Переговорный процесс

Волосатый Максим Игоревич

– На самом деле я выпил-то не так уж и много, – КосмоБог, что он лепечет? – Это… это… это…

И тут мозг, подстегнутый стыдом, все же нашел, за что зацепиться.

– На самом деле, это не я, это бойджа.

– Бойджа? – лукавство напрочь исчезло из глаз девушки. – Вы после бойджи пили алкоголь?

Сначала Степа обрадовался найденной причине, но потом классифицировал выражение ее лица и напрягся. Это была тревога. Неподдельная. Выглядело, кстати, тоже довольно мило.

– Ну да. А что?

Ответить

она не успела. Выражение ее лица опять сменилось. Разболтанная голова Донката уже плохо справлялась с такой скоростью, но он постарался. Теперь это был испуг. Испуг?

– Зачем вы его разбудили? – жесткий голос сзади заставил и самого Степу выпрямиться в кресле. Ощущение было таким, как будто его застали за чем-то неприличным. Типа недержания. Тьфу, пакость, вот привязалось. Степа даже головой мотнул, отгоняя лезущие в голову глупости.

– Он после бойджи алкоголь пил, и ему стало нехорошо, – девушка указала пальцем на Степу. Он закивал, подтверждая. Из-за невыветрившегося хмеля вышло глупо и суетно.

– Пил, – спокойно подтвердил подошедший к ним Соловей. – И что?

– Но это же может быть опасно, – девушка переводила взгляд с одного на другого.

– Неправда, – невозмутимо отреагировал космоштурм. – Далеко не всегда.

Он подошел к Степе, приподнял ему веко, вглядываясь в зрачок, убедился в чем-то и удовлетворенно повернулся к незнакомке.

– Это стандартный полевой тест кос-пилотов и навигаторов в отсутствии альбита. Я не знаю еще ни одного человека, который бы от этого умер.

– Но ему же плохо, – испуг девушки прошел. Теперь на ее лице было возмущение. Такое же очаровательное, как предыдущие эмоции. Степа умилился. Она беспокоилась за него. За него. Нет, однозначно, такую естественность он еще не встречал.

– Тебе плохо? – повернулся к нему Соловей.

Ему плохо?! Степа гордо развернул плечи.

– Пожалуйста, – сдержав фырканье, показал на него космоштурм.

– Ну да, – незнакомка в отличие от «деликатного» Соловья ехидный смешок сдерживать не стала. – Он сейчас, чтобы настоящим мужчиной показаться, умрет, но будет всех заверять, что ему замечательно.

Половина Степы покраснела до корней волос, а вторая замерла в восхищении. Какая девушка, господа, какая девушка! Шесть смен эмоций за пару минут, и все, все (!) как одна очаровательны и естественны дальше некуда. Богиня, нимфа, русалка, наяда и… и… кто там еще есть в земной мифологии? Волшебное видение, короче. Вот!

– И ничего страшного, – отмахнулся Соловей. – Ему через несколько дней на Бойджер, а там пить придется постоянно. Пусть тренируется.

Степа не успел вдоволь налюбоваться на удивление – седьмую эмоцию, овладевшую лицом его космической нимфы, как откуда-то сзади раздался хрипловатый, слегка как будто надтреснутый голос.

– Извините,

но вы с моим ассистентом говорили так громко, что я не мог не услышать. Я правильно понял, вы тоже направляетесь на Бойджер?

Степа не видел подходящего из-за спины человека, но уже за одно это «тоже» готов был возлюбить его, как родного. Тем более что он, судя по всему, являлся коллегой его нежданно обретенного объекта непрерывного восхищения.

– Да, – Соловей повернулся в сторону нового действующего лица. Представиться он не попросил, но одним поворотом головы все было сказано.

– Петрухин Игорь Денисович. Профессор.

Степа, морщась из-за мокрых штанов, вывернул шею. Подошедший мужчина был немолод, сухопар, жилист и достаточно высок. Густая сивая шевелюра резко контрастировала с поблескивающим черепом Соловья. По виду мужчина напоминал бывалого путешественника, как их себе Донкат представлял. Темная куртка со множеством карманов, широкие штаны, крепкие ботинки.

Космоштурм задумчиво оглядел высокую фигуру.

– Тот самый Петрухин?

Мужчина усмехнулся.

– Если вы имеете в виду теорию ветвящихся цивилизаций, то да, тот самый. А я с кем имею честь беседовать?

– Соловей Сергей Петрович, – отрекомендовался космоштурм. – Представитель технического департамента корпорации «ВМН».

Судя по взгляду, Петрухин ни на секунду не поверил в его слова. Но переспрашивать не стал. Техдепартамент так техдепартамент.

– Степан Донкат, – указал на Степу космоштурм. – Мой коллега. Продажи.

– Добрый вечер, – лучезарно улыбнулся Степа, стараясь не думать о мокрых брюках. Он перевел взгляд на стоящую рядом девушку. Ну?

– Селена, – нейтрально представилась она.

– Селена? – поднял брови Степа, мучительно чувствуя на брюках каждую пролитую каплю. Нет, ну до чего идиотское положение. С мокрой мотней он еще с девушками не знакомился. – Необычное имя.

Уже знакомая теперь незнакомка почему-то резко поскучнела.

– Это именно та фраза, которую все обычно и говорят.

Степа чуть сквозь землю не провалился. Дамский угодник, так его… Надо срочно было разряжать обстановку.

– Степан, а почему бы вам не пойти переодеться? – Соловей небрежно кивнул на многопроклятые брюки.

Донкат от злости напополам с отчаянием чуть прикрыл глаза. Спасибо, «напарник». Разрядил.

– Да, конечно, – стараясь не выдать творившееся внутри, Степа ретировался, все же не удержавшись от бессильного:

– Вы тут побудьте немного, я скоро.

– Побудем, – покровительственно напутствовал его «коллега».

Проклиная Соловья – зараза, все из-за него! – Степа почти бегом рванул в свою каюту Скорости, с которой он выпотрошил сумку и переоделся, позавидовал бы любой космоштурм, поднятый по тревоге. Успел? Да!