Паутина
Шрифт:
Пока я пробивался к администратору сквозь звуковые помехи, я еще успел продиктовать послание веб-книжке и отправил его по электронному адресу кубинского ретранслятора.
Хочешь сделать из меня обезьяну?
Ответ пришел через десять минут после того, как я покончил с администратором.
Ты не лучше других полицейских. Никто из вас не сможет меня достать.
– Давай поговорим, - обратился я к веб-книжке, уверенный, что разговариваю с Барри Дином.
– Ты же
Последовала пауза* достаточно долгая, чтобы успеть выпить чашку чаю. Я не понял, была ли задержка вызвана прохождением письма или же мой корреспондент напряженно размышляет. Возможно, он отключился. У меня начал затекать правый локоть. «Поговори же со мной, - шептал я, наблюдая, как слова возникают на экране.
– Мне ведь случалось говорить с людьми, чтобы спасти им жизнь. Мне это хорошо удавалось. Если не хочешь признаться с глазу на глаз, признайся теперь. Похвастайся же, ты, говнюк. Ну же, проговорись!»
Веб-книжка запищала. Я вздрогнул. Чай разлился по моей босой ноге.
Я намерен с этим покончить. И вы ничего не сможете сделать.
Я стер все слова с экрана и сказал:
– Поговорим о Софи Бут. Расскажи мне, как ты ее нашел. Скажи, что тебе было нужно от нее.
Другим полицейским до этого дела нет. Вы один такой. Что вы намерены с этим делать?
– Зачем тебе понадобилось ее убивать?
Вы ничего не можете с этим поделать. Ничего вы не можете. Потому что вы трус. Спиталфилдс это доказал.
– Мне известно: Софи считала, что заключает сделку с тобой. Расскажи мне об этом.
Ответа не последовало.
Ночь я провел скверно. Архимед вперевалку бродил по спальне, царапая когтями деревянный пол. Крылья шуршали, когда он пытался поймать электронные призраки. Мои мысли беспокойно вращались вокруг догадки о том, что человек в маске вовсе не был профессионалом, а всего лишь каким-то знакомым Барри Дина. И каким образом сперма Энтони Бута попала на простыни его племянницы? Была ли какая-то связь между Бутом и Дином? Даже если Энтони Бут трахал свою племянницу, возможно, это не имело отношения к ее убийству… Я перебирал все снова, снова и снова, а когда наконец заснул, мне снились такие сны, что пересказывать их я бы не рискнул.
Так что я проснулся еще только наполовину, когда Алан Радд сказал мне прямо в ухо:
– Мы нашли несколько коробок, в которых когда-то лежали чистые диски.
Я нащупал пульт и включил телевизор. На круглосуточном канале новостей лицо Софи Бут появилось и растаяло, возникла фигура репортера в три четверти. Он вещал, стоя у того дома, где ее убили. С левой стороны от двери перед телевизионными камерами застыл полицейский в форме.
– Это еще ничего не значит, - ответил я Алану Радду.
– К стенке одной из коробок был приклеен стикер - квитанция от ФедЭкс.
– И адрес на квитанции не был адресом магазина?
Теперь показывали пресс-конференцию с Тони Макар-длом.
– Скоро ты станешь великолепным детективом, мой мальчик, - пообещал Алан Радд.
– Вчера вечером я получил
Он продиктовал мне адрес небольшого бутика, расположенного как раз к западу от Уордур-стрит за барьерами защищенной зоны Сохо. И добавил:
– Он принадлежит Вителли.
– Серьезно?
– Это было уже интереснее.
– Не думаешь ли ты, что семья Вителли хранит диски в одной из своих лавочек?
На экране появилась мать Софи Бут. Она билась в истерике на руках у своего мужа.
– Я вовсе не рассчитываю на такую удачу, - ответил мне Алан.
– Но думаю, поблизости должно быть подходящее место для склада.
– Слишком мелко для Вителли.
– Возможно, у кого-то из их многочисленных потомков имеются побочные доходы. А может быть, это часть чего-то другого. Не перестаю удивляться, - добавил Алан Радд, - неужели этот маленький ошметок дерьма, который мы выставили две недели назад, может, в конце концов, не иметь к нему ни малейшего отношения?
Один диктор наблюдал за другим, и это напомнило мне о трех юнцах, найденных застреленными в квартале заброшенных офисов в Хаммерсмите.
– Барри Дин?
– спросил я.
– Он самый. Мне только нужно еще раз перекинуться с ним парой слов. Во всяком случае, если хочешь принять участие в этой небольшой увеселительной прогулке, приезжай туда через час.
Женщина, прогуливавшая свою собаку по Клэпхем-Ком-мон, серьезно ранена выстрелом из проезжающего мимо автомобиля.
– Ты готов?
– спросил Алан Радд.
В реке Ли найдено тело женщины, привязанное к трупам двух собак.
Нетерпеливым щелчком я отключил телевизор.
– Я там буду. И даже куплю тебе завтрак.
– Должен тебя предупредить, я тебя разорю, - заявил он.
Компьютер вывалился из окна в два приема. Сначала монитор. Хрустнув, он взорвался, когда ударился о мостовую. Затем - системный блок с торчащими из него проводами. Тот раскололся в нескольких футах от полицейского фургона.
Один из констеблей с явным отвращением взглянул на обломки - видимо, повидал таких немало.
– Я бы дал шесть-три за такой причудливый вид. А если бы он действительно ударился о наш фургон, получил бы все десять баллов…
Алан Радд долго звонил в дверь офиса «Протемпо про-дакшн», одной из основных компаний Вителли, откуда выпал разбившийся компьютер.
– К чертям собачьим, - выругался наконец полицейский и вышиб дверь ногой.
Я следовал за ним по пятам, когда он ввалился в тусклый бесцветный коридор. Слева находилась запертая на висячий замок дверь, и мы галопом помчались вверх по узкой лестнице. Дверь на площадке первого этажа была открыта, она вела в жаркую и зловонную комнату, в одном углу которой стоял письменный стол, в другом - раскладушка со спальным мешком. В раскрытой коробке на столе лежала наполовину съеденная пицца, а у кровати сгрудились пустые бутылки из-под пива. Вдоль одной из стен громоздились картонные коробки. Костлявый мужчина средних лет в куртке и грязных трусах скакал посреди всего этого, пытаясь натянуть брюки.