Перед бурей
Шрифт:
– Ох, это было так давно, что всего и не вспомнишь, - улыбается старушка, явно довольная тому, что наконец-то увидит свою дочь, - главное, что мы снова встретимся с нашей маленькой Клэр.
Я ответно улыбаюсь, но внутри вновь напоминает о себе боль, опустошая тем самым остальные эмоции, заполняя собой все свободное пространство. Пожилая пара улыбается друг другу, и я думаю, какой будет моя следующая встреча с родителями. Радостной от примирения или же такой же грубой, нервной, как в последний раз?
Смогу ли я простить их? Оправдать поступки
Побеседовав с ними еще немного, я машинально тянусь в карман за телефоном, лишь после вспоминая, что отключила его и оставила в сумке с багажом. Я знаю, что мама видела меня в аэропорту, но тогда я старалась не замечать ее, игнорировать новые сообщения, удалять их, не успевая прочесть. Неправильно заставлять ее нервничать и переживать за меня, но сейчас я не готова вновь заговорить с ней. Вновь улыбнуться брату, чей лучший друг загнал меня в ловушку, чуть не сделав жертвой своего изощренного воображения. Посмотреть прямо в глаза отцу, из-за чьего образа жизни началось это сумасшествие.
Поэтому я уезжаю из города, и это, пожалуй, первый и единственный раз в моей жизни, когда я сбегаю с поля сражения так быстро и трусливо. Нью-Йорк встречает меня неприятным моросящим дождем, серыми будничными зданиями и не менее противным гулом машин, стоящих в многочисленных пробках.
– Мисс Грей, - человек в костюме раскрывает надо мной зонт, и я тихо вздыхаю, ощущая предусмотрительность и слежку отца повсюду, - я отвезу вас в пансионат по поручению вашего отца.
– Надеюсь, это его последнее поручение, - буркнув, киваю, шагая к темной машине и усаживаясь на переднем сидении пассажира, а мужчина убирает немногочисленные сумки в багажник.
– Сегодня не лучшая погода, возможно, мы слегка задержимся, - предупреждает меня он, и я вновь киваю, не желая поддерживать беседу с еще одним работником отца.
Но, как ни странно, мы объезжаем все пробки, добираясь до Эммы Виллард за 2,5 часа.
Серое и большое здание в готическом стиле кажется еще более зловещим и темным посреди дождя, и, проехав через кованые ворота школы, машина останавливается недалеко от входа в общежитие, выглядевшего как очередной средневековый замок. Из-за плохой погоды красивый пейзаж этого места заметно портился: деревья, на ветках которых только появились почки, казались зловещими и страшными, а сухое поле пустым и мертвенно-желтым.
– Вивиан Роуз Грей? – невысокая полная женщина средних лет встречает меня и водителя, любезно несшего мои вещи.
Кивнув, я следую за ней по коридору, пока мой временный экскурсовод рассказывает о достопримечательностях района, знаменитостях, закончивших это учреждение, различных кружках и спортивных секциях. Ее монотонный голос успокаивающе действует на меня, увеличивая желание отправиться спать, пока она не прекращает свою речь, остановившись напротив одной из комнат и открывая дверь.
– Лесли, это твоя новая соседка, - сообщает она девушке, увлеченно строчащей что-то в своем ноутбуке и не замечавшей наше появление
Еле услышав шум, она поворачивает к нам голову, тут же убирая наушники и сменяя мимолетную улыбку на серьезное выражение лица. Пожалуй, моя ровесница, светловолосая Лесли казалась младше за счет кукольного личика: больших голубых глаз, маленького носика и пухлых красных губ.
Но наибольшее ее внимание привлекает мой водитель, осторожно, стараясь не побеспокоить, поставивший мои сумки на пол около пустующей кровати. Черт, я и забыла, что в этой школе учатся только девочки, и надеюсь, здесь нет кружков и различных лекций о воздержании.
– Удачи, мисс Грей, - мужчина прощается со мной, и моя сопровождающая тоже уходит вместе с ним, вручая ключ от комнаты.
– Лесли Нэшвилл, - та протягивает мне руку, возвращая улыбку на лицо.
– Как «Город музыки»? – я улыбаюсь, и девушка заразительно и жизнерадостно смеется.
– Да, как ни странно, с такой фамилией я не люблю кантри, - отвечает она с той же кривой ухмылкой, - тебе помочь с вещами?
– Нет, лучше просвети меня, в какую дыру я попала, - я отхожу к кровати, открывая сумки и раскладывая вещи в пустую половину шкафа.
Лесли возражает мне, постепенно объясняя систему обучения. Оказывается, она учится в биологическом классе, планируя стать врачом, а также увлекается плаванием.
– А что любишь ты? – спрашивает девушка, устав от моих вопросов.
– Рисовать, пожалуй, - я пожимаю плечами, - танцы. Математику, - улыбнувшись.
– Не совсем обычное сочетание, - улыбается она, и я кратко рассказываю ей о своей семье, начиная с отца, но Лесли сразу же перебивает меня, а на ее лице появляется удивление.
– Стоп, ты дочь того самого Кристиана Грея?
Я хмурюсь, не привыкнув к такой реакции людей.
– Да, - я возвращаюсь к разбору вещей.
– Не думала, что ко мне подселят знаменитость, - девушка улыбается шире, но мое выражение лица мгновенно стирает эту улыбку.
– У меня конфликт с отцом, из-за которого я здесь оказалась посреди учебного года, - вздохнув.
– Ты еще не проходила тест?
Черт, нужно пройти еще тестирование?
– Нет, - я поднимаю бровь.
– Тогда воспользуйся этим, - Лесли отсоединяет ноутбук от розетки, - тебе должны были прислать письмо с поздравлением о поступлении.
Я напрягаю память, но, разобрав сумку, на самом ее дне вижу белый, слегка помятый конверт, вероятно, положенный мамой еще до нашей ссоры в столовой и не замеченный мною ранее. Открыв его и прочитав пустые слова о значимости каждого учащегося, достигаю конца страницы, где написан мой ключ для тестирования, состоящего из пятидесяти заданий на смекалку, логику и абстрактное мышление, а также на реакцию в тех или иных случаях, поведение и отношение к чему-либо.
Бездумно нажимаю на наиболее подходящий вариант ответа, даже не стараясь искать в очередном задании какой-либо подтекст или уловку. Мои мысли заняты другим.