Перехват

Орлов Алекс

– Представить себе не могу, сэр, – ответил Джек, слегка приподнимаясь.

– Вот! Оказалось, что где-то на Таравенеции какой-то умник по имени Бон Концептор распознал то подвальное дерьмо как кристаллическую взрывчатку второго рода, представляешь?

– Неожиданно, сэр, – признался Джек.

– Неожиданно, так их разэтак… А у меня механик на полпути обосрался – реальная диарея на почве нервного перенапряжения! Как тут воевать?..

58

Огромное окно открылось

вновь, когда Джек решил, что нужно дать рукам полную волю – пусть двигаются, как получится. И вот оно открылось.

– Запоминайте схемы! – закричал полковник, опасаясь, что ценная информация снова уйдет в никуда. Но Джек контролировал ситуацию, и этот экран никуда деться не мог. Джек был уверен, что не просто открыл окно, но прочно его держал.

Подскочивший Крафт, сжав кулаки для лучшей концентрации, стал запоминать информацию, затем из-за его спины выпрыгнул Герман и, щелкнув видеосканером, удивленно развел руками – полученный файл оказался пустым.

– Что же ты удивляешься? – усмехнулся полковник Ройх. – Разве ты не знал об этом?

– Я надеялся, что…

Герман вздохнул. Да, он знал об эффекте волнового подавления, тот был описан после захвата нескольких командных пунктов в подземных вражеских городках. Там можно было фотографировать все что угодно, кроме показаний информационных панелей и рабочих экранов. Их передачи блокировались неизвестным пока кодом волнового наложения.

– Ну и что там? – спросил Джек спустя несколько минут, когда Крафт отошел от экрана.

– Это оно, Стентон…

– Что?

– Схема инициаторов самоликвидации. Оказывается, их было еще четыре.

В этот момент окно закрылось.

– Значит, получилось, старшина? – тихо спросил Ройх, боясь спугнуть удачу.

– Не совсем, сэр. Там дальше еще переход на следующую схему. Пока мы знаем только количество инициаторов и принципиальную схему, а дальше должны быть указаны гнезда заложения в реальном масштабе. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Стентон, а ты сможешь открыть окно снова?

– Вроде могу, сэр.

Джек шагнул к стене и снова тем же неуловимым движением заставил окно с экраном открыться. Крафт тотчас ткнул пальцем в ссылку, и на экране появилась следующая схема, но Крафт отрицательно покачал головой и снова нажал ссылку. Пятый лист его заинтересовал больше, но ненадолго, старшина вернулся к предыдущему и, повозившись с совершенно непонятной навигацией, заставил чертеж пульсировать местами заложения инициаторов.

– Вот они, все четыре!

– Герман! Твидл! – крикнул полковник. – Вы это видите?

– Так точно, сэр!

– Найти сможете?

– Ну… если успеем перерисовать схему. Окно ведь не закроется?

– Не закроется! – пообещал Джек.

– Тогда найдем, сэр.

– Стентон, а ты сумеешь открыть хранилища инициаторов? – спросил полковник.

– Попробую, сэр.

– А если не сможет, у нас есть сквоззер… – напомнил Герман, торопливо

перенося схемы в большой блокнот. – Он хоть и старенький, но режет любые стены, мы возле входа уже попробовали.

59

Эту операцию приятели рассчитывали полторы недели. Следили за курьерами, сидели в засаде у складов, валялись в канаве неподалеку от лодочного ангара, где банда наркоторговцев собиралась для проведения совещаний.

Тратить деньги на спецоборудование было жалко, куда с большей охотой напарники их пропивали, поэтому для получения самой горячей информации приходилось подбираться совсем близко, иногда на полтора-два шага, когда слышно было даже дыхание.

Из-за этого Рема приняли ночью за кошку и расстреляли по нему целую обойму. Чудо, что его задела лишь одна пуля, оставив шрам на ребре, ну кто знал, что у наркокурьера боязнь кошек?

– Я убил эту тварь, Альфред! Пойди найди ее, я хочу видеть этот труп! – орал он в ночи, пока обалдевший Рем торопливо отползал вдоль штабеля из старых досок.

Когда он достиг укрытия, они с Фредом залегли в яме и еще два часа до рассвета слушали причитания кошкофоба, который рассказывал подельнику свою биографию, а также историю о том, как он начал бояться кошек.

Одним словом, обошлось, хоть могло быть хуже. Тем не менее напарники узнали, где и когда наркоторговцы получают от распространителей деньги. Насчитали почти двадцать мест, и дело выглядело весьма хлопотным, однако из города следовало бежать как можно скорее, поскольку были подозрения, что полковник Танжер их ищет.

Поначалу они хотели остановиться на захвате наркотиков – это было проще, но после нескольких вечеров за анализом и крепким алкоголем решили от этой идеи отказаться. Взять легко, продать невозможно. Вернее, продавать придется долго, а им хотелось сбежать отсюда поскорее.

– Тут у нас земля под ногами горит, – с тоскою в голосе говорил Фред. – Нам бы на простор, в большой город…

– Или на другую планету, – поддакивал Рем.

– Или так, – соглашался приятель.

Таким образом, остановиться решили на наличных, пусть даже это слишком хлопотно.

И вот они уже в деле, висят на хвосте наркоинкассаторов. Сначала была первая точка, потом вторая. Из проломов в заборах появлялись люди, передавали бандитам мятые пакеты и исчезали.

– Ну и морды у них, с такими и в зоопарк не пустят.

– Наркодилеры не должны быть красивыми, Рем, они же не гимназистки.

– Ну, не знаю, у нас в классе была одна страшная девчонка – Беллой звали.

– И что?

– А ничего. Я совсем не удивлюсь, если встречу здесь эту Беллу.

Машина сборщиков перебиралась с одного загаженного переулка в другой. Это была обшарпанная «Импала» с новой дорогой резиной и красными суппортами тормозов, а под ее капотом баском порыкивал восьмицилиндровый двигатель.