Перекрёстки

Kriks

– Так что это тут было?

– Не вмешивайся, целее будешь, – улыбнулась девушка, – кстати, Глория Чиссен.

– Рад знакомству, Кай Гейз, – он протянул руку.

– Я знаю, – Глория подала свою, Кай поцеловал ей руку.

– Ох, откуда?

– Ох, не строй тут из себя, – передразнила Глория, – я знаю, что актер ты хоть куда.

– Я польщен, – Кай сверкнул улыбкой, – позволите пригласить вас на танец, милая язвительная барышня?

– Ах, – притворно смутилась Глория, – даже и не думайте, мой очаровательный воздыхатель, что ваша

улыбка хоть сколько-нибудь подействовала на меня.

– Хм.

– Что, не ожидал? – усмехнулась Глория, – Ну так удачи тебе, в этом пруду полно золотых рыбок, а ты охотник хоть куда, по всей видимости, – она окинула его придирчивым взглядом, и гордо скрылась. Кай постоял немного, потом рассмеялся, выпил залпом коктейль, и ушел за строптивой собеседницей.

Пилика сидела на соломенном шезлонге в огромных темных очках в пол-лица, и пила голубоватую смесь с воткнутым в нее зонтиком. Зонтик этот ужасно раздражал её, и пить было неудобно, но она не вытаскивала его, испытывая мрачное удовольствие по поводу собственного дискомфорта. На голове у нее был кое-как собранный пучок. Вообще она, несмотря на все старания, крайне выделялась, ибо как раз никаких стараний и не было, в отличие от всех прочих. Она не видела ни сцены Анны-Хао, ни последующей попытки спасти идущий ко дну Титаник, ни собственного брата, напивающегося в хлам, ни даже Рена, совершающего уже второй обход зала.

– Сидишь, грустишь? – Хао стремительно оседлал шезлонг прямо напротив Пилики, закинув её ноги себе на колено.

– Ой, отстааань, – вяло отмахнулась девушка.

– Ага, ещё и напиваешься. Это вроде не твой способ, – Хао попытался отобрать у нее бокал, но она ударила его по руке, – ау!

– Будешь знать, как связываться с Юс-юсуи, – запнувшись, всё же договорила Пилика.

– Куда уж мне, – усмехнулся Хао.

– Какое тело… – мечтательно протянула Пилика, – сидит тут и меня утешает. Эээй, девушкиии!!

– Эй, подруга, – Хао силой снял с нее очки и отобрал коктейль, – давай вернись-ка в себя. Тебя Рен ищет весь вечер.

– Уф, – Пилика стукнула обеими руками по шезлонгу, – чтоб он провалился!

– Ага, так вот кто во всём виноват, – подытожил Хао, – рассказывай, малышка.

– Он меня поцеловал, – плаксиво простонала Пилика.

– Ого!

– Дааа! Вчера, когда вы все напились. Уу, ты тоже во всём виноват! – Пилика попыталась дотянуться до него, чтобы стукнуть, но Хао со смехом усадил её обратно.

– Так и?

– Он был пьяный, и пока вы с Анной дрались. Чтоб вас! – Пилика нахмурила брови, – И все смотрели на вас, он пришел ко мнеее!

– Ну тихо-тихо, признаю свою вину, – Хао погладил её по ногам.

– А ну не трогай! – взбрыкнула Пилика, подтянув ноги к себе, и села по-турецки.

– Спокойно, – Хао поднял руки вверх, – продолжай.

– Чего продолжать-то! – крикнула Пилика, – Пришел и полез целоваться!

– Рен так плохо целуется? – Хао вскинул брови.

– Пошел ты знаешь куда со своими шуточками! – Пилика вскочила с шезлонга.

–

Молчу, молчу, – он притянул её за руку и усадил себе между ног, обняв сзади, – давай, говори.

– Он начал меня целовать, и я почти сразу его оттолкнула. Понимаешь, сразу! Я этого не хотела, он сам.

– Мерзавец.

– Ещё какой! – живо согласилась Пилика, выкрутилась из рук Хао и повернулась лицом, – Так и я простила бы. Но ты понимаешь, всё это видел Лайсерг, – она всхлипнула, готовая вот-вот расплакаться. Хао тактично промолчал, – он мне такого наговорил! Он теперь считает, что мне нравится Рен, представляешь! И теперь он больше не будет общаться со мной, никогда, никогда, никогда, нико…

– Ну всё, всё, – Хао оборвал причитания Пилика, – я понял.

– Вот так, – закончила девушка на выдохе.

– А ты уверена, что и Лайс, и Рен всё помнят после вчерашнего? Скажу тебе по секрету, мы выпили столько, что ого-го!

– Ну ты-то помнишь, – обиженно возразила Пилика.

– О да, спасибо половнику, опущенному на мою голову. Кто угодно протрезвел бы.

– Всё равно, – упрямо продолжала Пилика, – зачем он меня тогда ищет? Он точно извиняться собирается.

– Тогда почему бы не выслушать его?

– Потому что всё теперь зря, – обреченно заключила Пилика, – Лайсерг никогда не простит меня.

– Дорогая моя, ты преувеличиваешь. Предлагаю тебе решение: во-первых, выслушай Рена. Во-вторых, поговори с Лайсергом. Откровенно. Расскажи ему всё о своих чувствах, тогда уж он точно не будет думать, что тебе нравится другой.

– Ой, ты такой умный, такой умный, – капризно верещала Пилика, не желая принимать советов, – иди вон с Анной разбирайся!

– Это подождет.

– Как это? Я может и выпила, но ещё всё понимаю. Что это у вас там случилось? – Пилика сузила глаза и начала пристально вглядываться в друга.

– Ну, разглядела что-нибудь? – терпеливо спросил Хао, не отводя взгляда.

– Они у тебя такие черные, – констатировала Пилика.

– Кэп.

– Не язви. А ну рассказывай, чем ты обидел мою подругу! Опять приставал к ней, да?

– Ну…

– Уххх, все вы одинаковые! – гневно воскликнула Пилика, – Всем вам только это и надо!

– А вам, можно подумать, не надо, – не удержался Хао.

– Как это поооодло… если ты сейчас припоминаешь мне тот самый разговор, то это очень низко с твоей стороны, не тактично и не по-дружески, – перечисляла Пилика.

– Ты о чем вообще? – нахмурился Хао, потом его осенила догадка, – о Дух мой! Опять ты за свое! – он поднялся на ноги, – Я имел в виду твои чувства к Лайсергу, и вытекающие из этого последствия, возможные. А ты вон о чем, бог ты мой!

– А что ты так нервничаешь каждый раз?! Прям как будто для тебя это что-то значит.

– Я прощу тебе эти слова только потому, что ты не в себе сейчас, и расстроена.

– Ладно, прости меня, – Пилика подошла и осторожно обняла его.

– Да ничего, – вздохнул Хао, погладив её по спине.