Печать Медичи
Шрифт:
— Прочь от меня, поп! Ты тоже заразен! Ты должен был поставить в известность власти!
— О, я сделал это! Сразу известил городской магистрат, как положено! Но ваш собственный командующий Чезаре Борджа приказал скрывать этот факт от всех. Личным приказом он запретил публичное упоминание о вспышке чумы. Он не хочет, чтобы началась всеобщая паника, пока он ведет свою кампанию. Ведь иначе дороги заполнятся потоками беженцев, а он хочет, чтобы они были свободны для стремительного перемещения его войск. Нам приказали держать мертвецов в отдельных запертых
— Скорее закрой эту дверь!
— Буду только рад сделать это.
Дверь с шумом захлопнулась. Потом послышался скрежет щеколды. И удаляющиеся шаги.
По моему ощущению, прошло более двух часов, прежде чем мы вновь услышали звук отодвигаемой щеколды.
— Отличная уловка, святой отец! — с одобрением сказал Паоло, когда священник провел нас в основную часть госпиталя. — Здорово вы придумали насчет чумы и спугнули солдат!
Священник привел нас в маленькую пустую кладовую и, закрыв дверь, встал перед нами.
— Паоло! — мрачно сказал он. — И вы все! Послушайте меня. Это была не уловка. К сожалению, я не лгал. Люди, рядом с которыми вы лежали в покойницкой, умерли от чумы.
От ужаса Паоло застыл с открытым ртом. Элизабетта крепко обняла Россану.
— От чумы! — воскликнула она. — Мы лежали рядом с жертвами чумы!
— Я подумал, что это единственное место, где солдаты не будут искать тщательно. Они прочесали всю больницу, вытряхнули все из шкафов, лазали копьями в печные трубы, поднимали больных, чтобы обыскать их постели… Спрятавшись там, вы спаслись. Пока спаслись.
Паоло закрыл лицо руками:
— Мы избежали одной смерти, чтобы найти другую!
— Возможно, и так, — тихо ответил священник. — Но мы точно не знаем, как передается эта болезнь. Может случиться, что ангел смерти пролетит над вами и вы спасетесь, как спаслись сейчас. Однако нужно спешить. — Он вручил мне и Паоло по небольшому мешку. — Здесь только немного хлеба вам на дорогу. Это все, что я могу дать. Не хочу просить кого-то на кухне, чтобы не обнаружить ваше присутствие. Будет лучше, если только мы с Эрколе будем знать о вас.
— Вы сказали «на дорогу», святой отец? — спросила Элизабетта. — Вы нас гоните отсюда?
— Вам надо уходить немедленно. Когда они прочешут весь город и все равно не найдут вас, то вернутся сюда и на этот раз проверят все более тщательно. В любом случае уже почти полночь. А в полночь приходят люди из благотворительного братства, чтобы забрать тела умерших от чумы и похоронить их. Так что вам лучше уходить как можно скорее.
— Но нам некуда идти!
— Я как раз собираюсь рассказать вам, куда вы можете уйти.
Он стал на колени и пальцем нарисовал на земляном полу примерный план.
— По подземному ходу Эрколе выведет вас из госпиталя на берег реки. Там вы расстанетесь с ним и пойдете вверх по течению.
— Вверх по течению? — удивился Паоло. — То есть назад, откуда пришли?
—
— Убежище… — эхом отозвалась Элизабетта. — Как бы я хотела поверить, что это правда!
— Поверь! — сказал священник. — А теперь послушайте меня внимательно. Эрколе сможет довести вас только до реки.
— Он должен вернуться в госпиталь как можно скорее, чтобы здесь все выглядело как обычно в тот момент, когда придут могильщики или вернутся солдаты. — Отец Бенедикт показал на карту, которую нарисовал на полу. — Вы знакомы с местностью по ту сторону от Аверно?
Паоло покачал головой.
— Я знаком, — сказал я.
Монах пристально посмотрел на меня. Конечно, он узнал во мне слугу мессера Леонарда да Винчи, но вслух не сказал об этом ни слова.
— Отлично. Я покажу Маттео путь до монастыря. Запомни этот план, а потом я его сотру. Лучше никогда не носить с собой никаких карт или писем. Если они попадут в чужие руки, то наш госпиталь может пострадать. Но когда доберетесь до Мельте, письма не понадобится. Тамошняя мать настоятельница — моя сестра. Скажете ей, что вы от меня, и попросите у нее приюта. Конечно, она примет вас.
— А если она нам не поверит? — спросил я.
— Ну что вы! Моя добрая сестра не прогонит четырех детей!
— Я уже не ребенок! — сердито воскликнул Паоло.
— Конечно ребенок! — печально возразил монах. — Всего лишь ребенок.
— Девочек она, возможно, и приняла бы, святой отец, — заметила Элизабетта. — Но раз это женский монастырь, она может отказать нам, потому что с нами два мальчика. Ведь они уже почти мужчины.
— Ах да! Дайте-ка подумать… Пожалуй, расскажу вам какой-нибудь эпизод из нашего детства, что-нибудь такое, о чем знаем только я и она. Тогда она поверит, что вы от меня. — Подумав немного, он сказал: — Напомните ей, что как-то она нарвала роз, чтобы сделать из них гирлянду для статуи Девы Марии, а я принял вину на себя, и садовник высек не ее, а меня.
— Хорошо, напомним, — промолвила Элизабетта. — Но следует ли нам также сказать ей, что мы были так близко с жертвами чумы?
— Да, вы должны сделать это, — кивнул священник. — И избегайте контакта с людьми, пока не поговорите с ней.
— Следите за одеждой. Пока мы точно не знаем, каким именно путем распространяется чума. Первым умер старьевщик. Возможно, это не случайно, так как есть мнение, что чума распространяется через одежду. Потом к нам принесли еще двоих. Оба были грузчиками, работали на барках, перевозивших продовольствие и другие грузы. Может быть, инфекция распространяется крысами, кишащими вокруг мешков с зерном. Нельзя сказать наверняка. В любом случае предупредите мою сестру, что можете быть заразны. С Божьей помощью и по мудром размышлении она решит, что с вами делать.