Перевозчик
Шрифт:
– Вот это тема! – поразился Тони, но быстро сориентировался. – Сейчас все будет доставлено, уважаемый Петер.
Тони убежал, и Петер сразу потерял к Роджеру интерес, посматривая на свадьбу неформалов.
Бармен вернулся быстро, доставив высокий стакан с осколками на дне и высокой розовой пеной – следов применения «хозяюшки-турбо».
Роджер испытующе посмотрел на Петера, ожидая его реакции. Тони тоже не отходил далеко, надеясь на перспективы в плане обслуживания и других цифровиков –
А Петер приложился к новому коктейлю и потянул его через трубочку. А когда она, задымившись, слиплась, отбросил в сторону и выпил весь «коктейль» до дна, сплюнув напоследок в бокал несколько зелено-кварцевых стекляшек.
– И что, теперь ты заторчал? – уточнил Роджер.
– Да, теперь это самое слово, – улыбаясь, согласился Петер, который теперь выглядел почти, как Роджер.
Тони быстро сбегал за второй порцией и поставил перед Петером.
– И что, ты по моим глазам понял, сколько нужно стекла и шампуня в этом коктейле? – уточнил Роджер.
– Да. Но не по глазам, а по длине излучаемой тобой волны.
– О как! Ну давай, чокнемся, что ли, только не сильно, чтобы твоя бурда мне в бокал не капнула! Мы к такому непривычные!..
Они чокнулись и выпили, становясь понятнее друг другу.
– Слушай, а это правда, что у вас раньше щупальца были? Вы вообще в какой среде жили – в воде или на воздухе?
– Щупалец не было, – улыбнулся Петер. – Воды не было, воздуха тоже.
– Ну хоть какой-то там аргон, может быть, или даже фтор, а?
– Давай не будем поднимать эту тему, приятель, – сказал Петер.
– Больно вспоминать?
– И это тоже, но больше я беспокоюсь за твой рассудок.
– А что не так с моим рассудком?
– Если я стану пытаться объяснять, кем мы были раньше, ты съедешь с катушек.
– С катушек?
– Да, точно.
– И что, никто тебя не может понять, кроме твоих собратьев? – спросил Роджер, замечая, что выпивки осталось на один глоток.
– Ну почему же? – Петер оставил бокал и наклонился к столу, давая понять, что скажет нечто чрезвычайно важное.
– Ну? – спросил Роджер, тоже наклоняясь.
– Мое объяснение мог бы понять один из ваших знатоков теоретической физики или квантовой физики.
– Вот ни хрена себе!..
– Ты не из таких?
– Нет, приятель, я совершенно из других. Но я могу задать крутой вопрос, ты ответишь?
– Тебе – отвечу. Ты первый из местных, кто говорит со мной, как с равным.
– Это хорошо?
– Такие варианты, как «хорошо-плохо», здесь не годятся.
– Почему?
– Потому что вариантов четыре.
– Такого не может быть, – возразил Роджер и стал загибать пальцы, чтобы объясниться точнее. – «Хорошо» – один вариант, «плохо» – второй
– Наблюдается, если ковырнуть квантовую физику.
– Опять ты за свое.
– А что делать? – развел руками Петер. – Если бы ты знал, как мне у вас тесно.
– В плане… Улицы узкие или квартирка маловата?
– Вот, – горестно кивнул Петер и допил свой коктейль. – Давай поговорим о чем-то, сближающем нас.
– Например?
– Фотосинтез. Как ты относишься к фотосинтезу?
12
Завывая, словно выходящий из пике истребитель, машина-пылесос прошла мимо и продолжила свой полет, старательно всасывая бумажки и прочий уличный мусор. Роджер посмотрел на пустую кабину, где должен был находиться водитель, однако теперь там всем заправляла электроника, и рычаги двигались сами собой. Роджер подумал, что это здорово, однако тут же посетовал, что электронные мозги выживают человечество и скоро, возможно, вернувшись в свой бар, он не увидит Тони и будет вынужден выкрикивать номер своего заказа в микрофон.
И не факт, что электронные мозги поймут, что ему нужно.
Пришедший гость осмотрелся и сел за столик Роджера. Тот, даже не взглянув, понял, что это Янгер. Ну, а кто еще мог так незаметно подобраться, кроме бывшего коллеги?
– Я был несколько удивлен, Роджер.
– Ну и заткнись.
– Тони сказал, что ты переадресовал встречу.
– Заткнись, Джоу. Я готов принять твое предложение, а потому немного помолчи и дай мне попрощаться с такой простой и понятной жизнью.
Роджер вздохнул и одним глотком допил коктейль «Белоснежка».
– Ты принял решение?
– Не хватай так резко, меня стошнит, – скривился Роджер.
– Хорошо, – поднял руки Янгер, понимая, что дело в шляпе. – Я могу заказать себе кофе?
– Да хоть коня в пальто.
Роджер вздохнул.
– И не смей праздновать. Это не твоя заслуга. Совершенно не твоя.
– А чья?
– Молли Райдер. Пошли ей валентинку, она сделала за тебя всю работу.
– Ах вон что! Женщина-босс? – усмехнулся Янгер. – Официант, будьте добры, двойной эспрессо в шершавой чашечке!..
Официант услышал заказ и, кивнув, исчез на кухне.
– Шершавое любишь?
– Я думал, ты спросишь про Молли.
– Нет, с ней все ясно. Она потребовала от меня принять решение – сватала на свое место, а сама пошла на повышение.
– И что ты?
– А что я? Ты же мои досье до корешков выкушал, а наружка все штаны до дыр просидела.
– Ну да, конечно. Ты не любишь бумажную работу.
– При этом считаю тебя уродом и нашу контору неблагодарной.
– Но принял ее предложение.