Переводчица
Шрифт:
А я, как ни печально признавать, всё-таки повелась. Всего на несколько минут, но в душе шевельнулось какое-то чувство, смутно напоминающее влечение. Как будто увидела его новыми глазами, через призму реальности.
«Через розовые очки ты его увидела» — фыркнул внутренний голос, заставив скривиться, как будто мне в рот насильно запихнули половину лимона.
Стучу в кабинет Жанны, пытаясь не обращать внимания на косые взгляды, но никто не отзывается. Что ж…
— Какие люди спустились с небес на землю, — усмехается соседка Карины, едва я прохожу в свой кабинет.
Морщусь и иду дальше,
— Блин, Дина, почему нельзя было заехать к себе перед работой? — возмущается ещё одна. — Работы вал, я сосредоточиться не могу из-за ваших склок!
Ахреневаю и иду дальше. Раньше не замечала, но кабинет довольно большой, вытянутый. И мой стол в самом дальнем углу. Добраться бы до наушников…
— Расчёску дать? — усмехается Марина.
— Да вы запарили! — не выдерживает Танька, подскакивая из-за своего закутка.
— А почему я должна молчать?! — возмущается Света, соседка Карины по столу. — Гордеева командировки в койке выбивает, а всем остальным сиди тухни над бумажками!
— А ты была хоть в одной? — спрашиваю тихим, усталым голосом, всё-таки не выдержав.
— Нет, но теперь… — её губы кривятся в язвительной ухмылке, а я развожу руками:
— Так чему ты завидуешь, Свет? Тому, что я еду в командировку или тому, что я переспала с красавчиком-начальником?
— Она даже не отрицает! — фыркает Катя презрительно.
— А почему должна? — разворачиваюсь уже к ней. — Я молодая, свободная женщина. У меня есть личная жизнь, которая, вообще-то, никого из вас не касается.
— Касается, раз это влияет на работу! — вставляет ремарку Светлана.
Делаю глубокий вдох, как перед прыжком в воду, и говорю спокойно:
— Свет, ты отлично справляешься с технической документацией, ни у кого на неё просто не хватает мозгов, тебя никогда не будут брать на переговоры и в командировки, потому что всё сразу ты не потянешь чисто физически. Катя мастер деловых переписок, но в разговорной речи теряется. Нинель выглядит воинственно и заполняет своим присутствием всё свободное пространство, хотя говорит чётко и грамотно, поэтому на ней все переговоры по телефону. Танька тянет на себе поступающие сплошным потоком торговые предложения, Марина ваяет такие офферы, упаковывая откровенно паршивые условия в красивую обёртку, что не было ещё ни одного отказа. Кстати, расчёска есть, спасибо. А я складно говорю, сливаясь с интерьером. Каждый занят своим делом.
Девчонки успокоились, фыркая и хмыкая со своих мест, но Света всё никак не унималась.
— А как же Карина? — спрашивает язвительно.
— А Карине не повезло, — слегка пожимаю плечами.
— Потому что ты переспала с начальником! — провозглашает победно, а я поправляю с улыбкой:
— Потому что после заключения контракта я переспала с красавчиком-турком и он явно жаждет повторить.
Танька давится смехом из-за перегородки, но первой не выдерживает Марина, начав дико ржать. Света хватает ртом воздух, как золотая рыбка, неловко выпрыгнувшая из аквариума, а я сажусь за свой стол и через открытую дверь в коридор вижу Тимура и Жанну. Упс.
Жанна слабо кивает в сторону своего кабинета, я тут же поднимаюсь и выхожу, мысленно готовясь к увольнению. Ловлю на себе насмешливый взгляд Тимура
— Как считаешь, мне стоит тебя уволить? — спрашивает с лёгкой улыбкой, пристроив костлявый дряблый зад на свой роскошный дубовый стол.
— Думаю, нет, — отвечаю просто.
— Обоснуй.
— Повода нет, — пожимаю плечами, а она звонко смеётся в ответ, запрокинув голову, но так же внезапно замолкает, как и начала.
— Что бы ты там не говорила, твоя личная жизнь на работу всё-таки повлияла. И это категорически меня не устраивает.
— Извините, Жанна Валерьевна, но утверждение в корне не верно, — говорю серьёзно, выдерживая её пристальный взгляд.
— Неужели? — спрашивает насмешливо. — Давай, развивай, очень интересно!
— Повлияла не моя личная жизнь, а Тимура Александровича, — говорю невозмутимо, а Жанна поджимает и без того тонкие губы, пытаясь не рассмеяться мне в лицо. — Весь сыр-бор из-за того, что Карину сняли с командировки.
— Потому что ты переспала ещё и с турком, — она смотрит на меня весело, что дико странно и несколько выбивает из колеи, но я продолжаю гнуть свою линию:
— Потому что облажался юрист. Потому что Ибрагим ещё по видео-связи открыто заявил, что принимать желает тот же состав, что был на заключении контракта, но Тимур Александрович не захотел брать лично меня.
— И как ты думаешь, почему? — её прямо-таки распирает и ничего хорошего я не жду, поэтому говорю то, что думаю:
— По всему выходит, что яйца я ему всё-таки прищемила.
Смех матери я услышал даже через гарнитуру. На восьмом сегодня у всех баб сорвало крышу. Напрочь! И теперь весь офис знает, что я трахнул переводчицу.
«И что?» — усмехается гандон внутри меня.
В целом, ничего. То есть, ничего нового, но в конкретном случае почему-то раздражает. И она раздражает, со своей этой сдержанностью и чувством собственного достоинства.
— Не стоит! — передразниваю её вслух и ловлю себя на мысли, что веду себя, как школьник. Приплыли…
А день так хорошо начинался! Завалился вчера в бар, нашёл очередную блондиночку, оприходовал там же в туалете и тихо смылся, пока она приводила себя в порядок. Вечная классика! Даже поработать после этого успел, хотя дел ещё… придётся задержаться, эта чёртова командировка совершенно выбивает из графика. И чует моя жопа, так же гладко, как в первый раз, переговоры уже не пройдут. Надо прикинуть, на какие уступки могу пойти в случае необходимости.
Засел за ноутбук и так увлёкся, что забыл пожрать. Опомнился часам к семи, но позвонил один из клиентов, проговорил с ним полтора часа, замудохался в край выслушивать его бесконечное нытьё, перебрался на диван и прихватил стакан виски. Двойной.
Один, второй… силы вернулись, но желудок начал переваривать сам себя. Заказал с доставкой и приступил к подготовке к предстоящим переговорам, но кроме общих фраз из серии «мы так не договаривались», ровным счётом ничего не приходило в голову. Способность мозга забывать всё, что предшествовало подписанию нового контракта обычно не давала сойти с ума, но в этот раз сыграла злую шутку. Причём, у меня не было на руках даже копии договора, вся документация на восьмом этаже, в кабинете матери.