Пепел стихий
Шрифт:
Снова воцарилась тишина, плотная, душная, словно кто-то накрыл их мягким одеялом.
«Я хочу спать, — рассеянно подумал Жосс. — Очень хочу спать. Веки такие тяжелые… Я мог бы лечь здесь и проспать до рассвета. Почему до рассвета? После рассвета я тоже мог бы спать. Весь день и всю следующую ночь…»
Он широко зевнул и ощутил вес навалившейся на него аббатисы. С невероятным усилием рыцарь повернул голову. Глаза Элевайз были закрыты, губы неплотно сомкнуты, она глубоко дышала. Кажется, она спала.
«А
Он тоже заснул.
Но ненадолго.
Чувство самосохранения, наследие боевого прошлого, все еще присутствовавшее в нем, не покинуло Жосса и в этот нелегкий час.
Он увидел яркий сон.
Рыцарь был на поляне. Там, на открытом месте, он стоял в одиночестве в ярком свете луны. А сзади, подкрадываясь тайком, к нему приближались седая женщина и девушка с темными волосами — каждая с дротиком, и наконечники целились прямо ему в спину.
Но Жосс заметил их.
Содрогнувшись и издав хриплый звук, рыцарь проснулся. Он тяжело дышал от ужаса, все его тело было в поту.
Жосс резко повернулся — и со всего размаха ударился носом о ствол дерева.
Слава Богу! Слава Богу! Он не стоял на поляне, и два дротика не должны были вот-вот пронзить его сердце.
Вскочив на ноги, рыцарь схватил Элевайз за руку и зашептал:
— Аббатиса, проснитесь! Нам нельзя оставаться здесь! Мы…
Перед его глазами все закружилось. Жосс еле успел отвернуться, и его вырвало на росший рядом папоротник.
Когда рыцарь смог выпрямиться, он рискнул искоса посмотреть на аббатису. Разбуженная Элевайз тоже выглядела не лучшим образом.
— В чем дело? — прошептала она. — Нам нужно поспать, Жосс! Я так устала…
Рыцарь взял аббатису за руки и попытался поднять. Нелегкая задача: мало того, что Элевайз была высокой и хорошо сложенной, но она к тому же почти лишилась чувств.
— Вставайте!
Жосс встряхнул ее. Аббатиса неохотно выпрямилась, однако тут же пошатнулась и прислонилась к стволу дуба.
— О Боже мой! — прошептала она. — Что?.. — Элевайз нахмурилась, но затем, очевидно, вспомнив, где они находятся и какое зрелище совсем недавно открылось их глазам, пришла в себя. — Мы должны выбраться отсюда, — решительно заявила она, — и найти безопасное место.
Жосс направил ее к деревьям, к зарослям, через которые они пришли сюда некоторое время назад — им показалось, что прошла целая вечность.
«Мудрая мысль, — подумал рыцарь, — но как некстати, что аббатиса высказала ее так громко!».
Назад — по заросшей тропинке… Назад — через большую поляну с поваленными дубами… Назад — к тропе, по которой они выберутся отсюда и которая приведет их домой.
Жосс мог бы догадаться и раньше. Мог бы предположить: если уж ему стало плохо, то что
То обстоятельство, что Элевайз так быстро поспевала за ним, ввело его в заблуждение, и он решил, что с ней все в порядке. Так ли это?
Когда они оказались в относительной безопасности среди деревьев на другой стороне поляны с поваленными дубами, Жосс услышал тихий стон. Оглянувшись, он увидел, как Элевайз согнулась пополам. Он ничем не мог помочь ей. Элевайз выпрямилась, вытерла рот одной рукой и, махнув ему другой, крикнула:
— Не останавливайтесь! Торопитесь и найдите укрытие!
Вняв ее настойчивости, Жосс побежал. Он знал, что аббатиса следует за ним: шаг, другой, третий, четвертый — ее ноги с глухим звуком касались твердой земли.
Пробегая под деревьями, Жосс пригнулся и вдруг услышал зловещий стук.
Рыцарь остановился как вкопанный, оглянулся и увидел, как Элевайз опускается на землю под ближайшим к ней деревом.
Ее только что рвало. Вероятно, она чувствовала ужасное головокружение. В любом случае аббатиса была не в состоянии мчаться через лес, полный раскидистых деревьев с низкими ветвями.
Жосс уже пришел в себя и потому не забывал пригибаться, а вот Элевайз пока еще не успела опомниться.
Ударившись головой о толстую ветку дуба, она потеряла сознание.
Упав на колени рядом с ней, Жосс увидел, как на лбу аббатисы из-под накрахмаленного белого полотна вимпла выступила кровь. Охваченный ужасом, он сорвал вимпл и прикоснулся пальцами к шее Элевайз.
Несколько страшных секунд он не мог уловить пульс, а затем почувствовал биение. Неровное, слабое, но все же биение.
— Благодарю тебя, Господи! О, благодарю тебя, Господи! — с жаром воскликнул он.
Из глубокой тени возле тропинки кто-то ответил:
— Аминь.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Жосс поднял голову. Оглядываясь по сторонам, он всмотрелся в мрачную темноту деревьев. Никого.
Потом появилась она. Все было очень странно: только что он не видел ничего, кроме стволов деревьев и непроходимых зарослей, и вдруг, как видение, там возникла фигура.
Его сознание было затуманено. Жосс не был уверен, спит он или бодрствует.
Облаченная в длинное одеяние фигура приблизилась. Казалось, она не шла, а плыла по воздуху, словно ее поддерживало легкое облако напоенного сладкими ароматами дыма. Когда она наклонилась над Жоссом и Элевайз, ее длинные серебристые волосы коснулись лица рыцаря. Она пахла так же сладко, как дым. Аромат цветов, свежей зелени…
Женщина протянула руку с тонкими пальцами, коснулась щеки аббатисы, положила ладонь на ее лоб.