Периферия

Миндаль Саша

Сердце заходится в последнем бешеном стуке — и пропускает удар.

Останавливается.

И тёмно-синие пряди мха — прямо перед глазами.

Всё.

Так вот как это происходит… Лучше тебе было умереть в том проклятом парке, девочка.

Но ты и умерла.

Чужая память продолжала разворачиваться:

Медленный, тягучий мир, закутанный в серый туман, тает и блекнет, растворяется… Сердце, застывшее в груди, делает первый неуверенный толчок. Тело наливается жизнью — "не-жизнью" вампира.

Наваждение "слепка"

рассеялось. Я снова был самим собой — Светлым дозорным, призванным защищать людей. И меня ждала новая работа.

Встретившись со мной глазами, Твердислав отвёл взгляд.

— Найди его, Александр, — попросил он. — Это страшнее "пятки". Найди.

Эдуард Сергеевич сжался на стуле, его била дрожь.

— Неслыханно… — с трудом выговорил он. — Это чудовищно… Твердислав Владимирович, что можно сделать с инициатором? Упокоение — слишком мягко!

— Успокойтесь, доктор, сейчас нам нужны ваши знания! Что это было?

— Инициация… Оттянутая инициация через животное-посредник… Не знаю, как это было сделано, но нет такого наказания, которое было бы тут по заслугам!

Похоже, наш коллега слишком засиделся в кабинете и совсем отвык от работы "на земле". У доктора элементарно сдали нервы, и толку от него сейчас было немного. Твердислав поморщился и отошёл от лежащей в обмороке вампирши.

— Всё мерзко… — проговорил он. — Ну что ж, теперь уже начинается работа для вас, розыскников…

Городская станция переливания крови размещалась в небольшом одноэтажном здании, стоявшем в тихом уголке города. Я остановил машину за пару домов от нужного места: отступать будет труднее, но зато не спугнём.

— Он там? — спросил Кирилл, осматриваясь по сторонам.

— Не знаю. Сканировать не буду и тебе не дам. Спугнём — уйдёт с концами, лови его…

Не слишком торопясь, мы прошли внутрь здания. Никто из людей нас не пока не замечал, а Иных здесь и не было.

Кроме одного. Того, по чью душу мы явились.

Найти инициатора оказалось куда проще, чем мы думали вначале. Да, у этого экспериментатора-самоучки хватило ума не вступать в контакт со своей жертвой, но полностью уберечься ему не удалось. Мимоходом, не отдавая себе в том отчёта, Люда заметила странное отражение, мелькнувшее в зеркале. Раз за разом погружаясь в транс, она смогла совершенно чётко вспомнить лицо отразившегося невидимки. Дальше всё было уже делом техники, и к утру мы уже точно знали, кого и где нам нужно искать.

Можно было собой гордиться: мы раскрыли это дело всего за сутки.

Следы с каждым шагом становились всё отчётливее. Видно было, что объект ходил здесь часто.

— Третья дверь от нас, — вполголоса проговорил я.

Тихо приоткрыв белую облупившуюся дверь, мы один за другим скользнули внутрь.

Входя, я не удосужился

прочесть табличку, поэтому не знал, как называется это помещение. С виду же оно напоминала лабораторию для анализа крови: стеллажи, заполненные загадочными приборами, штативы с пробирками на столе. А около стола имелся и хозяин этого медицинского богатства — полный невысокий мужичок лет пятидесяти в чистейшем белом халате. Он стоял к нам спиной, разглядывая на просвет бурую вязкую жидкость в пробирке. Его лица мы видеть не могли, но даже мясистый затылок выражал сложную смесь чувств — что-то вроде задумчивой жадности.

— Митрофан Яковлевич? Здравствуйте, здравствуйте… А что это вы тут делаете, а? — поинтересовался я, сам себе напоминая Твердислава.

Мужичок отпрыгнул от стола, опрокинув на себя пробирку с кровью. Тёмная струйка пробежала по рукаву халата и скатилась на браслет старых механических часов. Вот только рука в промежутке между обшлагом и часами осталась чистой — кровь моментально впиталась в кожу.

— Фу, как неаккуратно! Прямо как человек какой-нибудь… — Я укоризненно поцокал языком

— Что тебе надо, дозорный? — с ненавистью в хриплом голосе пробормотал мужичок.

— Да вот проведать захотел, как вы тут. Вообще, как не-жизнь ваша? Не слишком напрягает? А то ведь трудно небось вампиру на станции переливания крови — как алкоголику на ликёро-водочном…

— Всё законно! Я тут работаю! — огрызнулся вампир. — Пропуск показать?

— Законно? Митрофан Яковлевич, да вам ли говорить о законности? Вы в курсе, что низшим вампирам категорически запрещено заниматься любой деятельностью, связанной с использованием цельной человеческой крови? Распоряжение Европейского бюро Дневного Дозора — они хоть и Тёмные, но мозги имеют… в отличие от вас. Собирайтесь.

— Я никуда не пойду! — Вампир попятился к стене и начал трансформироваться, выпуская клыки.

— Тем хуже, — ответил я. — Вы арестованы. Вы имеете право давать показания. Вы имеете право на урегулирование ваших человеческих отношений…

Дочитать права я не успел — Митрофан прыгнул на меня и попытался вцепиться в горло.

Разумеется, наши ловчие амулеты сработали раньше. Я печально покачал головой, глядя, как вампир корчится на полу в коконе силовых линий:

— Ну чего вам не хватало? Здоровье идеальное, женщины любят, с лицензиями проблем никогда не было… А теперь придётся отвечать — за всё сразу и за каждое в отдельности.

— Я ничего вам не скажу! — прохрипел полузадушенный вампир и лязгнул клыками, пытаясь цапнуть меня за ногу.

— Опаньки! Тебя ж никто ещё ни о чём не спрашивал! — удивился Кирилл, на всякий случай подпитывая Силой "паутину".

— А сказать-то есть что, верно, упырёк? — добавила Инга. — Расскажешь, милый, всё расскажешь…