Пенсионер
Шрифт:
– Что такое 'пятая точка'?
– удивлённо спросила Фарида.
– Парашютисты приземляются на ноги - две точки опоры. Иногда ещё и на руки, это уже четыре точки. А иногда садятся на пятую точку, поняла?
Девушка кивнула.
– Мистер Сухов, мне необходимо, чтобы вы остались живы и здоровы, сэр. Я несу за вас ответственность перед моим руководителем, - твёрдо сказал Белл.
– В этом можете не сомневаться, лейтенант.
– Гена, ты точно не будешь в него стрелять?
– Это опять Фарида.
– Я видела, как ты стреляешь, ты же
– Фарида, я обещаю, что не буду стрелять в твоего любимого.
– Он не...
– девушка замолчала и покраснела.
– Мистер Сухов. Я должен пройти к воротам. Проконтролировать поступление груза и проследить за его отправкой. После этого мы сможем выйти за территорию базы и решить ваши вопросы с молодым человеком. Если желаете, можете прогуляться со мной, сэр.
Ворота в работе - очень впечатляющее зрелище. Я как завороженный смотрел на железнодорожные вагоны, медленно выплывающие из колышущегося зеркала. Это казалось невероятным - стена ангара за железной рамой вдруг будто затягивалась блестящей плёнкой, плёнка становилась толще, вот уже стены не видно и передо мной лишь тёмная зеркальная гладь, будто вставшее на дыбы озеро. И из него медленно выплывают вагоны. Один за одним. Невероятно.
Я вспомнил, что и сам пришёл в этот мир примерно таким же необычным способом. Только не организованно - в ангаре с техниками, контролирующими процесс, а в горах, спонтанно.
– Скажите, лейтенант, а что будет, если вдруг пропадёт электричество? Или что-то внезапно выйдет из строя?
– В первом случае ничего не произойдёт, сэр. Все ворота оборудованы источниками бесперебойного питания. А вот второй случай гораздо опаснее. Теоретически, может произойти что угодно. На практике же это означает потерю груза, - он придвинулся ко мне ближе.
– Здесь не рекомендуется обсуждать такие темы. Техники очень суеверны, сэр.
Я провёл пальцами по сомкнутым губам, изображая застёгнутый на молнию рот.
– А вот и наш груз!
– воскликнул Белл, сверяясь с записями.
– Сейчас его направят в отстойник, а потом перегрузят на трак.
Из ворот не спеша выплыла открытая платформа. Прямо по центру на ней располагалась бесформенная конструкция метров пяти длиной, заботливо закутанная брезентом. Я долго её рассматривал, пытаясь угадать что это по складкам укрывающей ткани, но мне ничего не приходило в голову.
– Что это за конструкция?
– Какое-то научное оборудование для Дагомеи, сэр.
– Научное и для Дагомеи?
– Совершенно верно. Там ведётся много изысканий. В основном геологоразведка.
Платформа свернула на другой путь и лейтенант, поставив галочку, убрал блокнот.
– Нам пора, сэр. Надо обеспечить безопасность груза. На этой базе очень много переселенцев категории 'Б'.
– Что за категория, лейтенант?
– Неимущие переселенцы, сэр. В основном, негры и индусы. Орден предоставляет им подъёмные и за свой счёт доставляет до места жительства.
– Понятно. Шарят по вагонам?
–
Когда мы подошли к отстойнику, три чёрных подростка старательно срезали брезент с нашего груза. Двое сидели на конструкции верхом и работали ножами, третий внизу тянул ткань за край.
– Вот дерьмо!
– вскрикнул лейтенант, вынул пистолет и выстрелил в воздух. Мальчишек как ветром сдуло.
Белл достал рацию и, повысив голос и иногда срываясь на крик, громко требовал, чтобы немедленно выставили пост охраны у чрезвычайно важного груза, заказчиком которого является руководство Ордена. Было заметно, что он, как все ординарцы, привык прикрываться именем хозяина.
Я же, пользуясь моментом, рассматривал конструкцию. Создавалось впечатление, что какой-то безумный сварщик просто собрал вместе первые попавшиеся под руку железки, а потом что-то покрасил шаровой краской, а что-то наоборот, до блеска начистил. Но больше всего меня удивила полустёртая русская буква 'Ф' в самой середине нелепого агрегата. Я пригляделся. 8Ф126. Буквы были смыты растворителем и в ярком солнце остались видны только их следы. Я сделал шаг вправо, потом отошёл влево. Ниоткуда больше надписи видно не было, похоже, всё тщательно смыли и только в том месте, где я сперва стоял, солнечный блик выдал такой эффект.
Подбежали двое в форме ордена и с оружием. Тут же какие-то работники в одинаковых синих комбинезонах мгновенно накинули брезент обратно и стянули всё проволокой. Один из охранников подошёл к лейтенанту и встал по стойке смирно.
– Сэр. Больше не повторится, сэр!
– выпучив глаза, проорал он.
– Как вас зовут?
– сухо спросил лейтенант Белл.
– Рядовой Ирвин Блэксмит, сэр!
– После смены передадите командиру, что первый лейтенант Белл лишил вас увольнения в город.
– Йес, сэр!
Лейтенант повернулся ко мне и вальяжно произнёс:
– Идёмте, мистер Сухов. Раз вы сказали, что жертв не будет, следует решить вопрос с молодым человеком.
Мы ушли, а рядовой Ирвин Блэксмит остался стоять навытяжку, провожая нас грустными глазами.
Фарида сидела на самодельной лавочке возле КПП, положив голову на сложенные на коленях руки. Рядом с ней стояла алюминиевая кружка, полная воды. Когда мы подошли, она даже не пошевелилась, так и осталась в своей скрюченной позе. Дверь открылась и перед лейтенантом возник немолодой патрульный.
– Капрал Джек Ричардс, сэр, - выпалил он.
Похоже, первый лейтенант Белл в своё время навёл немало шороха среди унтер-офицерского состава базы.
– Да, капрал.
– За воротами трое вооружённых людей, сэр. Держатся на дистанции сто-сто пятьдесят метров от дороги, агрессивных намерений не проявляют. Прикажете открыть огонь, сэр?
Лейтенант нарочито проигнорировал вопрос капрала и повернулся ко мне.
– Кажется, это по вашу душу, мистер Сухов.
– Вы мистер Сухов, сэр?
– капрал с удивлением глянул на меня.