Партиалы
Шрифт:
– Город большой, – возразила Кира, – не расставят же они патрули вокруг всего Ист-Мидоу.
– Но попробовать можно, – заметил Маркус, – лучше так, чем никак…
– Хватит, – отрезала Изольда, потирая виски. – Я все это сегодня уже сотню раз слышала, больше не хочу. Голосование закончено, проверки официально введены, так что спорить не о чем.
– А как проголосовал сенатор Хобб? – поинтересовалась Кира. Изольда работала его личным помощником. Девушка приоткрыла один глаз, устало посмотрела на Киру, открыла второй глаз и скрестила
– Если хочешь знать, он проголосовал «за», – ответила Изольда. – Он не сторонник того, чтобы жертвовать правами граждан ради безопасности, но считает необходимым предупредить возможные нападения Голоса, – она пожала плечами. – Не могу сказать, что я с ним согласна, но других предложений все равно нет. Если Голос начал похищать людей, кто знает, что они еще предпримут?
– Чего добиваются повстанцы? – спросила Кира. – Вот чего я не могу понять. Продукты и вещи им не нужны: все это есть везде и бесплатно. И все равно они совершают набеги на город и фермы. Причем их действия ни у кого не встречают поддержки: все только злятся, нервничают и… в общем, не понимаю. Потратить недели на то, чтобы подготовиться и напасть на сторожевую вышку, и все для чего? Трофеев никаких не захватили, требований не выдвинули, разве что раздобыли два-три комплекта боеприпасов – отобрали у похищенных солдат. А толку?
– Пропали двое дозорных, – заметил Маркус. – Может, никакой атаки и не было, а солдаты просто сбежали.
Изольда покачала головой:
– Скорее всего – по крайней мере, так считают в Сенате, – Голос хочет подорвать авторитет правительства. Если провокация им удастся и они поднимут всякий сброд, разворошат осиное гнездо, то в Ист-Мидоу начнутся беспорядки. Жителей станет труднее контролировать, что усложнит работу Сената, тогда Голос попытается устроить переворот и захватить город.
– Ничего себе, – изумился Маркус.
– Полегче на поворотах, – осадила подругу Кира. – Значит, говоришь, Сенату будет сложнее нас контролировать?
Изольда скривилась:
– Я не это имела в виду, просто сказала первое, что пришло в голову…
– Но ведь ты так думаешь?
Изольда закрыла глаза, собираясь с мыслями, и Кира пожалела, что напустилась на нее. Изольда ведь ни в чем не виновата, и все же раздражение Киры можно было понять. Она хотела знать, что происходит.
– Ну?
– Ладно тебе, ты прекрасно знаешь, чем занимается Сенат, – Изольда слабо пожала плечами. – Он «управляет», а значит, и контролирует. Это не значит, что они читают наши мысли. Они просто обеспечивают общественный порядок. Следят за тем, чтобы все были заняты делом. Ну и так далее.
Послышался цокот копыт. Кира обернулась и увидела двух солдат верхом на лошадях. Дом Нандиты стоял на окраине жилой части города, поэтому не сказать, чтобы патруль здесь был такой уж редкостью, но днем они все же не ездили. Кира почувствовала беспокойство, которое каким-то странным образом смешивалось с ощущением безопасности.
Патруль
– Маркус, – негромко позвала Кира. Он, похоже, услышал напряжение в ее голосе, выпрямился и сел.
– Чего это они? – нахмурился Маркус, увидев всадников. – Что им тут нужно?
– Не знаю. Ты их узнаешь?
– Форма нестандартная, – заметила Изольда, – они не из регулярных войск Сети безопасности.
Маркус, нахмурясь, встревоженно рассматривал солдат.
– Кто еще у нас носит форму? Вообще-то они похожи на ребят Мкеле, – он покачал головой и оглядел всадников с ног до головы: один примерно их ровесник, второму на вид около сорока. – Я их не знаю. Значит, они не из Ист-Мидоу.
– Чем мы можем быть вам полезны? – крикнула Кира, но солдаты направились к Нандите. Старушка выпрямилась и посмотрела на заехавших во двор всадников.
– Нандита Мерчант? – спросил младший солдат.
– Да, – спокойно ответила женщина. – Не замужем.
– Что?
– Мисс Мерчант, – проговорил старший, тряхнул головой и направил коня к Нандите, – нам сообщили, что вы часто выезжаете за пределы Ист-Мидоу. Это правда?
– А что, нельзя? – поинтересовалась Нандита.
– Я не говорил, что нельзя, – сказал солдат. – Так это правда?
– Она собирает травы, – вмешалась Кира, подойдя к солдатам. – Видите, сколько всего растет в саду? Ищет их по всему острову.
– Не надо, Кира, я сама за себя отвечу, – отрезала Нандита. Кира замолчала. Ей было не по себе.
Старший солдат крепко сжал поводья и надавил коленями на бока нервно переступающей лошади, чтобы стояла смирно. Он впился взглядом в Нандиту:
– Значит, травы собираете?
– Да, собираю и пересаживаю к себе в огород, – подтвердила Нандита, – и в теплицу на заднем дворе. И продаю на рынке. Мои травы лучшие в округе.
Солдат кивнул:
– А куда вы обычно ездите за травами?
– Не ваше дело, – отрезала Кира. Новость, которую рассказала Изольда, разозлила девушку, ее так и подмывало сорваться на ком-нибудь. – Думаете, вы можете вот так просто заявиться к людям на лужайку и допрашивать? А если вам покажется, что она ездила куда-то не туда, вы ее арестуете?
– Об аресте речи не шло, – возразил солдат. – Мы всего лишь задаем вопросы. Успокойтесь.
– Ничего себе, «всего лишь вопросы», – не унималась Кира, – а если она откажется отвечать?
– Кира… – вмешалась Нандита.
– Если вы не заметили, – солдат направил лошадь к Кире, – в городе неспокойно. Мы сражаемся не на жизнь, а на смерть с тайным врагом, который жаждет уничтожить город, и единственное наше оружие – информация. Мы считаем, что ваша бабушка может рассказать что-то, что поможет всем уцелеть. И если это противоречит каким-то странным идеалам, которые вы себе вбили в голову, мне очень жаль. Просто представьте на минуту, что солдаты, которым нужна информация, чтобы защитить вас, важнее очередной ямки в земле.