Печать Медичи

Бреслин Тереза

— Просто невероятную резню!

Элизабетта вздрогнула.

— Но эти злодеи были больше похожи на обыкновенных бандитов, чем на солдат. И мне показалось, что они напуганы тем, что не нашли то, что искали. Они говорили, что их главарь разозлится, когда узнает, что они не смогли выполнить его задание.

При этих словах у меня горло сдавило от страха. О, я хорошо знал, каков он, этот «главарь»! Он не знал жалости. Он не оставил бы девочек в живых. И я знал, что при известии о том, что ничего не найдено, он решит, что просто искали

недостаточно тщательно. И появится здесь сам, чтобы лично в этом убедиться.

А ведь он всего на несколько часов отстал от меня!

Внезапно с башни раздался крик коростеля. Мы побежали на крепостную стену. Оттуда, сквозь просветы между зубцами, открывался вид за реку. Мы увидели, что к мосту приближается группа всадников.

Впереди, в отрыве от всех, стремглав несся какой-то всадник. Ужас пронзил меня.

Я узнал Сандино!

Глава 24

Паоло бросился бы им навстречу, если бы я не преградил ему путь.

— Погоди ты! — крикнул я. И когда он попытался возразить, добавил: — Подумай о сестрах.

— Но зачем они возвращаются? — спросила Элизабетта.

— Они не нашли то, что искали. Наверное, будут искать снова, — предположил Паоло. — Но у нас ничего нет — ни дорогих сервизов, ни серебра, ни каких-то особых драгоценностей…

Россана задрожала.

— Надо уходить, — обратился я к Паоло. — Надо увести твоих сестер в безопасное место.

— Но куда уходить? — Элизабетта в отчаянии оглянулась по сторонам. — Здесь только одна дорога! Они схватят нас, если мы убежим!

— Мы пойдем другим путем! — Схватив Россану за руку, я потащил ее к воротам. — Мы спустимся по склону в ущелье!

— Но это невозможно! — воскликнул Паоло. — В детстве я пытался сделать это, но не смог.

Мы забежали за угол крепости, где к самой ее стене примыкала узкая полоска земли, а дальше начинался крутой обрыв. Земля там словно уходила из-под ног.

— Другого пути нет, — сказал я. — Слышите? Они уже у ворот!

Мы затаили дыхание. Чистый холодный воздух донес до меня голос, который я сразу узнал.

— Вы слишком быстро прикончили старика, их папашу! — орал Сандино на своих людей. — Чтобы спасти девчонок, он бы выдал мальчишку!

— А что это за тайная комната, о которой вы говорили? — спросил один из бандитов. — Вы еще сказали, что он мог спрятаться там.

— Недавно я узнал, что по приказу Борджа во всех крепостях построены тайники. Чтобы на случай осады и захвата крепости он смог там спрятаться. Но я понятия не имею, где здесь этот самый тайник. А, неважно! Останемся тут, подождем. Голод заставит его выйти наружу. Я терпеливый. Могу и подождать. Несколько дней ничего не решают.

Я шепнул Паоло:

— Надо спускаться.

Он покачал головой и шепнул в ответ:

— Мы не сможем.

И тогда Элизабетта твердо сказала:

— Другого пути нет.

Я начал

спуск первым.

Прижимаясь к земле, крепко цепляясь руками, нащупывал ногами опору. За мной последовала Элизабетта. Я подсказывал ей, куда ставить ноги, а она в свою очередь направляла Россану. Паоло, с отцовским мечом за спиной, шел последним.

Вскоре мы нашли уступ, на котором смогли передохнуть.

Элизабетту просто трясло от страха, в то время как Россана казалась совершенно безразличной к своей судьбе. Я понял, в чем теперь разница между ними: одна из них хотела жить, а другой было уже все равно.

— Пошли дальше! — поторопил я.

Глянув вниз, Элизабетта отпрянула назад.

— Нельзя ли побыть тут еще немножко?

— Нет, — ответил я, опасаясь, что любое промедление может ослабить нашу решимость.

— Маттео, этот уступ слишком выдается вперед, — сказал Паоло. — Девочкам будет трудно слезть с него.

— Знаю, Паоло. Но если нам это удастся, то из крепости нас уже не увидят и мы сможем спокойно спускаться на дно.

Я осторожно приблизился к краю скалы.

— Когда подползешь ко мне, — сказал я Элизабетте, — старайся не смотреть вниз. Я сам поставлю твои ноги куда надо.

Я свесил ноги в пустоту. Ветер яростно хлестал меня. Щекой я прижимался к скале. Даже среди зимы в ее расщелинах росли маленькие цветочки. Вдруг меня больно стукнул по лбу упавший откуда-то сверху камешек. Я поднял голову. Кто-то стоял на крепостной стене и смотрел вниз. Я всем телом вжался в скалу. И вдруг меня обдало струей. «А! — понял я. — Он просто решил облегчиться». Это вселило в меня новую надежду. Им и в голову не приходило, что кто-то попытается уйти этим путем, иначе на мою голову полилась бы не моча, а горячая смола.

Я немного подождал, а потом ногтями и кинжалом стал выскребать землю между камней. От долгого стояния в неудобной позе ноги чуть не свело. Но тут мне пришло в голову, что если я упаду, то и те трое наверху тогда пропадут. Когда выбора нет, принимать решение проще.

Руки у меня были скользкими от пота, но солнце уже клонилось к закату, и свет не слепил глаза. Теперь я буквально висел над крутым спуском, отчаянно нашаривая ногами опору. Носками башмаков пытался выдолбить хоть какие-нибудь углубления. Наконец я почувствовал, что твердо стою на ногах. Теперь настал черед Элизабетты.

Мне удалось вырыть несколько ямок и вытащить один камень, чтобы она смогла ухватиться за углубление. Она была легче меня, да и тело у нее было более гибкое. Она свесилась ногами с уступа и, скользнув под него, оказалась на склоне рядом со мной.

— Отлично! — пробормотал я.

Ее губы скривились в подобие улыбки.

Внезапно воздух колыхнулся, и мимо нас стремительно пронеслась птица. В тот же миг Элизабетта разжала пальцы и полетела в пропасть.

— Мама! — крикнула она почти беззвучно, словно осознавая, что случится, если крик ее будет громким.