Перекресток
Шрифт:
— Я никак не мог вспомнить, как ее зовут!
— Ну, еще бы,— фыркнул слизеринец, останавливаясь у счетчиков баллов, где на верхней строчке был Рейвенкло, за ним — Гриффиндор, и лишь потом Слизерин.— В пору, когда тебе называли ее имя, ты смотрел сначала на Бэгшот и ее собачку, а потом на Фауст… Перебрал всех, осталась последняя?
Джеймс нахмурился, отбрасывая прочь снег, который начал таять в его руке.
— Поттер!
Парни подпрыгнули, увидев, как к ним устремился староста школы, сердито глядя на лужицу, что растекается по полу. Он достал
— Что у тебя с головой?— нахмурился староста.
— Кровоизлияние в мозг с последующим выбросом мозговой жидкости наружу,— выпалил Малфой, сохраняя серьезное лицо.— У него это с рождения, ничего серьезного…
— Очень смешно,— покачал головой семикурсник и пошел к Большому Залу.
— Слушай, я пойду к себе, прилягу,— проговорил Джеймс, держа голову рукой.
— Дойдешь?
— Не надо мне твоей заботы, я не первокурсник, а ты не воспитатель,— попросил Джеймс.— Лучше иди и охмуряй Линду…
— Без советов обойдусь,— фыркнул Скорпиус.
— Джеймс!
— Мерлин, я пошел,— Малфой увидел, как к ним спешит рыжая сестрица Поттера, снимая шапку и перчатки. А, точно, он видел ее мельком на улице, возле Запретного леса. Небось, опять к мраморному Поттеру ходила…— Все, до встречи на ужине!
— Джеймс, что с тобой?— Лили проигнорировала слизеринца, с волнением глядя на разбитый лоб брата.— Правда, что ты катался на лыжах?
— Лил, не кричи, и так голова раскалывается,— попросил пятикурсник, направляясь к лестнице.— Все нормально, полежу и буду как новый…
— Ты совсем сошел с ума, раз решил…
— Лили,— попросил Джеймс,— давай обойдемся без нотаций.
— Может, к мадам Помфри?— без особой надежды спросила девочка.— У тебя кровь…
Поттер чуть мотнул головой.
— Роза сказала, что ты заявил Фаусту, что собираешься разводить почтовых сов…
— Ну, чем тебе не профессия? С птичками всегда, полезный труд,— хмыкнул брат, медленно поднимаясь вверх.
— Ну, хотя бы тем, что три недели назад вы с Малфоем перекрасили всех школьных сов и накормили зернами, от которых их начало тошнить,— неодобрительно заметила Лили.— И не говори мне, что это были не вы. Это для МакГонагалл и Фауста нужны доказательства…
— Ну, это был эксперимент для будущей карьеры,— улыбнулся осторожно Джеймс, сворачивая к портрету Полной Дамы.
— Джим, ты же несерьезно. «Орден Феникса»,— Лили первой шагнула через проход за портретом.— Ты же не любишь животных…
— Люблю,— упрямо заметил Джеймс.— На самом деле я просто хотел, чтобы Фауст от меня отстал со своими экзаменами.
— Ты же понимаешь, что он о тебе заботится,— сестра провожала его до комнаты.— И папа с мамой беспокоятся, что ты до сих пор не определился с тем, что будешь изучать после СОВ…
— Лили, я тебя умоляю: перестань общаться с Розой, она на тебя плохо влияет,— Джеймс с наслаждением растянулся на кровати, скинув ботинки и шарф.— Я уже большой и сам разберусь со своим будущим, ладно?
— Ладно,— чуть грустно заметила сестра, аккуратно складывая
— А чем тебе не угодил Малфой?
— Тем, что вместе вы совершенно невыносимы и ведете себя, как дураки…
— Вот и славно, кто-то же должен разряжать обстановку,— лениво откликнулся Джеймс, погружаясь в сон.
*
— Шрамы украшают мужчин,— изрек Поттер, садясь на свое место в классе Прорицаний и улыбаясь Эмме Томас, которая хмуро смотрела на двух друзей.— Да и Трелони пусть порадуется, что я чуть не умер…
— Поттер, после того, как на Рождество ты свалился на нее с елки, радоваться она уже не будет никогда,— заметил Скорпиус, приземляясь на пуфик.— Ты в Хогсмид идешь в воскресенье?
— Нет, у нас тренировка,— чуть скуксился Джеймс, но потом расплылся в улыбке:— Зато ты можешь пригласить туда свою Линду, если, конечно, она тебе еще не наскучила…
— Завидуй молча,— попросил Малфой, глядя, как в класс вплывает профессор Трелони. Что ж, пойти в Хогсмид с Линдой — идея не такая уж и плохая, хотя пока Скорпиус лишь подбирался к тому, для чего ему была нужна сейчас девчонка. Эксперимент должен двигаться дальше, и какая разница, как зовут девчонку, которая поможет ему сделать шаг вперед в познании женщин?
— Мистер Поттер, что вам снилось накануне этого скорбного, почти трагичного дня?
Малфой отвлекся от своих веселых мыслей, чтобы повеселиться теперь благодаря другу и его любимой профессорше. Трелони смотрела на заживший на лбу гриффиндорца шрам от его нежной встречи с деревом. Конечно, профессор Прорицаний, видимо, предсказывала это событие и сейчас сожалеет только об одном: что дерево не избавило ее от любимого ученика. Зато Поттер весь подобрался, готовый вновь помочь Трелони в ее вечной игре в провидцев…
— А это важно, профессор?— прошептал Джеймс, прикусывая губу и вращая глазами.
— Конечно, дорогой мой, судьба всегда предупреждает нас об опасностях…
— Ну, мне снился мистер Филч,— поделился Поттер самым сокровенным, и Малфой придушенно выдохнул, стараясь не засмеяться. Вот и раскрылся секрет тайной страсти лохматого.— Он был в розовой балетной пачке и танцевал на столе Слизерина в Большом Зале…— в классе послышался приглушенный смех.— А мадам Помфри, в шубе Хагрида, аккомпанировала ему на больничных утках…— Поттер поднял на Трелони полные доверия и надежды глаза.— Значит, это было предупреждение?
— Да, мистер Поттер, конечно,— профессор Прорицаний, как всегда, не собиралась уступать неуемной фантазии Джеймса.— Вас предупреждали о том, что, нарушая правила, блюстителем которых является мистер Филч, вы рискуете попасть под влияние мадам Помфри, что почти случилось…
— А разве катание на лыжах — это нарушение школьных правил?— спросил кто-то из рейвенкловцев, привлекая к себе внимание профессора.
— Если вы не умеете обращаться с маггловыми предметами, то да,— кивнула Трелони, чуть обернувшись к студенту.