Паслён
Шрифт:
— И как она это восприняла?
— Не очень хорошо, как вы можете себе представить. Она разозлилась и вылетела отсюда.
— И по пути забрала скульптуру.
— Ну, мы не можем точно сказать, что она ее взяла. Но через неделю сотрудник заметил, что она пропала.
— Миссис Лэндри.
— Верно. И она сообщила мне.
— Миссис Лэндри здесь сегодня?
— Нет, она в основном работает по выходным, когда у нас много членов. Но я могу вызвать ее, если вам нужно с ней
— Думаю, пока мы можем отложить это. Но для отчета, как зовут миссис Лэндри?
— Джудит.
— И как долго она здесь работает?
— Мне нужно посмотреть — гораздо дольше, чем я, могу вам сказать.
— Тогда сколько здесь работаете вы?
— Это мой восемнадцатый год на службе в клубе, но я стал генеральным менеджером восемь лет назад. До этого я был вторым по старшинству.
— Вернемся к Ли-Энн на минуту. Было ли много членов клуба, когда вы ее уволили и она вылетела отсюда? Они видели или слышали что-нибудь?
— На самом деле клуб был почти пуст. Мы не подаем завтрак, а обед начинается в одиннадцать. Оживление начинается в полдень или позже. Я выбрал это время для изменений, потому что знал, что в клубе будет тихо.
— Похоже, вы знали, что она разозлится.
— Я подозревал, что она может разозлиться и попытаться устроить…
— Сцену?
— Отвлечение внимания.
— Ранее вы назвали это клубом джентльменов. У вас нет женщин-членов?
— Моя ошибка. У нас есть женщины-члены.
— Сколько?
— Два члена — женщины, но вы должны понимать, что устав клуба ограничивает членство сотней человек, и оно передается по наследству. У нас есть члены, которые являются правнуками наших основателей. Новые члены принимаются только в случае, если действующий член уходит или нет наследника после его смерти. Так что переход идет медленно. За мое время было только три вакансии, и две из них достались женщинам.
— Могу я получить список членов?
— Э-э, это частный клуб, сержант, и моя работа — защищать конфиденциальность наших членов.
— Это значит «нет»?
— Думаю, вам придется вернуться с ордером для такого. Я окажусь в трудном положении, если просто отдам список членов. Уверен, вы понимаете.
— Понимаю. Я вернусь с ордером, если мне понадобится список. У вас есть документы, которые Ли-Энн Мосс заполнила, когда устраивалась на работу?
— Да, и я показывал их помощнику шерифа в субботу.
Крейн открыл ящик стола и достал одностраничный документ, лежавший сверху стопки. Он передал его через стол Стилвеллу, который долго его изучал.
— Вы когда-нибудь звонили по указанным ею рекомендациям? — наконец спросил он.
— Нет, не звонил, — сказал Крейн. — Надо
— Верно. Можно снять копию?
— Конечно.
Стилвелл вернул документ Крейну. Не вставая, Крейн подкатил свое кресло к копировальному аппарату справа. Он вставил документ, и вскоре копия была передана Стилвеллу.
— Что еще я могу для вас сделать, сержант? — спросил Крейн.
— Случайно, нет ли у вас фотографии пропавшей скульптуры? — ответил Стилвелл.
— Да. Помощник шерифа спрашивал меня об этом в субботу, и у меня не было под рукой фотографии, но в наших архивах я нашел снимок вручения скульптуры клубу в 1916 году. Вот он.
Крейн открыл другой ящик и достал папку. Из нее он вытащил пожелтевшую фотографию двух мужчин, стоящих рядом, один передает другому скульптуру черного марлина. На обратной стороне фотографии была приклеена напечатанная подпись:
Вручается в этот день, 4 апреля 1916 года, от Ноа Россмора президенту клуба «Чёрный Марлин» Паджетту Смиту
— Можно сделать копию и этого тоже? — спросил Стилвелл.
— С радостью, — сказал Крейн.
Стилвелл вернул фотографию и ждал, пока Крейн подойдет к копиру.
— Что еще? — спросил Крейн, вручая Стилвеллу копию.
В его голосе чувствовалась нотка нетерпения. Стилвелл знал, что подзадержался. Его это не волновало.
— В резюме указано, что Мосс дала адрес на материке, — сказал он. — Вы знаете, было ли у нее жилье здесь, на острове?
— Не знаю, — ответил Крейн. — Она работала по выходным, когда у нас наиболее оживленно. Многие наши сотрудники так делают. Многие живут на материке и ездят туда-сюда или останавливаются у друзей здесь. Я не знаю, как обстояли дела у Ли-Энн.
— Она когда-нибудь останавливалась в одной из четырех комнат, которые у вас есть?
— Нет, конечно нет. Они предназначены только для членов.
— Я так и думал, но должен был спросить. А что насчет камер безопасности? Есть ли они в здании?
— Нет, их нет. Опять же, мы старый клуб, и мы защищаем конфиденциальность наших членов. Камер не было, когда клуб основали. Их нет и сейчас.
Стилвелл кивнул.
— Последний вопрос, — сказал он. — Вы говорили, что ваш менеджер бара был одним из тех, кто жаловался на нарушение Мосс правил общения с членами. Как его зовут?
— Мой менеджер бара — Бадди Каллахан, — сказал Крейн. — Он здесь почти тридцать лет.
— Мне нужно с ним поговорить. Он сейчас здесь?
— Полагаю, да. Но я бы предпочел, чтобы вы говорили с ним, когда он не обслуживает наших членов.