Перекресток
Шрифт:
И тут же галопом рванул к ближайшему дому, поскольку сразу двое наемников принялись лупить по нему из своих короткоствольных винтовок.
Слева расцвел серо-оранжевый цветок взрыва, в бок мягко толкнуло взрывной волной, рассерженной змеей зашипел песок, плавящийся под напором лазерного импульса. Фрэд оттолкнулся и, сгруппировавшись, влетел в дом.
— Нас прижимают, Фрэд, я свалил одного, но они лупят, как заведенные! — в наушниках голос Арни.
— Отходите к транспу! Трой, отвечай, как дела? — Вокруг полутьма, небольшая комната с потолком неправильной
Фрэд проследил взглядом направление пятен: маленькая ниша, занавешенная цветной занавеской, из-под которой торчит нога в стоптанном башмаке.
— Сел под прикрытие домов, по мне больше не стреляют, двигатели в норме, а вот система управления огнем накрылась, — отрапортовал пилот.
— Трой, готовься принять нас на борт. — Фрэд почувствовал, как запершило в горле, и откашлялся, не отводя взгляда от полупрозрачного яйца робоняни, на окошке которой отпечатался кровавый след пальцев. Темноволосый младенец дрых и просыпаться не собирался. — Ребята, прикрывайте. Я сейчас буду бежать. Очень быстро. У меня выживший.
— Давай, шеф, мы готовы.
Ни единого вопроса, никаких лишних уточнений.
Фрэд сорвал занавеску, соорудил из нее какое-никакое подобие перевязи, аккуратно переступив через тело худенькой молодой женщины, даже после смерти тянувшейся к капсуле с ребенком, и осторожно взял контейнер киб-няни. Малыш и тут не проснулся, и Фрэд на мгновение забеспокоился, но тут же увидел, что огонек индикатора на боковине горит успокоительным зеленым.
В дверь словно горохом сыпануло, и злые лучики солнца тут же влетели в комнату через многочисленные пулевые отверстия.
— Ну малый, поехали, — пробормотал Фрэд, опуская капсулу в импровизированную переноску и затягивая ее потуже. И рванул к окну, возле которого уже маячила чья-то тень.
От бедра выстрелил в окно, силуэт чужака унесло вместе с рамой, и, прикрывая рукой контейнер с драгоценным грузом, шериф вылетел на задний двор.
Визор тут же выдал направление — трансп находился всего через два двора к юго-востоку. Голубоватые треугольники, обозначавшие его команду, расположились по бокам от мигающей точки — его самого.
— Парни, я иду! — И он побежал.
Перемахнул забор, боком шарахнулся о торец сенокосилки, тут же над ухом коротко тренькнуло, пуля выбила из металла сноп искр, следом рявкнул «Василиск» Вилли, в ответ закашляли винтовки наемников, ребята ответили… он бежал и бежал, и ему казалось, что это длится вечность — залитый желтым горячим светом двор, мертвые тела на крыльце, нестерпимо медленно приближающаяся ограда, и пыльные фонтанчики, все ближе, ближе…
Тяжелый тупой удар, нога подломилась, Фрэда мотнуло, и он упал на бок, изо всех сил прижимая к груди капсулу с ребенком.
Тяжело поднялся, медицинский модуль костюма заработал, и место ранения уже покалывает морозными иголками, можно идти. К черту, он закинул «Василиск»
Трой уже приподнял машину над землей, в проеме люка, согнувшись, стоит Вилли, Арни опустился на одно колено рядом с шасси и поливает улицу огнем.
Удар в спину, шерифа бросает вперед, он удерживается на ногах и уже по инерции пробегает еще несколько шагов. Арни, не переставая стрелять, закинул руку шефа на плечо и поволок его к транспу.
Со стоном опустил тяжелое тело на плиту люка, подтянулся и коротко вскрикнул, падая рядом. Люк закрывается, Фрэд чувствует, как набирает скорость машина.
Он лежит и неподвижно смотрит на откатившуюся в сторону капсулу киб-няни. Огонек на ее боку по-прежнему зеленый, и Фрэд счастливо улыбается.
Только теперь он замечает выведенную синим маркером надпись прямо под огоньками — «Анна-Беата».
Глава 6
СПУСТЯ ТРИ МЕСЯЦА ПОСЛЕ ПРИБЫТИЯ
Предгорья хребта Маджир.
— Мартин, осторожнее. Если верить «волшебному глазу», сразу за поворотом в полу могут быть червоточины.
— Хорошо, Ким. Глубину подсказать можешь?
— Черт его знает. Метров тридцать, это точно. Дальше помехи.
— Понял. Держусь края коридора.
Поправив крепления ранца, я осторожно шагнул вперед. Выглянул из-за угла. Как и все здесь, угол этот был раздражающе плавным, да еще и волнистым, словно конечность неведомого строителя дрожала и он не мог ровно срезать камень, в котором выплавили подземный комплекс.
Теперь, бродя по шизофреническим зеленовато-коричневым катакомбам, я мучился от смутного ощущения похмелья. К тому же создатели комплекса страдали непонятной любовью к скрытым в полу под мономолекулярной пленкой отверстиям. Некоторые из них вели на нижние ярусы комплекса, а некоторые — непонятно куда. Эти вертикальные тоннели также были волнистыми, словно их проплавлял в сыре истеричный раскаленный червяк, удирающий от налогового инспектора. Анализаторы отказывались выдавать мало-мальски разумную информацию, оценивая глубину вертикальных шахт в сотни парсеков или в десятые доли миллиметра. Причем эти данные могли относиться к одной и той же шахте. Назначение червоточин оставалось совершеннейшей загадкой.
Поначалу исследователи решили, что создатели комплекса походили на пресмыкающихся и передвигались наподобие земных змей, но тогда логичней было бы делать переходы между ярусами наклонными, а не вертикальными. Потом оказалось, что «змеи» вполне двуноги и прямоходящи. По-видимому, именно их выродившиеся потомки обитали в предгорьях поблизости от комплекса. В «червоточинах» исчез уже не один десяток автоматических зондов, а также несколько неудачливых сталкеров. Собственно, как раз исчезновение на глазах изумленных товарищей некоего Сэма Вронского и привело к открытию отверстий в полах подземных строений «цивилизации Предгорья», как ее называли научники.