Переход
Шрифт:
— Рассказывать особо и нечего. Чертежи были готовы до вашего отъезда, а вот по моей части повозиться пришлось, — Андрей почесал затылок прежде, чем продолжить. — Николаевич, у нас проблема. То, чего требуют наверху, у нас боюсь не получится.
— В чем проблема? — задал вопрос Кузьмин.
— Дело в том, что просто воздушных шариков мы нашлепать, конечно, можем, только они с неба будут сыпаться, как переспевшие яблоки после грозы. Если они хотят иметь по-настоящему хороший воздухоплан — потока не получится. — высказал своё мнение маг.
— В чем проблема? — переспросил Кузьмин.
— Проблема в двигателях и в отсутствии технологий, — пояснил Андрей.
—
— Юрий Николаевич, нам лучше пройти ко мне, там я вам все объясню, — перешёл на официальный тон Соловьев.
— Хорошо, пойдём, — согласился Кузьмин и направился в кабинет.
Войдя в кабинет, Андрей достал небольшую коробочку, нажал несколько кнопок. Когда на приборе все индикаторы загорелись зеленым светом, Соловьев оторвался от прибора, взглянул на Кузьмина:
— Как в данной ситуации прикажете к вам обращаться, Юрий Николаевич, или…?
Кузьмин готов был взорваться, но усилием воли удержал себя от излишней грубости.
— Или, — мрачно произнес он.
— Юра, перестань дуться, успокойся и выслушай меня. Если сможешь — не перебивай, — начал Соловьев. — Пока тебя не было, я добился в Москве разрешения донести до тебя всю информацию. Сразу предупрежу, ею обладает очень ограниченный круг людей. Никаких подписок с тебя брать не будут, но в случаи её разглашения ты будешь ликвидирован, как и круг твоего близкого общения. Ну вот, формальности соблюдены, перейдем к делу. Ты сам не раз говорил, все заказы, поступавшие сверху, были странные. Вместо того чтобы развивать новые технологии, тебя, Николаевич, упорно просили воскресить старое. Ты понимал, такие деньги выбрасывать просто так не будут. Так вот, Юрий Николаевич, все эти действия вызваны для того, чтобы облегчить переход нашего государства на более низкий уровень развития.
В течение часа Соловьев описывал Кузьмину ближайшее будущее человечества, а тот становился с каждой минутой всё мрачнее.
— Что же, получается, добро пожаловать назад в прошлое, — произнес он, крутя обручальное кольцо на пальце.
— В первое время да, мы, люди сами загнали себя в ловушку, — согласился Андрей, — но я бы не был таким пессимистом. Перед человечеством откроется другой путь, который возможно приведет наш вид не к самоуничтожению, а на другую ступень эволюции. Если нам удастся сбросить цепи механики и вплотную заняться заложенным в нас природой потенциалом, мне трудно представить каких высот может достигнуть человечество.
— Андрей, тебе легко говорить, ты маг. Как быть мне, я только и умею, что за чертежной доской стоять, да с железом возиться, — тяжело вздохнул Кузьмин.
— У тебя слишком узкое представление о магии. Если ты считаешь, что маги — это только те, кто пускают огненные шары или летают по воздуху, то крупно ошибаешься. Волшебство — ремесло, которому надо учиться всю жизнь, оно многогранно! Например, твое умение создавать машины тоже имеет отношение к магии. Сам посуди, лишь одних знаний не хватит, чтобы найти правильное решение задачи, нужно озарение. И такое озарение — есть волшебство. Зря ты усмехаешься, в механическом мире мы не обращаем внимание на такие вещи, и пропускам очевидные решения лишь из-за того, что не можем подвести под них доказательства, используя догмы. Уверен, ты можешь стать магом, для этого
— Андрей, я вот здесь сижу, слушаю тебя. С твоих слов все так просто и легко: поверь в себя; откажись от стереотипов. Но как отказаться от того, во что верил всю жизнь? — спросил Кузьмин.
— Это горазда легче, чем ты думаешь, — заверил его Соловьев, — есть люди, которые тебе помогут.
— Андрей, ты что, предлагаешь мне переквалифицироваться в волшебника? — опешил Кузьмин.
— Не надо ничего кардинально менять, я говорю о расширении твоих возможностей.
— Но даже если бы я этого захотел, одного желания мало, нужны ещё способности, или как пишут в книгах, дар, — с сомнением, произнес Юрий.
— Юра, как ты думаешь, если бы я не увидел у тебя дара, стал бы предлагать подумать об учебе, — развеял сомнения Кузнецова маг.
— Какая учеба, у нас работы выше крыши. На нас такой важный заказ, — взорвался Кузмин.
— Ты прямо как ребенок. Николаевич, если не хочешь — не надо, я устал тебя уговаривать, — возмутился Соловьев. — Подумай о будущем с учетом полученной информации. А насчет работы, я же совмещаю, и ты сможешь.
Кузмин с минуту сидел, насупившись, подсознательно понимая, Соловьев прав.
— Ладно я подумаю, — буркнул он. — А как насчет Аглия. Как с ней быть? — спросил Кузьмин.
— А что Аглая. До этого дня она, по-моему, прекрасно жила, пусть и дальше счастлива будет, — ответил Андрей.
— Но мне придется её обманывать.
— Юра, зачем её подвергать лишнему риску.
— Да-а, — протяжно произнес Кузьмин, — огорошил ты меня сегодня, я даже не могу сосредоточиться.
— Может, тогда на завтра всё отложим? — предложил Соловьев.
— Нет, надо входить в ритм, — отверг предложение Кузьмин. — Давай вкратце рассказывай.
— Пробную модель делали по чертежам, которые уже были готовы до твоего ухода в отпуск, масштаб выдержали один к десяти. В принципе, идеи неплохие. Правда конструкция получилась тяжеловата, пришлось некоторые детали выполнить из более легких материалов и укреплять их с помощью заклинаний, а это потребовало слишком много сил. Чтобы все закончить, мне потребовалось три недели, на большой воздухоплан мне одному понадобиться от полугода до десяти месяцев. Но и это ещё не все, ручная тяга — утопия, при сильном ветре даже десять человек не справятся. Пробная модель работает на бензиновом моторчике, что используются в авиамодельном строении.
— И каковы ваши предложения? — спросил Кузьмин.
— Как мне кажется, есть два направления. Первое — паруса, и здесь буден незаменим опыт яхтсменов. Конечно, ветра, которые дуют в верхних слоях атмосферы, отличаются от морских течений, но другого опыта у нас нет.
— А второе, какое?
— Второе направление — это модернизация дизельных и бензиновых двигателей для работы от магической энергии.
— Это реально? — удивленно спросил Кузьмин.
— Если честно, то не знаю, — признался Андрей. — Просто другого выхода на данном этапе нет. Людей, которые могут аккумулировать и заключать собранную энергию в какой-нибудь кристалл, или иную форму, я не знаю. Если они есть, то уверен, их единицы. Человечество растеряло много знаний за последние века, и адаптация тонкой энергии под свои бытовые нужды — одно из них. — Соловьев сделал паузу. По его лицу можно было догадаться, что в голову мага пришла очередная идея. — Николаевич, тебе ведь скоро ехать в Москву с докладом.