.
Ночь.
– Ну что там? Жива?
Мужской голос. Кто-то берет ее голову и осторожно поднимает.
– Жива, – отвечает тот, что с ней рядом. Ее веко приподнимают, и в глаза бьет луч света.
– Зрачки реагируют, – снова докладывает тот, кто ее осматривает.
– Убери свет, – просит она, делая глубокий вдох.
– У тебя болит где-нибудь?
– Везде, – отвечает она и откидывается на спинку сиденья. Около нее сержант милиции. Усатый и мордатый.
– Молодец, дружишь с ремнем безопасности, – хвалит он, залезая в салон и отжимая замок. – Давай, подруга, вылезай потихоньку.
Дарья собирается с силами и пытается пошевелиться. Боли нет, если не считать того, что голова трещит.