Пепел. Гори оно все...

Костадинова Весела

Глядя на себя в огромное зеркало, Альбина не могла не отметить, что платье изменило ее, добавило уверенности. Не удержавшись, она быстро сделала фото и отправила Эльке.

Ответ прилетел незамедлительно.

– ВАУ!!!! Невероятно! Это Diafano Henni?

– Без понятия, - тут же ответила Альбина.

– Супер! А что, другого бренда не было?

– Плохо сидит? Или может мне не подходит?

– Нет, просто бренд – не самый дорогой, сестренка. Но на тебе сидит изумительно.

– Тогда на нем и остановимся, - Альбина кивнула Рае, подтверждая выбор.

Та едва заметно

одобрительно улыбнулась, и почему-то Альбине показалось, что Раиса довольна. Даже колючий взгляд темных глаз слегка потеплел.

Когда Альбина переоделась обратно, Раиса принесла ей кофе и печенье на блюдце.

– Завтра у вас будет выходной, - спокойно заметила она, присаживаясь напротив.

– Вот…. черт, - Альбина вовремя прикусила язык, чтобы не выругаться покрепче. – Но у меня запланировано….

– Завтра у вас выходной, - настойчиво повторила Раиса, её взгляд стал выразительнее, будто она привыкла мягко, но твёрдо пресекать возражения. Она протянула Альбине лист бумаги, отпечатанный с идеальной чёткостью. – Вот ваше расписание на завтра. Время и адрес салона, куда вам нужно подъехать. Вам выделить машину?

Альбина ошарашенно покачала головой, её пальцы машинально сжали листок, от которого пахло свежей типографской краской.

– Нет, я… доберусь сама, - выдавила она, всё ещё пытаясь осмыслить, как её жизнь вдруг превратилась в расписание, составленное кем-то другим.

– Хорошо, - кивнула Раиса, делая пометку в своём кожаном ежедневнике с золотым тиснением. – Но из салона вас заберёт водитель Артура Ярославовича и отвезёт домой. Платье доставят к вам, туда же привезут украшения. После вечера вы вернёте их мне.

Альбина посмотрела на неё, чувствуя, как реальность ускользает, словно песок сквозь пальцы. Всё было организовано, продумано, подчинено чьей-то воле – не её. Она провела рукой по вискам, пытаясь унять лёгкую пульсацию в голове.

– У меня ощущение, что я иду на королевский приём… – пробормотала она, её голос дрогнул от смеси иронии и растерянности.

Раиса сочувственно вздохнула, её губы сложились в лёгкую, почти материнскую улыбку. Она откинулась на спинку дивана, позволяя себе на миг расслабиться.

– Юбилей, Альбина, - сказала она, пожав плечами. – Юбилей одного из самых богатых людей области. Даже если бы Ярослав Геннадьевич хотел, избежать этого цирка не вышло бы. Партнёры из Москвы и Питера, верхушка области, журналисты с камерами… – Она чуть понизила голос, будто делилась чем-то, чего не стоило бы говорить вслух. – Поверьте, для него это тоже головная боль. Ярослав Геннадьевич терпеть не может весь этот политес, но выбора нет. Артур – его сын и правая рука. Ваш столик – центральный. Ярославу Геннадьевичу важно показать, что, несмотря на развод, его сын с ним. Семья, стабильность – это часть его имиджа.

Альбина криво усмехнулась, её пальцы нервно теребили край листка с расписанием.

– А я иду в комплекте… – тихо пробормотала она, и в её голосе смешались горечь и смирение.

Раиса посмотрела на неё внимательно, её взгляд стал чуть мягче, но она не стала спорить.

– Ну… вроде того, - согласилась она, и в её тоне мелькнула нотка сочувствия. – Но не переживайте, всё внимание будет приковано к Ярославу

Геннадьевичу и… – она запнулась, будто взвешивая, стоит ли продолжать, – и к Артуру Ярославовичу, конечно. Альбина, среди гостей будет немало девушек. Многие из них знают Артура давно. Очень давно. – Она сделала паузу, наблюдая за реакцией Альбины. – Ему придётся с ними говорить, уделять внимание, возможно, даже танцевать.

Альбина тихо засмеялась, но смех вышел натянутым, с лёгкой дрожью. Она откинулась на спинку дивана, глядя в потолок, где мягко мерцала хрустальная люстра.

– Вас Ярослав Геннадьевич просил меня об этом просветить? – спросила она, не глядя на Раису. В её голосе смешались сарказм и уязвимость, будто она пыталась спрятать за шуткой укол ревности.

Раиса покачала головой, её улыбка стала чуть шире, но в ней не было осуждения.

– Нет. Прямо он ничего не говорил. Но, поверьте, он уверен, что я смогу подготовить вас. Ко всему, Альбина. Здесь, - она положила папку перед девушкой, - основные гости. Многих, полагаю, вы знаете. Но есть и незнакомые лица – советую хотя бы посмотреть на них. Не думаю, что кто-то станет обращать на вас усиленное внимание – приличия не позволят. Однако пары-тройки шпилек вам не избежать. Будьте готовы. Не уверены в ответе – многозначительно улыбайтесь.

– И даже сойду за умную…. – отозвалась Аля, пролистывая папку. – Но это не точно….

– Сойдете, - в тон ей отозвалась Рая, - у вас интеллигентное лицо.

Обе одновременно улыбнулись друг другу.

– Альбина, - посерьезнела женщина, - Ярослав Геннадьевич сейчас…. Как бы по деликатнее сказать…. Выгодная партия. Очень выгодная. Инна знает, как себя вести, именно поэтому он берет ее. Она не будет хозяйкой вечера, какой была бы его жена, однако часть внимания на себя отвлечет. Артур – тоже. Вам придется… сложно…. Понимаете?

Альбина молча кивнула, опуская глаза.

Куда она полезла? Зачем? У этих людей свои правила, свои установки, кто она для них?

– Зачем, - едва слышно спросила она. – Зачем меня позвали?

– Потому что, - так же тихо ответила Раиса. – Если кого Ярослав Геннадьевич и любит – это Артур. Он не пойдет против желаний сына. И это, Альбина, высшее проявление любви у таких людей как Миита.

– Итак, - продолжила она как ни в чем не бывало, - завтра на вечер вы приедете чуть раньше остальных гостей, чтобы создать образ единой семьи. Бывшей супруги Ярослава Геннадьевича на празднике не будет – она улетела в Европу, - это было сказано максимально сухо. – За центральным столиком, помимо вас с Артуром и Инны, будут губернатор с супругой, председатель парламента и гости из Москвы. Имена их и их жен вы обязаны знать.

Последовали точные и важные детали протокола, которые Альбина впитывала как губка, стараясь уложить в голове и не упустить ни одного момента. Через пол часа, девушка не заметила, как втянулась в эту странную игру и уже сама начала задавать вопрос за вопросом Рае.

Через час женщина заметно стала поглядывать на часы, и Альбина поняла, что их время на исходе, испытывая горькое сожаление – не смотря на суровый вид ответы Рая давала максимально исчерпывающие. Опустели блюдце с печеньем и чашки с кофе.