Пенсионер
Шрифт:
Холл поражал нарочитым, бросающимся в глаза шиком. Блеск, золото и полированное дерево. Мне всё это настолько напомнило интерьер салона из фильма 'Титаник', что на секунду даже показалось, что укачивает. Некоторое время я молча стоял посреди фойе, разглядывая стены и мебель.
– Мистер Гольдман ждёт вас в номере, сэр, - голос лейтенанта вывел меня из прострации.
– Идёмте, я провожу. А вы, мэм, можете занять это время приятной прогулкой по магазинам.
Я торопливо сунул Фариде 'колоду' экю и двинулся вслед
Новая Земля, Нью Дели, отель Риц-Палас. 24 год, 7 месяц, 05 число. 20:25
Первый лейтенант Белл открыл дверь, доложил, не входя:
– Мистер Сухов, сэр, - после чего отошёл в сторону, пропуская меня в номер.
Я вошёл в огромную, метров пятнадцать длиной, гостиную. В ней, как и в холле, царила вызывающая роскошь. Бежево-золотые обои в крупный рисунок на стенах, вычурные шкафы, явно стилизованные под девятнадцатый век, огромные кожаные диваны и кресла, пробитые блестящими гвоздиками. И венчал всё это великолепие гигантский овальный стол, судя по цвету, из морёного дуба.
Показной кич так бил по глазам, что я не заметил человека, сидящего за столом. Он был как раз между мной и окном и разглядеть его было достаточно трудно.
– Мистер Сухов, полагаю?
Мне пришлось прищуриться, чтобы увидеть говорившего.
– Да, это я.
Я обошёл стол и наконец смог разглядеть собеседника. Первое впечатление о нём возникло мгновенно: 'проныра'. Мужчина был богато, но неброско одет, аккуратно причёсан, даже сидел неподвижно, но глядя на него, я понимал, что передо мной мошенник. Почему, я объяснить себе не смог, это было на уровне подсознания.
Кроме того, я понял, что хозяин номера волнуется. Его что-то сильно тревожило, на грани страха.
– Жак Гольдман, - представился он нарочито спокойным голосом.
– Мистер Сухов, я хотел бы обсудить с вами две темы.
– Я вас слушаю, мистер Гольдман.
И в этот момент мне стало спокойно. Я понял, что ничего ужасного сделать ни со мной, ни с Жанной этот человек не планирует.
– До меня дошла информация, что вы зарегистрировали алмазный прииск, - я кивнул.
– И вместе с тем, не имеете ни оборудования, ни специалистов для его разработки.
Я снова кивнул.
– Скажите, мистер Сухов, что вы собираетесь дальше с ним делать? Ведь добывать алмазы вы не сможете.
– Почему не смогу? Разве сложно нанять шахтёров, потом закупить оборудование?
– Поверьте мне, это всё действительно сложно. Всё специальное оборудование вам придётся заказывать у Ордена, а это немаленькие деньги. Добавьте к этому время, необходимое на сбор и доставку. А где вы возьмёте работников? Вы думаете, стоит дать объявление, и к вам толпами повалят специалисты? Мистер Сухов, это молодой мир, мы только начинаем осваивать его. И шахтёрам в этом деле уготована одна из главных ролей.
Гольдман явно темнил. Я чувствовал, что он чуть
– Шахтёры здесь - рабочая элита, мистер Сухов, - продолжал тем временем мой собеседник.
– Им нужны деньги сразу, а не тогда, когда пойдут первые алмазы. Если они вообще пойдут. Оборудование-то, как я понимаю, вы не закупили.
– Мистер Гольдман. Я понимаю, к чему вы клоните. Давайте поговорим прямо и без предисловий.
– Я рад, что мы так быстро нашли взаимопонимание, - он даже пару раз беззвучно хлопнул в ладоши. И снова стало заметно, что он нервничает.
– Вы хотите купить мой прииск?
– Ни в коем случае, мистер Сухов. Я тоже, как и вы, не алмазопромышленник. В данном разговоре я представляю другого человека.
– Кого?
– Прежде всего, вы согласны продать свою собственность?
– Я пока не думал об этом. Но вы посеяли во мне сомнение. Вам лично, как я понимаю, шахта не нужна.
– Нет. Я только представляю покупателя.
– А почему нельзя поговорить с ним?
– Он находится в Зионе и не может выехать на переговоры.
– Хоть фамилию его я могу услышать?
– Конечно. Это Арон Бандервильд. Известный бизнесмен и уважаемый человек. Он не один десяток лет занимается добычей полезных ископаемых. В том числе и алмазов. Согласитесь, мистер Сухов, было бы целесообразнее отдать прииск тому, кто сможет извлечь из него максимальную пользу.
– С этим не поспоришь. И сколько мне готов предложить уважаемый Арон Бандервильд?
– А что бы вы считали для себя самым выгодным в этой сделке?
– Даже не знаю. Я ещё не слышал предложений.
– Мистер Сухов. Конечно, можно предложить вам и просто некую сумму. Допустим, триста тысяч экю. Но деньги имеют свойство кончаться, - Гольдман улыбнулся и развёл руками.
А у меня крутилась в голове фамилия покупателя. Где-то я её уже слышал. Причём, в связи с этой самой темой.
– И?
– я указал на собеседника.
– И как всякий умеющий считать деньги человек, мистер Бандервильд предлагает вам долевое участие. Он вносит свою долю оборудованием, специалистами и всем, что понадобится для продуктивной работы.
– И какова же будет его доля?
– При подобном разделении будет справедливо, если доля лица, полностью обеспечивающего процесс добычи, будет девяносто процентов. Поверьте, десять процентов от выхода целого прииска, это очень много.
– Да уж. От щедрости мистер Бандервильд точно не умрёт.
Гольдман захихикал и тут я вспомнил. Папа Розы. Ювелир. Бандервильд - алмазы, папа, как его, Марк, кстати, Аронович. И тоже Гольдман. Итак, один Гольдман представляет Бандервильда, а другой Гольдман ведёт с ним какие-то тёмные дела. Они не родственники? Спрашивать об этом точно не время.