Паук раскинул сеть

Романовская Ольга

Заказчик оказался дворецким крупного землевладельца. Судя по одежде и кольцу на пальце, очень богатого, раз слуги могли позволить себе дорогие вещи.

Зазывно улыбаясь, Эллина отставила в сторону кружку с холодным элем и поправила волосы. Теперь она частенько пользовалась подобным нехитрым приёмом привлечения внимания - помогало. Сработало и сейчас.

– Вам нужен гоэт? С радостью помогу. У меня разрешение на право работы четвёртой степени и отличные рекомендации.

Эллина затылком чувствовала неприязненные взгляды. Ещё бы, ведь

она первой заговорила с перспективным клиентом, даже не встав с места. Теперь остальные гоэты надеялись, что Эллина не сойдётся с посетителем в условиях и цене.

'Да, пожалуй', - пробормотал дворецкий и примостился за стойкой рядом с гоэтой. Он тоже заказал себе эля, сделал пару глотков и изложил суть дела. Требовалось ненадолго поселиться в замке графа и помочь в решении ряда проблем: найти клад, создать простенькую иллюзию на приёме, а именно, фантом потерянных драгоценностей, которых вдруг хватились дарители, и расшифровать старинный свиток. Попутно, если возможно, за отдельную плату, заказчик желал, чтобы Эллина изобразила его дочь и отказала непутёвому кавалеру.

Услышав о маскараде, остальные гоэты сникли и вернулись к прежним разговорам. Эллина оказалась единственной женщиной в 'Белой мышке', поэтому заказ без вопросов достался ей.

Теперь, стоя перед Брагоньером, гоэта пыталась убедить любовника отпустить её. Увы, соэр радости Эллины не разделял. Нахмурившись, он переспросил, правильно ли понял, что гоэта собиралась целую неделю жить неизвестно под чьей крышей и флиртовать с другими мужчинами.

– До чего же вы ревнивы!
– со вздохом закатила глаза Эллина.
– Могу показать договор: там ни слова о романах, только работа.

– Ты никуда не поедешь.

Гоэта открыла и закрыла рот от удивления. Он назвал её на 'ты' в публичном месте и посмел ограничить свободу передвижения. Это переходило всяческие границы!

– Поеду, благородный сеньор, ещё как поеду!
– оправившись, с жаром возразила Эллина.
– А если вы вздумаете помешать, Следственному управлению придётся рассматривать дело о превышении должностных полномочий.

– Госпожа Тэр, вы закончили?
– дождавшись, пока она замолчит, спокойно осведомился Брагоньер.
– Так вот, данный вопрос мы обсудим позже, а теперь, извините, мне пора.

Поцеловав гоэте руку, соэр удалился. Та осталась стоять и хмуриться, предчувствуя, во что выльется категоричное 'нет' любовника. Однако Эллина не собиралась сдаваться и твёрдо решила сегодня же покинуть столицу.

Брагоньер заехал поздно, когда уже зажигались фонари, и застал гоэту за сбором вещей в дорогу. Разбросав по кровати сменную одежду и нижнее бельё, Эллина, насвистывая, отбирала нужное. Рабочая сумка, с накопителями, замызганными конспектами, травами, воском и прочими необходимыми вещами, лежала на стуле.

– Ну, и как это понимать?
– скрестив руки на груди, поинтересовался соэр.

– Вы мой муж, господин?
– тем же тоном ответила Эллина, на время прервавшись, забрала у Брагоньера сюртук

и повесила на стул.
– Если голодны, Урсула приготовила отличную отбивную и...

Взгляд соэра заставил замолчать. Эллина поёжилась и поспешила отвернуться, но даже спиной продолжала чувствовать острые бледно-зелёные льдинки.

– Эллина, я устал и приехал не для того, чтобы бороться с твоими капризами, - Брагоньер выудил из сумки гоэты договор и развернул его.
– Повторять дважды не намерен.

– Я тоже, - Эллина вырвала документ.
– Хочешь, чтобы поклялась? Хорошо. Клянусь Дагором и Соратой, что еду не ради любовных приключений. Флисса и кинжалы при мне, постоять за себя сумею. Извини, я не певичка, не актриса, я хочу и буду работать, даже если ты перепишешь на меня всё состояние. Потому что я не содержанка, Ольер, и...

Она махнула рукой и, не договорив, продолжила сборы.

– Значит, в столицу ты не едешь? Жаль. Мне казалось, ты расстроилась оттого, что в прошлый раз пришлось остаться в Сатии. Итак, деньги или развлечения?

Гоэта задумывалась, взвешивая все за и против. Заметив, что она колеблется, Брагоньер забрал сумку и кинул на пол. Затем обнял Эллину, приподнял пальцем подбородок и с укором пробормотал:

– С тобой одни проблемы! Опять демонстрируешь характер?

– Просто тебе нужна другая девочка, - гоэта поцеловала Брагоньера и легонько толкнула.
– Пусти! Сейчас подогрею ужин и покормлю. Шея не болит?

Соэр промолчал, но Эллина поняла: от массажа он не откажется.

Пока гоэта орудовала на кухне, Брагоньер успел ополоснуться и изучить договор. Нахмурившись, соэр сделал пару пометок на чистом листе бумаги и, прихватив его, спустился вниз.

– Вот этого ты делать не будешь, - Брагоньер ткнул пальцем в записи.
– Неустойку я оплачу.

Эллина мельком глянула в лист и рассмеялась:

– Сората, такого ревнивца и деспота нужно поискать! И этот человек говорил мне о низкой самооценке! Хотела бы я посмотреть на того, кто попытается отбить меня. Господин Датеи - чудесное тому доказательство. Только я хвостом не верчу, я работаю, Ольер, поэтому успокойся.

Она чмокнула Брагоньера в щёку и накрыла на стол.

– Ничего, быстренько управлюсь и поеду с тобой в Калеот. Надеюсь, в этот раз не окажется, будто это приём для одного?

– Да, нехорошо получилось, - согласился соэр, - но действия его величества не обсуждаются. Не выволочка - и то хорошо. Даже орден за заслуги перед королевством дали. На приём надену, ты покрасуешься.

– Почему я?

– Потому что женщина. Вы же меряетесь заслугами мужей и любовников.

Эллина улыбнулась и пригласила соэра за стол. Кажется, отпустит: из голоса ушёл холод, спина расслабилась. А всего-то требовалось заверить мужчину, что он самый-самый.

После ужина Эллина сделала Брагоньеру массаж шеи: та частенько причиняла соэру неудобства. Соэр постепенно расслабился под её руками, сбросив с плеч заботы дня.