Перст Кассандры
Шрифт:
Он позвонил.
Не услышал ничьих шагов. Приложил ухо к двери — ни звука. Снова позвонил, долго не отпуская кнопку. Тишина. Удрученно пожал плечами. Выходит, ее нет дома. Тем не менее он продолжал стоять, тихо прислушиваясь.
Где-то внизу хлопнула дверь. Послышался сердитый женский голос, детский плач.
Он легонько нажал ладонью на дверь.
Она беззвучно отворилась.
Он удивленно посмотрел на открытую дверь. Вход открыт? Фредрика Дрюма не надо было дважды приглашать. Он юркнул в коридор и закрыл за собой дверь.
Его
Он быстро осмотрелся. Коридор был заставлен книжными полками, вешалками и зеркалами, искажающими перспективу, так что он тут же натолкнулся на стоячую вешалку и уронил ее на себя. Освободился от голубого халатика с драконами, и сердце его сжалось от тревоги.
Невидимка Фредрик, сказал он себе, быстренько все проверь и уноси ноги. Он вошел в гостиную.
В глубоком кресле посреди комнаты лицом к нему сидела женщина. Сидела неподвижно, откинувшись на спинку кресла. Но оранжевые волосы по-прежнему напоминали пылающий костер, и на подбородке сверкал кристалл. Глаза удивленно смотрели на потолок, не следуя за вращением висящей над ней бабочки.
Фредрик сразу узнал ее. Дикке, вожак хяппи. Мертвая.
Он, не дыша, подкрался к ней.
Не стал прикасаться к телу руками.
Увидел красное пятнышко на правом виске. Капелька крови величиной с булавочную головку. На левой щеке возле носа такая же крохотная капля. И еще две на шее.
Как будто поры сами раскрылись, выпуская кровь.
В комнате царил сплошной хаос. Мебель опрокинута, на полу — разбитые вдребезги вазы, всюду разбросаны книги. Драка. И, судя по всему, яростная. Но Дикке безмятежно сидела в кресле — мертвая, без видимых признаков насилия.
Только четыре капельки крови.
У Фредрика зашевелились волосы на голове. Тревога прибывала. Ему стало страшно. Давно уже он не испытывал такого страха. В смерти этой молодой женщины было что-то нереальное. Невозможное. От чего Фредрика словно обдало ледяной водой, чья-то рука будто легла на сердце, грозя в любую минуту сдавить его.
Все же он добрался до телефона, набрал номер полиции и «скорой», сообщил о злодеянии. Предупредил, что будет ждать. Ни шагу не сделает за дверь до прибытия полиции. Время невидимки закончилось. Фредрик Дрюм приготовился бросить на ринг полотенце. Ему было что порассказать полиции, сбросить обузу с плеч.
После чего он отправится в горы стрелять куропаток.
И пригласит Анну на праздничный ужин у камина.
Отвернувшись от телефона, он вдруг почувствовал, что запах сухих листьев плауна усиливается. У него щипало в носу, он растерянно озирался, закружилась голова, Фредрик сделал шаг-другой, споткнулся о кучу книг, но не упал, а наткнулся на какую-то стену там, где не должно было быть никакой стены.
И это была вовсе не стена, это было зеркало. Он уставился на свое собственное лицо,
Он выбросил вперед руку, чтобы разбить зеркало, но не попал. Зеркало отпрянуло назад вместе с его отражением.
Куда ни повернись — всюду зеркала, он был со всех сторон окружен самим собой в самых разных позах. Он ощутил тошноту, вслепую размахивал руками, ноги отнялись, но он продолжал стоять, не чувствуя опоры под ступнями.
Все движения замедлились, как при съемке рапидом, он попытался поднять руку к лицу, она стала страшно тяжелой, поднималась так медленно и не дотянулась до лица.
Затем он начал падать, это было бесконечно долгое падение, но он не ударился об пол, он падал вверх, вверх, выше и выше, он превратился в перышко, в пушинку, в ничто, паря куда-то в кромешную тьму.
Фредрик не почувствовал рук, которые подхватили его, когда у него подкосились ноги.
7. Даже круг не может быть совершенно замкнутым, Мать-Земля наконец-то являет свою доброту, и Фредрик Дрюм клянется, что видел, как сверху упала сельдь
— Гравитация — полная загадка. Даже Эйнштейну до конца не удалось понять, что это за сила, в чем ее смысл, и что, собственно, ее составляет. Все прочие силы,действующие во Вселенной, так или иначе становятся зримыми и постижимыми посредством анализов и измерения частиц. Все, кроме гравитации…
Монотонный гул. Песня? Или вовсе не песня? Может быть, мелодия? Кто ее исполняет? Голоса — или не голоса? Да нет же, просто кровь шумит в ушах.
— Есть гравитационное поле, но из чего оно состоит? Из волн или частиц? Ученые рассуждают о гравитонах, но экспериментально они не обнаружены. Однако через что-то сила тяготения должна воздействовать? Реши мы эту загадку, могли бы многое сотворить…
Смех. Кто это смеется так весело? Почему кругом темно? Куда подевалось его тело? Кровь. Ровный приятный гул.
— Вспомни про свет. Ты ведь специалист в этой области, показал нам, как предметы могут парить…
Почему он лежит с закрытыми глазами? Почему не откроет их? У него есть глаза? Как ни силился Фредрик Дрюм оживить своя «я», ему это удавалось только частично. Он продолжал левитировать. Плыть на волнах ровного гула. Песни. Нет, это не песня, а голоса. Голоса обитают в нем самом?
— Возьми двух мух не оконном стекле. Они снова и снова летят на стекло. К свету. И могут продолжать так, пока не умрут. Ни за что не хотят смириться с тем, что их отделяет от света незримая преграда…