Паутина долга

Иванова Вероника Евгеньевна

Нить пятнадцатая.

Бремя решений

Норовит лечь на плечи...

Принять плащ? Скинуть?

Заклятый враг моей юности, Валлор послужил одной из причин, породивших цепочку произошедших со мной несчастий. Заметьте, говорю: «одной из», и вовсе не самой главной. Главная причина — моя самоуверенность, и сие качество за прошедшие годы было изрядно мной растеряно, сменившись холодным расчётом на каждый случай. Конечно, разобраться во всех

«за» и «против» и выбрать правильный путь удаётся не всегда, но я стараюсь. Чтобы не попадать впросак хотя бы там, где имеются очевидные и не представляющие опасности решения.

Всё тот же замшевый костюм с двойной шерстяной подкладкой, в котором я видел Валлора последний раз. Плащ небрежно расстегнут, капюшон скинут на спину, открывая ёжик чёрных, как смоль, волос. Если у Галчонка шевелюра сразу наводит на мысль о перьях, торчащих в разные стороны, то у моего знакомца каждый волосок не блестит, а кажется, поглощает падающий на него свет, из-за чего Вэл вечно выглядит мрачным и таинственным, на радость впечатлительным юным особам женского пола. Даже сейчас, будучи отлучённым и крайне редко прилюдно вспоминая о заклинательском искусстве.

Глубокие синие глаза как нашли меня, так уже и не спускали взгляда с моей персоны. Согласно правилам выживания, в группе знакомых или незнакомых врагов необходимо скорейшим образом определить самого опасного противника и уделять ему большее внимание, нежели прочим. Если допустить, что Валлор следует упомянутым правилам, лестно сознавать свою «опасность». Правда, она скорее надуманная, а не реальная. И всё же, кто сказал, что на остальных можно вовсе не обращать внимания? Да, гаккар не сможет достойно противостоять Заклинателю. Но вполне способен попытаться атаковать и доставить некоторое беспокойство. Почему же...

— Наносишь визит вежливости?

— Возможно. А что привело сюда тебя?

Валлор поправил:

— Не «что», а «кто». Один маг, обеспокоенный появлением и неограниченной свободой перемещения существа, именуемого гаккар. Этот самый маг обратился с донесением в Анклав, а тамошние мудрецы не нашли ничего лучшего, как пожаловаться Заклинателям: наше же детище, в конце концов. Совет рассмотрел жалобу и направил меня для ознакомления с делом, принятия и осуществления решения.

— Ты пришёл, как отлучённый?

Согласный кивок:

— Разумеется. Заклинатели, не изгнанные из семьи, чтут закон и исполняют принятые обязательства. Сотворить гаккара мог только отщепенец, потому естественно предоставить исправление ошибки такому же отщепенцу.

Вообще-то, Валлор лукавит. Его отлучение было добровольным, а потому не привело к озлоблению и потере разума, чем и воспользовался Совет, включив моего знакомца в ряды своих тайных лазутчиков, скитающихся по городам и весям и докладывающих о нравах и настроениях граждан Империи полнее и достовернее, чем это делают службы, подчинённые

императору лично.

— Уверен, что ошибка нуждается в исправлении?

— Подумай сам. Первое. Имеется существо, запрещённое к появлению и существованию. Второе. Означенное существо напало на представителя магического сословия, нанеся тому ущерб, едва не ставший причиной гибели. Третье. Судя по полученным свидетельствам, существо не подчиняется управителю или вовсе не имеет такового, а посему представляет собой угрозу для любого одарённого, рядом с которым окажется. Перечисленного вполне достаточно для...

— Ты пришёл убивать, — коротко закончила витиеватую мысль Валлора Ришиан.

Тот не посчитал нужным спорить:

— Меня наделили необходимыми полномочиями.

— Так не медли! Попрошу только об одном: не причиняй боли моей сестре. Я знаю, ты можешь сделать это быстро, так, что она не почувствует... Сделай. Прошу тебя.

Дурацкий поворот событий. И всё из-за одного дурака, который только и может стоять и хлопать ресницами и ушами, глядя, как вокруг него легко ложатся на чаши весов жизни и смерти. Может, хватит?

— Никто никого убивать не будет. Не сегодня. Возможно, никогда.

Валлор вопросительно приподнял бровь:

— Ты предложишь другое решение проблемы?

Вот в чём кроется главная ошибка: всё и всюду считать недостойным права на существование. Я тоже каждый день своей жизни больше сталкиваюсь с трудностями, а не с приятными сюрпризами, но в отличие от многих других бывших и настоящих знакомых, не заявляю: «Уничтожить!», а предлагаю: «Рассмотрим варианты».

— Вообще не вижу проблемы.

— Вот как?

— Вина этой женщины состоит только в том, что она появилась на свет. Но при этом ни её желания, ни мнения никто не спрашивал.

— Она напала на мага, — мягко напомнил Заклинатель.

— После того, как маг явил собой угрозу для человека, в свиту которого она входила.

— Ты можешь это утверждать? — Заинтересованно сузились голубые глаза. — На каком основании?

— Всё происходило на моих глазах.

— Оу! — протянул Валлор. — Значит, по-твоему, гаккар действовал исключительно для защиты хозяина?

— Да.

— Хорошо, второй пункт обвинений снимается. Но первый и третий остаются.

— Она не просила её создавать.

— Охотно допускаю. Но она могла избрать другой путь. Если не желаешь жить чудовищем, всегда остаётся выход. В небытие.

Друг детства прав, как всегда. Не хочешь страдать, покончи со своими страданиями сам. Но это возможно далеко не в каждом случае. У меня, например, подобной возможности не было. И у Риш — тоже.

— Она была бы рада умереть. Но не могла принять на себя грех смерти своей единоутробной сестры.

— Осталась ради сестры? Любопытно.

— Тот, кто творил гаккара, не обратил внимания, что вместо одного зародыша воздействует сразу на двух, коверкая жизнь и одному, и другому ребёнку.