Переговорный процесс
Шрифт:
Сакс повернулся к витрансу и легким движением прорвал эпическую постановку про бравых пограничников. Вместо нее на экране появился какой-то график. Показатели чего-то там явно выбивались за зеленую линию, надо думать, ограничивающую пределы нормы.
– И что это? – вопрос вырвался помимо воли.
– Это показатели химической составляющей деятельности вашего мозга на момент прохождения таможенного контроля, – пояснил сакс с любезностью, которую легко можно было перепутать с издевкой.
Степа заморгал глазами. Нет, понятно,
– Ваше состояние на момент прохождения биодетектора характеризуется, как близкое к панике.
На экране возникла еще одна линия, показывающая, где именно находится эта самая паника. На взгляд Степы, до линии еще было бояться и бояться.
– Нижняя допустимая граница, в рамках которой разрешено проводить беседу, – опередил Степино возмущение агент Хутон. И добавил, бросив еще один взгляд на куб переводчика. – Вы и сейчас боитесь.
Донкат, наконец, понял, что он там высматривает. Этот куб – еще один биодетектор, показывающий его состояние в данный момент. Только где панель анализатора? Он завертел головой. И почти сразу понял, что вертеть надо было другим местом. Ну конечно. Степа провел рукой по сиденью стула. Вот оно. Покрытая краской пластина полностью сливалась с гладкой поверхностью. Если не искать – не найдешь. Волной нахлынула злость.
– Вы совершенно напрасно испытываете раздражение, – Хутон, уже не скрываясь, рассматривал данные, получаемые с куба-переводчика.
– На каком основании вы проводите сканирование моего психосоциального статуса?! – мудреный термин, почерпнутый из новостных лент, пригодился для праведного гнева. Степа изо всех сил старался уверить себя в том, что он разгневан. Именно разгневан, а ни в коем случае не неуверен из-за Соловья.
– На основании положения НВС 12\91 Н-15, – с легкой улыбкой повторил Хутон. – Вы ознакомились и подписали условия выдачи визы.
Тут Степа замялся. Несколько страниц убористого почерка, присланного в офис вместе с визой, он, естественно, не осилил, вот еще глупости. Виза есть – и ладно. А надо было поинтересоваться. Теперь сиди и хлопай глазами.
Хотя – нет. Еще одно правило с переговоров. Лучше выглядеть невежей, чем упертым дураком. Сколько народа залезало в жуткие проблемы только из-за нежелания показаться неосведомленным… А то вдруг он еще и под мужеложеством в наказание за громкий смех подписался?
– Они плохо отложились у меня в памяти, – пожевал губами Степа. – Я могу еще раз ознакомиться?
– Пожалуйста, – сакс вывел на экран смутно знакомые страницы, прилагавшиеся к разрешению на посещение миров Англо-Саксонского Союза. Степа погрузился в чтение. Так, это болтовня, это не сейчас, это прошло… Ага,
– Спасибо.
– Пожалуйста, – Хутон на Степу и не смотрел, разговаривал исключительно со своим экраном. Теперь он в открытую мониторил каждый шаг. Это было… неуютно. Любое движение выходило неестественным. Чего уж говорить про эмоции. А под такое состояние души можно подвести чего хочешь.
– Не расстраивайтесь, все хорошо, – не отрываясь от экрана, проговорил Хутон. Вот он достал со своими анализами. Степа поерзал на стуле, начиная физически ощущать пластину анализатора, смотрящую ему в… Вот интересно, а если сейчас туда пукнуть, что саксу детектор покажет? Не, не надо, точно террористом сочтут.
– Я сказал что-то смешное? – ну наконец-то оторвался от своей железяки.
– Нет-нет, все в порядке, – заверил его Степа, стараясь не ухмыляться.
Хутон недоверчиво покосился на экран и протянул Донкату стопку пластиковых листов с какими-то картинками.
– Просмотрите их, пожалуйста.
– Что это? – Степа покосился на верхний рисунок. Какая-то лошадь, что ли…
– Это стандартный тест, который мы проводим при подобных показателях тревожности.
Донкат взял листы и начал один за другим просматривать. Дичь какая-то. Пятна, кляксы. Фу, гадость. Мертвые животные, раздавленные тараканы. Помойка. О, это лучше. Лес, река. А это чего? Ага. Ого! Хорошие у них тут тесты. И девочки хорошие. Ха, с такими тестами он бы и сам тут немного поработал агентом каким-нибудь. Ух ты!
– Спасибо, – сакс протянул руку.
– Еще не все, – треть картинок осталась непросмотренной.
– Достаточно, – Хутон забрал стопку листов.
Степа проводил ее с легким сожалением. Вот так всегда, на самом интересном месте…
– Спасибо, вы можете идти.
– То есть как? – не понял Донкат.
– Все, мы закончили, – пояснил агент Хутон. – Благодарим за сотрудничество, сожалеем о том, что заняли ваше время, надеемся на ваше понимание. Мы обязаны проводить подобные проверки при аналогичных показателях. Это необходимо для обеспечения безопасности.
Дежурная скороговорка. Полсекунды поколебавшись между желанием высказать возмущение и побыстрее отсюда смотать, Степа выбрал второе. Он чуть наклонился вперед, чтобы встать…
– Как давно вы знакомы с Соловей Сергей Петрович? – металлический голос почему-то в этот раз не стал ставить падежи.
Степа замер, а Хутон вцепился взглядом в свой монитор. Повисла пауза. Правду говорить всегда проще и приятней, тем более когда все уже позади, но рефлекс переговорщика, помнящего, что и после подписания контрактов еще много чего можно поменять, в том числе и в худшую сторону, все же удержал Степин язык.